1924; Сорренто, окт. 1924 - апр. 1925), по-

сетил Прагу, Италию, Париж, Лондон, Ирлан-

дию, главным образом, в поисках заработка.

Из-за близости к Горькому с Х. общались не-

многие эмигранты, он нередко воспринимался

как <советский гость> на Западе. Окончательно

рассорился с А.Белым, когда 8.9.1923 на про-

щальном обеде в ответ на реплику Белого, буд-

то он едет домой, чтобы дать себя распять за

всю русскую литературу - заметил, что не мо-

жет дать ему такое поручение.

Горького, которому Х. посвятил несколько

очерков (СЗ. 1937, № 58; 1940, № 70; Воз-

рождение, 1937, 18 марта: 1938, 6 мая), он

высоко ценил как личность (но не как писате-

ля), признавал его авторитет, зависел от него

материально, видел в нем гаранта гипотетиче-

ского возвращения на родину, но знал и слабые

свойства характера Горького, из которых са-

мым уязвимым считал <крайне запутанное от-

ношение к правде и лжи, которое обозначи-

лось очень рано и оказало решительное воз-

действие как на его творчество, так и на всю

его жизнь>.

Покидая Сорренто, Х. знал, что его имя

вошло в список писателей и профессоров, под-

лежавших в 1922 высылке из России: <Счаст-

ливый домик> был включен в список запрещен-

ных в РСФСР книг. Если в 1923 Х. еще печа-

тал в советских изданиях <совершенно лояль-

ные и благополучные стихи>, то в 1924-25 он

опубликовал в берлинских <Днях> статьи о де-

ятельности ГПУ за границей, фельетон о редак-

торе рапповского журнала <На посту>, приспо-

собленце С. Родове, на что тот ответил в <Ок-

тябре> (1925, № 2) обвинением Х. в <бело-

гвардейщине>, отправив копии своей публика-

ции в ЦК РКП (б), правление ВАПП и др. инс-

танции, после чего, по словам Р.Гуля, <сам Лев

Давыдович Робеспьер отозвался о Ходасевиче

крайне презрительно>. В марте 1925 совет-

ское посольство в Риме отказало Х. в продле-

нии паспорта, предложив вернуться в Москву.

Отказавшись и уехав в Париж, он фактически

стал эмигрантом.

Важным поэтическим событием явилось

берлинское расширенное и переработанное из-

дание <Тяжелая лира: Четвертая книга стихов>

(1923; впервые: М.: Пг" 1922), Книга выдер-

жана в строго классических формах стиха, но

если <Путем зерна> - итог вдохновения, то

<Тяжелая лира> - следствие рационализации

обретенного метода и трагических сомнений в

нем; Х. склоняется к версии символизма, дан-

ной Анненским, а не Блоком. Это - наименее

пушкинская книга Х. (<звуки правдивее смыс-

ла>), из <коры> повседневности поэт стремится

вырваться к своим <бреду>, <боли>, <пению ди-

кому>,

Шумному Парижу Х. предпочитал пригоро-

ды, от постоянной нужды у него возобновился

фурункулез, к которому добавились зубная

боль и жестокая экзема. Журналистика была

для Х. вынужденным занятием; по словам

В.Яновского, он <задыхался от нудной работы>.

До 1926 печатался в <Днях> (редактор лит. от-

дела) и в <Последних новостях>, откуда ушел

по настоянию П.Милюкова. Разочарование в

Горьком, неприязнь к евразийству и <возвра-

щенчеству> обусловили его поправение: с фев-

раля 1927 до конца жизни возглавлял литера-

турный отдел газеты <Возрождение>. Был од-

ним из ведущих критиков русского зарубежья.

Постоянно полемизировал с Г.Ивановым и

Г.Адамовичем, в частности, о задачах литерату-

ры эмиграции, о назначении поэзии и ее кризи-

се. Совместно с Берберовой писал обзоры со-

ветской литературы (за подписью <Гулливер>).

Первым высоко оценил произведения В.Набо-

кова (Х. - один из прототипов Кончеева в его

романе <Дар>), критически относился к рома-

нам М.Алданова. Неоклассицизм Х. определил

неприятие им как нигилизма футуристов, так и

<писаревщины наоборот> формалистской кри-

тики.

Жил обособленно, в суждениях и вкусах

оставался независимым, его уважали как поэта

и наставника поэтической молодежи (Ю.Тера-

пиано, В.Смоленский, О.Мандельштам), но не

любили. Х. ограничился сообщением на первом

собрании общества <Зеленая лампа>, созданно-

го в 1928 З.Гиппиус и Д.Мережковским, и вско-

ре перестал бывать там. Как вспоминал Терапи-

ано, Мережковский и Гиппиус обвиняли Х. <в

неспособности понимать метафизику. Действи-

тельно ...Ходасевич не выносил разговоров о

<последних вопросах>. 4.4.1930 <Возрожде-

ние> и <Современные записки> отметили 25-

летие творческой деятельности Х.

