1907) Написаны коротким динамичным мазком,

светлыми светоносными красками и, казалось

бы, близки манере импрессионистической жи-

вописи, однако в них нет того реального мира,

впечатления от которого передавали импресси-

онисты, нет ни предмета, ни солнца, ни реаль-

ного пространства. Жизнь в ранних работах С. -

светлая греза, его картины, писал А.Бенуа, -

это <какие-то дымы от зажженных куриль-

ниц с таинственными ароматами, это галлюци-

нации гашиша и эфира, убедительность несуще-

ствующего и неосуществимого>. Желание сде-

лать живопись, подобно музыке, средством вы-

ражения эмоций отразилось в названиях работ

С. (<Вальс снежных хлопьев>, <Ноктюрн>,

<Прелюд>, <Каприччо>), в мотивах романтиче-

ского балета как волшебства (<Балетные пасто-

рали>). Работы С. экспонировались на выстав-

ках <Московского товарищества художников>

и <Союза русских художников> (1905-10), на

выставках <Голубой розы> (1907) и др.

Мироощущению С. была свойственна преж-

де всего театральность. Но если поначалу театр

представлялся художнику воплощением мечты

о красоте и гармонии, то позже возобладало

<трагикомическое - клоунада, балаган, бур-

леск> (<Карусель>, 1910; <Масленичное гу-

лянье>, 1910-е; <Петрушка>, <Кукольный те-

атр> и <Арлекинада>, 1915). На этом этапе ма-

нера живописи С. заметно изменилась: краски

стали плотнее и ярче, рисунок определеннее,

композиции картин более четкими и построен-

ными, художник стал проявлять интерес к

предметному миру (<Река>, <Дорога>, <Пастби-

ще>, <Вид на имение>), он обратился к жанру

натюрморта, к портретированию. Однако и зре-

лое творчество С. оставалось условно-декора-

тивным и символико-аллегорическим: натюр-

морты, составленные из искусственных цветов

в декоративных вазах, статуэток саксонского

фарфора на фоне красочных панно или зеркал,

похожие на спектакли кукольного театра; пор-

треты, герои которых (например, жена худож-

ника О.Глебова-Судейкина в роли Путаницы из

одноименной пьесы Ю.Беляева, 1909) напоми-

нают сценические персонажи; пейзажи (<Лет-

ний пейзаж>, 1916; <Сельский Эрмитаж>,

1914; <В Михайловском парке>, 1915), пред-

ставляющие плоские декоративные панно на

темы галантного жанра XVIII - начала XIX вв.

Будучи активным членом содружества <Го-

лубой розы>, С. тем не менее тяготел и к мири-

скусничеству: <...он тоже художник мечты и

стиля, мечты об улыбке прошлого, о милых

подробностях не нашей, навеки отжитой, гра-

циозно-призрачной жизни> (Маковский). Прав-

да этот <ретроспективный сентиментализм> у

С. исполнен двусмысленности, гротеска, слива-

ется с эстетикой мещанского вкуса (<Северный

поэт>, 1909; <Русская Венера>; <Жанровая

сцена>). Творчество зрелого С. противоречиво,

парадоксально; в нем сосуществуют тяга к сти-

лизации и одновременно тенденция к ее раз-

венчанию, граничащая подчас с эпатажем.

Средством снижения традиционно возвышен-

ного служит художнику прием примитивиза-

ции. С. охотно обращался к лубку, к приемам и

образам русского балаганного театра или италь-

янской комедии дель арте. Судейкинская при-

митивизация не столь остра и гротескна, как

например у М.Ларионова, она более мягка, ли-

рична и привносит в искусство художника мо-

мент озорства.

Сложившийся стиль С, определил и харак-

тер его театра, где излюбленными жанрами ху-

дожника становились комедия и оперетта. На

сцене С. создавал великолепное праздничное

зрелище, которое, как правило, соединялось с

элементами кафешантана или грубоватой при-

митивностью народной площадной комедии

(<Забава дев> М.Кузмина, петербургский Ма-

лый драматический театр, 1911; <Изнанка

жизни> Х.Бенавенте, реж. А.Таиров, Русский

драматический театр в Петербурге, 1912), В