1915 В московском Камерном театре. Расписа-

ла интерьеры театра и выполнила эскиз его за-

навеса. Исключительный успех выпал на долю

оформленных Э. с <колоссальным творческим

напором> (В.Мухина) спектаклей <Фамира Ки-

фаред> И.Анненского (1916) и <Саломея>

О.Уайльда (1917). По словам А.Эфроса, пер-

вый из них явился <торжественным парадом

кубизма>, второй, как писала А.Коонен, - од-

ной из лучших работ Э. <по экспрессии, темпе-

раменту, по чувству формы>; изломанные рит-

мы костюмов соответствовали музыкальному

ритму действия, объемные декорации Э. созда-

вали живописную атмосферу, <которой дыша-

ло развитие пьесы> (Эфрос).

В декабре 1917 уехала в Киев, в годы

гражданской войны жила в Киеве и Одессе.

После смерти мужа (летом 1918) вышла за-

муж в 1920 за московского актера Г.Некрасо-

ва. В Москве примкнула к группе конструкти-

вистов, участвовала вместе с А,Родченко, Л.По-

повой, А.Весниным и В.Степановой в выставке

<5х5=25> (1921), в Первой Русской художе-

ственной выставке в Берлине (1922), разраба-

тывала модели тканей и одежды, в частности,

парадной формы Красной армии. Отстаивала

согласование формы одежды с требованиями

современной жизни (простота, практичность),

считала главным в одежде интенсивность цвета

как элемент, характеризующий русский народ-

ный костюм, подчеркивая, что <ни в коем слу-

чае не следует руководствоваться образцами

Западной Европы, основанными на идеологии

другого порядка>. Сотрудничество Э. с Таиро-

вым прекратилось после постановки в Камер-

ном театре <Ромео и Джульетты> (1921); как

писал Эфрос, причиной <проигрыша> спектакля

явилось то, что декорации Э. были <слишком

хороши, вернее - роскошны>, <ее исконное

неистовство... здесь разгулялось>. Не был осу-

ществлен ни один из спектаклей Художествен-

ного театра, эскизы к которым выполнила в

1920-22 Э.: <Дама-невидимка> 'П.Кальдерона,

<Интермедии> М.Сервантеса, <Смерть Тарел-

кина> А.Сухово-Кобылина и др. В Государст-

венном театре комедии и драмы Э. оформила

спектакль <Товарищ Хлестаков> Д.Смолина, но

А.Луначарский раскритиковал ее работу. Вы-

полнила эскизы костюмов к фильму <Азлита>

Я.Протазанова (1923). Участвовала в оформле-

нии павильона <Известий ВЦИК> и <Красной

нивы> на 1-й Всероссийской сельскохозяйст-

венной и кустарно-промышленной выставке

(1923). Много времени уделяла все эти годы

преподаванию - в детской рисовальной школе

в Одессе (1917-18), в своей студии в Киеве

(1918-20), во ВХУТЕМАСе в Москве (1921-

22), По словам а.Ахматовой, посвятившей ей

стихотворение <Старый портрет> (1910), из

школы Э. <вышли все левые художники Кие-

ва>, в том числе П.Челищев, Н.Шифрин, И.Ра-

бинович, А.Тышлер. Оформляла в 1919 вместе

со своими учениками Киев ко дню Красной ар-

мии и Одессу к 1 Мая, расписывала агитпоезда

и агитпароход <Пушкин>.

В 1924 Э. участвовала в организации совет-

ского павильона на 14-й Международной вы-

ставке искусств в Венеции, где экспонирова-

лись и ее работы. В декабре того же года посе-

лилась с мужем в Париже, с 1930 жила в па-

рижском пригороде фонтене-о-Роз, В 1925-30

преподавала в Академии современного искус-

ства Ф.Леже и А.0занфана и в собственной

студии: читала лекции по сценографии и конст-

руированию театрального костюма, вела мас-

терскую композиции, теории цвета и художе-

ственной промышленности, требуя от учеников

знания классической литературы - от антично-

сти до А.Рембо и посещения, наряду с Лувром,

индустриальных выставок. Среди работ этого

периода эскизы костюмов для балетных спек-

таклей Б.Нижинской в Лондоне (1925) и

Э.Крюгер в Германии (1927-29), марионетки

для театра и кино. В 1930 в Париже вышел

альбом театральных декораций Э. с предисло-

вием Таирова, отметившего ее возросшее мас-

терство и постоянно обновляющееся творче-

ское воображение. В 30-40-е она создавала

декоративные панно, детские книги по заказу

издательства <Фламмарион>, <рукописные>

книги в нескольких экземплярах, занималась

художественной керамикой. Персональные вы-

ставки Э. прошли в Берлине, Магдебурге