Тема 4. Высшие моральные ценности

1. Понятие нравственной ценности. Истина, добро, красота – исходные ценности человечества

2. Человек как высшая нравственная ценность. Проблема насилия

3. Добро и зло. Долг и совесть – важнейшие элементы моральной ориентации человека.

4. Понятие нравственной свободы. Счастье и смысл жизни

5. Честь и достоинство как выражение ценности и значимости личности. Нравственный идеал

1. Понятие нравственной ценности. Истина, добро, красота – исходные ценности человечества

Ценность — философское понятие, обозначающее, во-первых, положительную или отрицательную значимость какого-либо объекта для субъекта, во-вторых, нормативную, предписательно-оценочную сторону феноменов человеческого сознания. В первом случае мы имеем дело с так называемыми предметными, «объектными» ценностями. Во втором — с ценностями «субъектными», к которым, в частности, относятся и моральные ценности — общественные установки, императивы, цели и проекты, выраженные в форме нормативных представлений о добре и зле, справедливом и несправедливом, о смысле жизни и назначении человека, о его идеалах и принципах.

Наши представления о ценностях, заключающие в себе деятельностно-заинтересованное отношение человека к миру, во-первых, позволяют обосновать нормативные моральные требования. Во-вторых, они служат нормативной формой моральной ориентации человека в мире, воплощая и реализуя ее в виде конкретных и зачастую «готовых» регулятивов. В-третьих, в наших представлениях о ценностях одновременно содержится оценка явлений действительности и поступков людей с точки зрения их моральной значимости. Поступки людей имеют определенную моральную значимость потому, что они оказывают воздействие на общественную жизнь, затрагивают интересы людей, укрепляют или подрывают устои существующего общества, способствуют или противодействуют социальному прогрессу.

Учитывая это социальное значение индивидуальных поступков, общество регулирует поведение людей посредством нравственных отношений, предъявляет к ним моральные требования, ставит пред ними определенные цели. Благодаря этому поступки приобретают моральную ценность, действие, отвечающее нравственным требованиям, представляет собой добро; противоречащее им — зло.

Проблемы ценностей изучаются аксиологией — философским учением о природе, структуре и месте ценностей в реальном мире. Как учение аксиология формируется лишь к началу XX века, но первоосновой ее можно считать знаменитый вопрос Сократа: «Что есть благо?», который и стал основным вопросом теории ценностей: ответы на него породили различные подходы к природе ценностей. Так, натуралистический и субъективно-идеалистический подходы (Дж. Дьюи, К. Льюис) предполагают источник ценностей в «человеческой природе», в естественном стремлении людей к наслаждению, в индивидуальных или стандартизированных представлениях о «личном интересе» и «полезности». Объективно-идеалистический (М. Шелер, Н. Гартман) рассматривает ценности как бытие идеальной нормы, зависящей не от человеческих желаний и потребностей» а от божественной или космической воли или разума. Этот подход иногда называют аксиологическим реализмом, т.к. он представляет ценности в виде самостоятельных сущностей. Культурно-исторический подход признает множественность равноправных ценностных систем, придающих определенное «лицо» той или иной культуре (В. Дильтей, О. Шпенглер, А. Тойнби, П. Сорокин). В социологическом подходе М. Вебера ценность интерпретируется как норма, способ бытия которой определяется ее значимостью, проявляющейся в форме социальных действий субъекта.

Отношение к ценностям, выявление меры их значимости для людей содержится в понятии «оценка». Нравственная оценка моральных и внеморальных ценностей создает иерархию ценностей, обосновывает их неравенство и соподчинение. Отсюда деление ценностей: а) на общечеловеческие, групповые и индивидуальные — по степени распространенности их значимости (для человечества в целом; для различных групп людей — наций, классов, объединений; для отдельного человека); б) на альтернативные и комплементарные — по способу их взаимосвязи друг с другом: альтернативные ценности обладают ярко выраженной тенденцией взаимоисключения и борьбы (например, добро и зло), комплементарные — взаимодополняют друг друга (например, страдание и сострадание); в) на высшие моральные ценности — по их месту в иерархии ценностей. Конечно же, деление это весьма условно. Во-первых, оно носит субъективный характер, так как каждый человек (а тем более группа людей) на основе собственных предпочтений и интересов может объявлять одни ценности высшими и общезначимыми, другие — принижать или даже отрицать.