Итогом его поэтических трудов стала книга

<Собрание стихов> (1927; после ее опубл. он

напечатал только 8 стих.). Новым в книге был

написанный в 1922-27 цикл <Европейская

ночь> (<Слепой>, <Берлинское>, <An Marie-

chen>, <Соррентинские фотографии>, <Балла-

да>, <Джон Боттом>, <Звезды> и др.), в котором

различимы новые влияния - М.Цветаевой,

сюрреалистической образности, переклички с

О,Мандельштамом. Романтическая тема конф-

ликта между творчеством и жизнью заканчива-

ется здесь поражением поэзии. Путем исполь-

зования постсимволистской эстетики достига-

ется диссонанс - подобие экспрессионистско-

го <крика> и <ужаса>, возникающего в точке

скрещения примет послевоенной Европы с при-

сущими ей ритмами чуждой Х. массовой куль-

туры и <ночных знаний души>; лирический ге-

рой везде видит себя <отраженным> и <иска-

женным>, В.Вейдле в отзыве на сборник писал,

что Х. <защитился от символизма Пушкиным>;

Г.Иванов отозвался о сборнике в ироническом

ключе: Г.Адамович утверждал, что лирический

герой Х. разделил судьбу всех романтиков, ко-

торые противопоставили мир искусства <миру

вашему>. Берберова позднее высказалась сход-

ным образом: <Пленник своей молодости, а

иногда и ее раб (декораций Брюсова, выкриков

Белого, туманов Блока), он проглядел многое

или не разглядел многого, обуянный страшной

усталостью и пессимизмом, и чувством трагиче-

ского смысла вселенной...>

С 1928 работал над мемуарами: они вошли

в книгу <Некрополь. Воспоминания> (Брюс-

сель, 1939) - о Н.Петровской, Брюсове, Бе-

лом, Муни, Гумилеве, Сологубе, Есенине, Горь-

ком и др. В книге <Державин> (публ. с 1929;

отд. изд. Париж, 1931; М., 1988) Х. изобразил

поэта со всеми его человеческими слабостями,

отказавшись от идеи <героической биографии>;

эта книга прежде всего о <языке> екатеринин-

ской эпохи, сделавшем возможным явление

предтечи Пушкина. Рефлексия о Пушкине со-

провождала Х. всю жизнь (<Поэтическое хо-

зяйство Пушкина>. Пг., 1924: <О Пушкине>.

Берлин, 1937 и др.), но намерение написать

биографию Пушкина Х. оставил из-за ухудше-

ния здоровья (<Теперь и на этом, как и на сти-

хах, я поставил крест. Теперь у меня нет ниче-

го>, - писал он 19.7.1932 Берберовой, ушед-

шей в апреле от Х. к Н.Макееву). В 1933 он

женился на О.Марголиной, погибшей впослед-

ствии в Освенциме. Похоронен в предместье

Парижа на кладбище Булонь-Бьянкур.

Соч.: Литературные статьи и воспоминания. Нью-

Йорк, 1954; Собр. стихов (1913-1939). Ред. и прим.

Н.Берберова. [Berkeley], 1961; Избранная проза, т. 1-

2, Нью-Йорк, 1982-83; Садовский Б.А., Ходасевич

В.Ф. Переписка. Ann Arbor, 1983; Стихотворения. Л.,

1989; Из переписки В.Ф.Ходасевича (1925-1938).

Публ. Дж.Мальмстада / Минувшее, вып. 3. М., 1991;

Письма В.Ходасевича к Н.Берберовой. Публ. Д.Бетеа /

Там же, вып. 5. М., 1991; Переписка В.Ф.Ходасевича

и М.О.Гершензона // De Visu, 1993. № 5.

Лит.: Сирин В. О Ходасевиче // СЗ, 1939, № 59;

Вишняк М. Владислав Ходасевич (из личных воспоми-

наний) // НЖ, 1944, № 7; Письма Максима Горького

к В.Ф.Ходасевичу // НЖ, 1952, № 30; Терапиано Ю.

Об одной литературной войне // Мосты, 1966, № 12;

Письма М.Цветаевой к В.Ходасевичу. Публ. С.Карлин-

ского // Там же, 1967, № 89; Hughes R.P. Khodasevich:

Irony and Dislocation: A Poet in Exile // Russ. Lit.

Triquarterly, 1973, № 27; Hagglund R.M. The

Adamovid- Xodasevic Polemics // SEEJ, 1976, № 20;

Гиппиус 3. Письма к Н.Берберовой и В.Ходасевичу.

