1902 Он окончательно оставил адвокатуру.

Благодаря рекомендациям своего университет-

ского товарища В.Савальского (будущего про-

фессора Варшавского универститета), В. стал

заниматься в кружке профессора П.Новгород-

цева. В него входили также И.Ильин и Н.Алек-

сеев - близкий друг В. еще с гимназической

скамьи и впоследствии его шурин, Благодаря

поддержке Новгородцева был оставлен на

юридическом факультете Московского универ-

ситета для подготовки к профессорскому зва-

нию.

В 1908 сдал магистерские экзамены и

получил звание приват-доцента Московского

университета. В том же году отправился в 2-го-

дичную командировку за границу: работал в на-

учных библиотеках Берлина, Марбурга, Гей-

дельберга, Рима, Парижа, Более всего В. при-

влекал Марбург, в университете которого он

вместе с Алексеевым посещал лекции и семи-

нары П.Наторпа и Г.Когена. Из молодых фило-

софов, бывших тогда в Марбурге, особенно

сблизился с Н.Гартманом, В.Татаркевичем,

В.Э.Сеземаном. Во время этой командировки

он подготовил магистерскую диссертацию.

Впоследствии В. вспоминал об этом времени

как о <самом блестящем моменте... своей моло-

дости - свобода, надежды, возможности, все

впереди... Везде новые впечатления, новые

встречи, новые мысли и идеи>.

После возвращения из-за границы В. был

поручен курс истории политических учений,

который до него читал Новгородцев, вынуж-

денный оставить профессуру после подписания

им Выборгского воззвания 1906 с протестом

против роспуска 1-й Государственной думы,

Читал также лекции по истории философии в

Московском Коммерческом институте и На-

родном университете им. Шанявского. Впослед-

ствии Ф.Степун вспоминал о В. как об <одном

из самых блестящих дискуссионных ораторов

среди московских философов>. Он был <ар-

тист-эпикуреец по утонченному чувству жизни

и один из тех широких европейцев, которые

рождались и вырастали только в России. Борис

Петрович развивал свою философскую мысль

с тем радостным ощущением ее самодовлею-

щей жизни, с тем смакованием логических де-

талей, которые свойственны скорее латинско-

му, чем русскому уму>.

В декабре 1914 В. защитил магистерскую

диссертацию <Этика Фихте. Основы права и

нравственности в системе трансцендентальной

философии>, в которой был определен круг за-

нимавших его впоследствии проблем и главные

направления их решения. Интерес В. к Фихте

определили три основные темы: <проблема Аб-

солюта в отношении к бытию>, <основное зна-

чение этической сферы в человеке> и <пробле-

ма свободы в человеке>. В философии Фихте

В. подчеркивал моменты трансцендентального

идеализма, показывал, что <понятие <трансцен-

дентального>, введенное Кантом, получив свое

дальнейшее развитие у Фихте, приобрело зна-

чение Абсолюта, к которому становятся непри-

менимы рациональные категории>. По его мне-

нию, основной антиномией философии являет-

ся антиномия рационального и иррационально-

го, Ее разрешение, согласно В., может быть до-

стигнуто преодолением рационализма, прису-

щего Фихте и Гегелю. Поэтому вопреки тради-

ционному стремлению философской мысли

подчинить бытие категориям разума, В. в по-

пытке овладеть внерациональной сферой при-

давал большое значение интуиции. Как он счи-

тал, Абсолютное невозможно раскрыть в раци-

ональных понятиях, но его познание осуществ-

ляется прежде всего интуитивно. На этом мета-

физическом базисе В. строил систему этики,

хотя и основывающуюся на Фихте, но выходя-

щую за пределы идеалистической философии.

Он полагал, что каждый человек абсолютопо-

добен. Поэтому познание мира, как и любое

человеческое действие в нем, опирается на ре-

ляцию к Абсолютному, которое выше антино-

мии рационального и иррационального. Выра-

женные в диссертации собственные философ-

ские взгляды позволили В. Зеньковскому считать

В. одним из <интереснейших представителей

философского персонализма>.

Успешная защита диссертации способство-

вала академической карьере В, В январе 1917

он был избран экстраординарным профессором

юридического факультета Московского уни-

верситета. Однако из-за последовавших фев-

ральской, а затем и Октябрьской революций

утверждения избрания не состоялось. В, препо-

давал в Московском университете еще некото-

рое время после революции. В самом начале

20-х В. сблизился с Н.Бердяевым и принимал

участие в созданной им в Москве Вольной Ака-

демии духовной культуры.