Так, на протяжении почти двух тысячелетий существования христианства библейские заповеди считались выражением высших человеческих моральных ценностей. Коммунистический режим «отменяет» их и заменяет другими: вместо «не укради» — «экспроприация экспроприаторов» («грабь награбленное»); вместо веры в Бога — вера в идеалы коммунизма; вместо любви к Богу — ненависть к классовому врагу. Еще более произвольно поступает человек с индивидуальными моральными ценностями, зачастую меняя их статус в зависимости от ситуации.

Иерархия ценностей носит относительный характер, так как зависит от конкретных исторических условий. Поэтому отдельные культуры и цивилизации отличаются разными системами ценностей, выступающими в качестве критериев формирования конкретных норм поведения и жизнедеятельности людей. Эти критерии гласно (конвенционально, путем договоренности) или негласно разрабатываются и признаются обществом или отдельной социальной группой. Последующее их усвоение на индивидуальном уровне составляет основу формирования личности и поддержания нормативного порядка в обществе.

Так складывается система ценностных ориентации, представляющая собой устойчивые отношения личности к различным феноменам действительности и самим ценностям. При этом, опять же, субъективная ориентация личности не всегда совпадает с общепринятой ценностной ориентацией, и происходить это может как в форме осознанного противостояния, так и на неосознаваемом уровне смутного неприятия.

Однако, независимо от отношения личности, сами моральные ценности, особенно в авторитарной этике, носят характер морального долженствования. Это значит, что многообразные явления реальной действительности отображаются ими в плане одноплоскостной оценки — как положительное или отрицательное, предпочтительное или нежелательное. Отсюда и стремление к однозначно принудительному определению добра, счастья или смысла жизни в авторитарной этике.

В гуманистической этике дело обстоит по-другому. Объявляя высшей ценностью не нормы, принципы и идеалы, а самого Человека, его жизнь, права и свободы, его уникальность и неповторимость, гуманистическая этика полагается на разум, волю и свободный выбор человека, предоставляя ему самому выстраивать значимую для него систему ценностных ориентаций. Гуманистическая этика полагает, что свободная ориентация человека в системе ценностей и его самоопределение обязательно основываются на их знании. И поэтому не отрицание объективного содержания ценностей, но изучение различных моделей их понимания с целью предоставления личности возможности предпочтительного выбора их в качестве жизненного ориентира — задача гуманистической этики. Иными словами, гуманистическая этика не навязывает человеку однозначного видения, скажем, того, в чем заключается счастье или любовь — каждый человек вправе по своему усмотрению наполнить эти понятия индивидуальным содержанием, но анализ того, что такое счастье и любовь, она дает, помогая человеку сделать компетентный выбор.

Кроме того, оставаясь верной своему основному принципу — Человек как высшая ценность, — гуманистическая этика рассматривает в качестве моральных ценностей не только самостоятельно существующие феномены, но и некоторые нравственные черты и достоинства самой личности.

Но без знания, как следует поступать с пользой для другого, доброта может причинить зло. Однако желание добра и даже умение его делать ни к чему не приведут, если в нас не будет твердой воли исполнить задуманное. Бесхарактерный человек слишком зависит от чужого мнения и слишком много думает о своем удобстве и безопасности, поэтому никогда не доведет благого намерения до конца.

Доброта или доброжелательность порождают: сострадание при виде горя ближних; благотворительность, спешащую оказать помощь нуждающимся; честность и справедливость, которые учат нас уважать чужие права; благодарность и дружбу, заставляющие нас ценить чужие интересы наравне со своими; учтивость, делающую нас приятными в обществе.