Ann Arbor, 1978; Струве Н. <Некрополь> В.Ходасевича

// Вест. РСХД, 1978, № 127; Smith G.S. Stanza, Rhythm

and Stress Load in the Iambic Tetrameter of

V.F.Xodasevi^// SEEJ, 1980, № 24; Bethea D. Vladislav

Khodasevich: His Life and Works. Princeton, 1983; Ле-

вин Ю.И. Заметки о поэзии Вл.Ходасевича // Weiner

Slawistischer Almanach, 1986, № 17; Бочаров С.Г. Хо-

дасевич (1886-1939) / Литература русского зарубежья:

1920-1940. Сост. О.Н.Михайлов. М., 1993.

В. Толмачев

_Ц

\ЦАДКИН Осип Аронович (14.7.1890, Смо-

ленск - 25.11.1967, Париж) - скульптор.

Сын школьного учителя Арона Ц. и Софии Ле-

стер, принадлежавшей к роду шотландских ко-

раблестроителей, переселившихся в Россию

при Петре 1. Детство и отрочество провел в Ви-

тебске. Учился в 4-классном городском учили-

ще (1900-4); его одноклассником был М.Ша-

гал, близким приятелем - Л.Лисицкий. Первые

уроки в искусстве получил у живописца Ю.Пэ-

на. В 1905 был отправлен к родственникам ма-

тери в городок Сандерленд (Великобритания), с

1906в Лондоне в Школе искусств и ремесел,

где занимался резьбой и высеканием. Приехав

погостить в 1907 на родину, исполнил первую

монументальную работу из розового гранита -

<Героическую голову>.

Осенью 1907 Ц. возвратился в Лондон, где

продолжил обучение, с 1909 - в Париже,

поступил в Школу изящных искусств, в мас-

терскую Ж.-А.Инжальбера. Однако академиче-

скую лепку, прививаемую Инжальбером, Ц.

воспринимал как безжизненную имитацию ис-

кусства ив 1911 ушел из Школы. Тогда же

впервые выставил свои работы в Салоне неза-

висимых, вместе с А.Архипенко и В.Лембру-

ком. Посещал Русскую академию артистиче-

ской колонии <La ruche> (<Улей>) на Монпар-

насе, где познакомился с К.Бранкуси, А.Мо-

дильяни, Б.Сандраром, Р.Делоне и др. творцами

новейшего искусства. Под влиянием общения

с поэтами М.Жакобом и Г.Аполлинером начал

писать стихи и прозу, обнаружив незаурядный

литературный дар. Источником вдохновения

для Ц. в эти годы стала романская скульптура,

экспрессивные готические статуи, монумен-

тальные произведения архаических эпох, твор-

чество Родена. Увлечение африканской пласти-

кой проявилось в деревянной пятифигурной

композиции <Иов> (1914).

С началом 1-й мировой войны помощь из

дома иссякла; в революционные годы родители

Ц. погибли от голода. В 1915 Ц. вступил до-

бровольцем в армию, служил в русском госпи-

тале. Пережив газовую атаку немцев, заболел

и в начале 1917 был демобилизован, На орга-

низованной совместно с Модильяни и М.Кис-

лингом выставке (1918) показал 25 рисунков

на военные темы. Выставка имела большой ре-

зонанс в художественной жизни Парижа -

здесь читали стихотворения фронтовики Блэз

Сандрар и Жан Кокто, а композиторы знамени-

той <Шестерки> (Л.Дюрей, Д.Мийо, А.Онеггер,

Ж.Орик, Ф.Пуленк, Ж.Тайфер) исполняли

свои произведения,

В 1920 состоялась первая персональная вы-

ставка Ц. в галерее <Кентавр> (Брюссель), затем

выставки в Голландии и Нью-Йорке; первую мо-

нографию о Ц. написал в 1921 художественный

критик М.Рейналь. В 1920-е работы Ц. стали бо-

лее свободными, легкими, прихотливо-пластич-

ными. Дальнейшее развитие кубистических при-

емов привело его к окончательной выработке

собственных принципов выпукло-вогнутых пло-

скостей, формировавших скульптурную форму,

В 1928 вместе с другими мастерами Париж-

ской школы представил свои произведения для

экспонирования в русском разделе выставки

<Современное французское искусство> в Моск-

ве. С конца 1920-х жил в провинции, в 1934

вместе с женой поселился в деревушке Арк.

Излюбленные герои Ц. - мифологические,

библейские, театральные персонажи, великие

музыканты, живописцы, поэты. Вариации на те-

мы античной классики - статуи <Ниобея>,

<Дискобол>, <Деметра> (кон. 20-х). Под впечат-

лением поездки в Грецию (1931) родился образ

Орфея, который превращался в лиру, реализуя

поэтическую метафору <играть на струнах собст-

венного сердца>. Сам Ц. виртуозно владел аккор-

деоном, был тонким знатоком классической и со-

временной музыки. В 1936 завершил работу над

деревянной композицией <В честь Баха>. В кон-

це 30-х создал проекты памятников А,Рембо,

Г. Аполлинеру, А. Жарри, Лотреамону.