В конце 1922 В, был выслан из России вме-

сте с большой группой ученых и философов.

Однако сохранились письма В. к профессору

А.Ященко (издателю берлинского журнала

<Русская книга>), свидетельствующие о его на-

мерении самостоятельно покинуть Россию. В.

поселился в Берлине. Читал лекции в воссоз-

данной Бердяевым 1.12.1922 Релизиозно-Фи-

лософской академии (РФА), В 1923 вышла

книга В. <Русская стихия у Достоевского>. Он

сблизился также с христианской молодежной

организацией YMCA, посещал ее съезды и

конференции. В изданном ею сборнике <Про-

блемы русского религиозного сознания> (Бер-

лин, 1924) В. принадлежала статья <Религия и

безрелигиозность>. В сборнике приняли также

участие Бердяев, Зеньковский, Л.Карсавин,

С.Франк, Н.Лосский. Алексеев вспоминал сло-

ва В., сказанные им при первой их встрече за

границей: <Философия должна быть теперь не

изложением малодоступных для людей теоре-

тических проблем, но учительницей жизни>.

Вероятно этим был обусловлен интерес В. к ре-

лигиозной философии, на которой он сосредо-

точился в годы эмиграции. Однако под <религи-

озной философией> В. понимал <не богослов-

скую догматику, ему чуждую, но свободное об-

суждение религиозных проблем, в котором у

него всегда чувствовалось влияние древней фи-

лософской традиции и классического образова-

ния>.

В 1924 В, переехал в Париж, где он сразу

же был приглашен на должность редактора

русского отдела в издательство YMCA-Press.

В 1925 В. вместе с Бердяевым основал и дол-

гое время редактировал журнал <Путь> - ве-

дущий орган русской религиозно-философской

мысли в эмиграции, С первых же дней пребы-

вания в Париже В. принимал активное участие

в деятельности РФА, открытие Парижского от-

деления которой состоялось 9.11.1924. Уже в

ноябре 1924 В. начал читать курс лекций на те-

му <Добро и зло в христианском учении (лич-

ность, общество, государство)>. В течение полуго-

да (до апр. 1926) он вел в РФА систематиче-

ский курс <Социальная философия христианст-

ва>. Спустя год, в мае 1927, им был прочитан

повторный цикл лекций на ту же тему. В про-

должение января - февраля 1927 предметом

обсуждения слушателей РФА был курс В.

<Христианство и государство>. В марте 1929

он излагал <Социальную проблему в свете хри-

стианства>. При этом <с христианской точки

зрения> им рассматривались проблемы богатст-

ва и бедности, эксплуатации, современные ре-

шения социальных вопросов, коммунизм и идея

коммунизма в христианстве.

В. выступал с докладами в Италии, Греции,

Сербии, Болгарии, Германии, Швейцарии, стра-

нах Прибалтики. Во Франции В. участвовал и

даже председательствовал на собраниях Рус-

ского студенческого христианского движения

(РСХД); в январе 1928 им был прочитан доклад

на тему <Христианство и теософия>. В 1929В.

был делегатом 4-го съезда РСХД, проходивше-

го в Париже с 15 по 30 июня. Он посещал так-

же основанное 5.2.1927 Д.Мережковским и

З.Гиппаус литературно-философское общество

<Зеленая лампа>, на заседаниях которого об-

суждались религиозно-философские вопросы.

В. являлся членом мн. др. русских обществен-

ных организаций за границей; выступал с до-

кладами на собраниях Русского общественного

клуба, Общества евразийцев, юношеского клу-

ба при РСХД, Философского общества, студен-

ческого клуба; принимал участие в Литератур-

ных франко-русских собеседованиях, на одном

из которых, 27.5,1930, он познакомился с

французским религиозным философом Жаком

Маритэном, а 27.12.1930 состоялся их совме-

стный публичный диспут о Декарте.

Давний интерес к проблеме иррационально-

го и широкое понимание задач философской

антропологии сблизили В. с психоаналитиче-

ской школой Юнга. По-видимому, знакомство

В, со швейцарским психоаналитиком произош-

ло в середине 20-х. Он освоил концептуальный

аппарат его школы и активно печатался в пери-

одических изданиях юнгианцев. В 30-х В. (сна-

чала с Э.К.Метнером, а после его смерти в