Из знания или мудрости проистекают: благоразумие — умение верно избирать средства деятельности» предвидеть и предупреждать препятствия; снисходительность, приучающая нас смотреть на чужие ошибки как на несчастья и поэтому жалеть и извинять людей; великодушие — стремление к истинному достоинству; знание человеческого сердца, избавляющее нас от слишком строгого суждения о других; умеренность, помогающая избегать излишеств и уменьшать нужду; простота обращения, благородство души, предпочитающие добрую славу материальным выгодам; терпимость, основанная на чувстве необходимости считаться с другими людьми.

Просвещенная настойчивая твердость духа помотает умению владеть своими страстями. Из нее же проистекают: прямота в достижении цели — противоположность криводушию; бескорыстие — противоположность низости; откровенность, не боящаяся говорить необходимые истины; деятельность, способная удвоить плоды наших трудов; постоянство, служащее для достижения целей; терпение, приучающее переносить то, чего нельзя устранить; предприимчивость, находящая выход из трудностей; патриотизм, заставляющий заботиться о благе отечества и, наконец, героизм — готовность привести себя в жертву этому благу.

Если лучшие человеческие качества можно отнести к личностным ценностям, то не менее значимыми для человека могут быть и некоторые социальные ценности, такие как отношение к родине или семье.

Отношение к родине как к моральной ценности выдержало проверку временем. Если без родины человек не может жить, тоскует и мучается вдали от нее, если за ее свободу и честь он готов отдать собственную жизнь, значит, это действительно ценность очень высокого ранга. Конечно, существует и иная точка зрения. «Где хорошо, там и родина» — этот латинский афоризм стал жизненным правилом некоторых людей. И все же моральная ценность отечества для большинства людей остается неприкосновенной. «Где родина, там хорошо» — вот правило, которым руководствуются миллионы людей на Земле.

Существует еще одна моральная ценность, значимость которой для человека сложно переоценить, — семья. В ней мы рождаемся, в ней умираем, и никогда не будет счастлив тот, кто не умеет жить в ладу с нею. Горе, болезни и старость находят в ней лучшее утешение. Семья — это огромный источник радости, покоя, счастья. И чем больше человек ценит и поддерживает семью, тем сильнее и здоровее становится само общество.

Особое место в системе моральных ценностей занимают такие нравственные феномены, как Добро и Зло, Свобода и Ответственность, Долг и Совесть, Честь и Достоинство, Смысл жизни. Счастье и Любовь. Их роль в системе морали столь велика, что они по праву могут быть отнесены к высшим моральным ценностям, ибо от их правильного понимания во многом зависит наша нравственность: шипи поступки, взгляды, оценки. Поэтому так важно разобраться в сущности этих ценностей.

2. Человек как высшая нравственная ценность. Проблема насилия (по книге А.А. Гусейнова)

Так как моральные требования претендуют на абсолютность, безусловную обязательность, то единственно возможное позитивное моральное требование есть требование быть моральным. Что это значит? Мы определили, что с морали начинаются человек и человеческие (общественные) отношения, что мораль задает внутреннюю смысловую границу собственно человеческого способа существования и в этом значении она тождественна человечности. Отсюда следует, что быть моральным, означает признать безусловную ценность, святость человека. Человеческая личность — больше того, что она делает. Она исходно самоценна. Собственно, определяя человеческую личность как нравственно ответственное существо, мы определяем ее как существо, имеющее самоценное значение и достойное уважения. Ничем не обусловленное уважительное отношение к человеку, т.е. такое отношение, в ходе которого данная конкретная личность утверждается до и независимо от каких бы то ни было ее конкретных качеств и действий, есть исходное и основополагающее отношение, открывающее пространство собственно человеческого существования. Идея, согласно которой безусловная обязательность требований морали обнаруживается в требовании, утверждающем самоценность человеческой личности, в истории культуры расшифровывалась по-разному: как любовь к ближнему, братство людей, человеческая солидарность, благоговение перед жизнью и т.д. Однако наиболее строгой и адекватной ее формой является категорический запрет на насилие, прежде всего и главным образом на убийство человека.