Ц. любил сопрягать скульптурные формы с

рисунками-граффити: на вогнутых и плоских

поверхностях рисовал или гравировал изобра-

жения рук, лиц, цветов, иногда - по примеру

архаической древневосточной скульптуры -

писал целые поэмы. Бурная динамика, могучий

пластический ритм, монументальность и без-

удержная эмоциональность его произведений

превратились в поздние годы в драматическую,

напряженную экспрессию. Ц. смело совмещал

и комбинировал разнообразные материалы -

мрамор и известняк, алебастр и хрусталь, дуб

и перламутр, цветное стекло и свинец; в де-

ревянных скульптурах обильно применял рас-

краску, лакировку, полировку, инкрустацию.

Нападение Германии на Францию вынудило

Ц. эмигрировать в США. Создал там статуи

<Заключенный> и <Воющий Арлекин>, выра-

зившие скорбь и горечь ввергнутого в войну

человечества. Вернулся в Париж в 1945. Тра-

гическим символом XX в. стал памятник <Раз-

рушенный город>, водруженный в Роттердаме

в 1953. фигура агонизирующего человека с

вырванным сердцем воплотила ужас кровавой

акции гитлеровцев, дотла разбомбивших Рот-

тердам 14,5.1940.

Тема великого художника-творца, ответст-

венного за человеческую культуру, получила

продолжение в послевоенном творчестве Ц. В

нескольких работах он воплотил образ Ван Го-

га, которого считал основоположником новей-

шего искусства: памятник в Овер-сюр-Уаз близ

Парижа (1956), бронзовая фигура художника,

бредущего по дорогам Франции с мольбертом

и этюдником (1963), двухфигурная группа

<Братья Ван Гог>, соединившая пластические

темы и <Орфея>, и <Разрушенного города>.

Работу Ц.-скульптора сопровождало огром-

ное количество офортов, рисунков, гуашей,

часть из них служила иллюстрациями его ли-

тературных произведений; вместе с тем в этих

композициях явственно ощутим пластический

подход.

Диапазон скульптурных работ Ц. очень ши-

рок: упрощенные, мощные головы из камня или

дерева, обобщенные монолитные женские фи-

гуры, группы из двух-трех фигур, экспрессив-

ные, барочные композиции (<Скульптор>, 1930:

<Менады>, 1934: <Homo sapiens>, 1934; <Хри-

стос>, 1939: <Рождение форм>, 1949: <Лаби-

ринт>, 1950 и др.), портреты. Барельефы Ц. ук-

расили здания в Париже и Брюсселе, его садово-

парковая скульптура имеется во многих городах,

Большое влияние на развитие современной

скульптуры оказала педагогическая деятель-

ность Ц. - он преподавал в собственной худо-

жественной школе, в мастерских академии

Гран-Шомьер в Париже. Автор книг <Путеше-

ствие в Грецию> (1955), <Три свечи> (1955),

<Клетка и птица> (1968).

Соч.: Zadkine Ossip. Le millet et ciseua. Souvenirs

de ma Vie. Paris, 1968.

Лит.: GianouJ. Zadkine. Paris, 1964.

А. Шатских

\ЦВЕТАЕВА Марина Ивановна (26.9.1892,

Москва - 31.8.1941, Елабуга) - поэт. Из

дворянской семьи. Отец ее, Иван Владимиро-

вич Ц. - сын сельского священника, филолог-

классик, профессор истории искусств в Киев-

ском и Московском университетах, директор

Румянцевского музея, основатель Музея изящ-

ных искусств в Москве (ныне Музей изобрази-

тельных искусств им. А.Пушкина), член-коррес-

пондент Петербургской Академии наук, доктор

honoris causa Болонского университета. Мать -

Мария Александровна Мейн - из богатой

семьи обрусевших немцев, талантливая пиани-

стка, рано (в 1905) умерла, В 1903-5 Ц. жила

в Швейцарии и Германии, училась в частных

школах: в 1909 приезжала в Париж, слушала

лекции в Сорбонне, изучала французскую поэ-

зию. Писала стихи с 6 лет, печаталась -с 16.

Впечатления детства, чувство доверия к жизни

нашли отражение в первых сборниках Ц. <Ве-

черний альбом> (1910), изданном ею самой, и

<Волшебный фонарь> (1912); рецензенты

(М.Волошин, Н.Гумилев, В.Брюсов) увидели их

новизну в тематике, документализме. Ранние

увлечения Ц. (Л.Чарской, Э.Ростаном, Наполео-

ном) незначительно сказались на ее творчестве.

В мае 19 II в Коктебеле Ц. познакомилась

с С.Эфроном, обвенчалась с ним в январе