Насилие есть узурпация свободной воли, такое отношение между людьми, в ходе которого одни силой, внешним принуждением навязывают свою волю другим. Человек совершает насилие тогда, когда он лишает другого возможности действовать по собственной воле, уничтожая его или низводя до положения раба. Под насилие не попадают такие формы принуждения, когда одна воля господствует над другой с ее согласия, как, например, в отношениях: учитель — ученики, законодатели — граждане и т.п. Насилие прямо противоположно морали: действовать морально — значит действовать с согласия тех, кого эти действия касаются; совершать насилие — значит совершать действия, которые не приемлемы для тех, против кого они направлены. Ненасилие — принципиальное воздержание от того, чтобы ставить свою волю выше воли другого (за принудительным навязыванием своей воли воле другого всегда стоит убеждение, что она выше, лучше последней). Оно есть признание за волей другого такой же способности к свободным, разумным, нравственно ответственным решениям, какой обладаю я сам. Ненасилие означает категорический отказ от того» чтобы ставить себя в человеческом отношении выше другого, быть ему судьей. Это есть действительное признание того, что каждый человек ценен сам по себе. Особо следует подчеркнуть: ненасилие не означает отказ от оценки действий другого человека. Здесь речь идет только о праве человека на нравственно-ответственное существование. Принцип ненасилия категорически запрещает покушаться именно и единственно на это право, исходя из святости, самоценности человека. Он тем самым открывает перспективу равнодостойного сотрудничества людей.

Запрет на насилие — первый и основной моральный запрет. Самыми известными его формулировками являются «не убий» Моисея, непротивление злу Иисуса Христа, ахимса (буквально — ненасилие, повреждение) древнеиндийской культуры (в особенности религии и философии джайнизма); новую жизнь принцип ненасилия обрел в XX в. благодаря духовным и практическим усилиям Л.Н. Толстого, М. Ганди, М.-Л. Кинга. Требование ненасилия, по сути дела, есть запрет на то, что очевидным образом противостоит морали, добру. Именно в этом содержании оно имеет безусловный, категорический смысл. Словом, в той мере, в какой мораль абсолютна, мы не можем конкретно сказать, что оно такое; соответственно не может быть позитивных требований, имеющих абсолютный статус. Мы можем сказать определенно только о том, что не является моралью. Принцип ненасилия и есть как раз запрет на то, что противоположно морали — запрет на насилие. Только он может претендовать на безусловную обязательность, абсолютность. Требование ненасилия представляет собой конкретизацию золотого правила нравственности. Золотое правило — это формула, с помощью которой человек может вычислять, являются ли его поступки нравственными или нет, подобно тому, например, как скорость определяют путем деления расстояния на время. А есть ли такие человеческие поступки, которые являются нравственными сами по себе всегда, без какой-либо проверки, и которые в этом смысле можно считать индикатором ответственного отношения человека к золотому правилу? Есть ли, продолжая аналогию, в морали нечто похожее на скорость света? Да, есть. Это — отказ от насилия. Золотое правило требует поступать так, как человек хотел бы, чтобы по отношению к нему поступали другие. Но человек не может хотеть (водить) по отношению к себе насилие, потому что насилие отрицает за ним само это право хотеть (волить) чего бы то ни было.

Насилие — не вообще принуждение, не вообще ущерб жизни и собственности, а такое принуждение и такой ущерб, которые осуществляются вопреки воле того или тех, против кого они направлены. Насилие есть узурпация свободной воли. Оно есть посягательство на свободу человеческой воли. В понятии насилия существенно, важными являются два момента: а) то, что одна воля пресекает другую волю или подчиняет ее себе; б) то, что это осуществляется путем внешнеограничивающего воздействия, физического принуждения. Понятие насилия имеет достаточно конкретное и строгое содержание, его нельзя отождествлять с любой формой принуждения. Насилие как определенную форму общественного отношения следует отличать, с одной стороны, от инстинктивно-природных свойств человека, а с другой стороны, от других форм принуждения в обществе, в частности, патерналистского и правового.