1913 Композитор принял католичество), во

Франции проявилась в таких сочинениях как

<Литургическая соната>, <Духовный концерт>,

<Гимн Св.Бенедикту>, Увлечение музыкой

Стравинского предопределило <неоклассицист-

ский> стиль Л. (например, Маленькая сюита in

F). Идеи Вареза привели Л. к опытам минима-

лизма. К числу наиболее значительных сочине-

ний парижского периода относятся опера <Пир

во время чумы>, Первая симфония (Simfonia

dialectica), Вторая симфония (Кормчая), католи-

ческие мотеты, Сюита для струнного квартета

и др.

В Париже все более важное место начала

занимать деятельность Л.-музыкального крити-

ка: он состоял в редколлегии еженедельника

<Евразия> (гл. ред. П.Сувчинский] как коррес-

пондент и ответственный за рубрику <Концер-

ты в Париже> - писал о важнейших музыкаль-

ных событиях. В журнале <Версты>, наряду с

такими авторами как М.Цветаева, С,Есенин,

Б.Пастернак, печатались эссе Л. о Моцарте,

аналитические этюды, посвященные музыке

Стравинского и др. статьи.

В 1941 Лурье, спасаясь от фашизма, вые-

хал в США. В течение 20 лет жил в Нью-Йор-

ке, затем в Сан-Франциско и последние 6 лет

- в Принстоне. В Америке были написаны

крупное сценическое сочинение <Арап Петра

Великого> по Пушкину, Кантата для женского

хора и 5 инструментов <Sibylla Dicit>, <Погре-

бальные игры в честь Кроноса> для 3-х флейт,

фортепиано и тарелки, <Заклинания> - вокаль-

ный цикл на стихи из <Поэмы без героя> А.Ах-

матовой и др.

В последние годы он написал интересней-

шие воспоминания <Чешуя в неводе> (памяти

М.Кузмина) и <Наш марш>, воссоздающие пор-

треты современников раннего русского аван-

гарда 1910-х.

Е. Пальдяева

\ЛЯЦКИЙ Евгений Александрович (3.3.1868,

Минск - 7.7.1942, Прага) - этнограф, фоль-

клорист, историк литературы. В 1889 окончил

минскую гимназию, в 1893 - историко-фи-

лологический факультет Московского универ-

ситета. В конце 1880-х начал печататься как

поэт. Первые научные труды - по белорус-

ской этнографии и фольклору. С конца 1890-х

жил в Петербурге, работал в Институте ант-

ропологии и этнографии им. Петра Великого,

в 1901-7, - старший этнограф и хранитель

библиотеки Русского музея: дослужился до чи-

на статского советника. С 1897 член Обще-

ства любителей российской словесности при

Московском университете. Печатался в акаде-

мической периодике, а также в журналах

<Обозрение>, <Журнал для всех>, <Современ-

ный мир>, <Русская старина>, <Детский от-

дых>, <Нива>. Постоянный сотрудник <Вестни-

ка Европы> (1902-7), где писал о И.Гончарове,

Н.Гоголе, М.Горьком, В.Вересаеве, Л.Андрееве,

А.Чехове, В.Брюсове и др.: отрицательно отно-

сился к модернизму. Придерживался умерен-

но-либеральных взглядов. Был женат на дочери

литературоведа, академика А.Пыпина, - В.Пы-

пиной и стал одним из наследников его архива;

переиздал некоторые труды Пыпина, напечатал

цикл статей о Н.Чернышевском (Совр. мир,

1909-10; Познание России, 1909: Современ-

ник, 1912-13), опубликовал его письма (<Чер-

нышевский в Сибири. Переписка с родными>.

СПб., 1912-13) и трехтомное собрание писем

В.Белинского (СПб., 1914). Как последователь

культурно-исторической школы в русском ли-

тературоведении придавал большое значение

фактам биографии писателя, бытовой среде,

литературным влияниям, что нашло отражение

в его первой монографии <Иван Александро-

вич Гончаров: Критический очерк> (СПб.,

1904; 2-е доп. изд. - <Гончаров: Жизнь, лич-

ность, творчество: Критико-биографические

очерки>. СПб., 1912; Стокгольм, 192 1). Книгу

критиковали В.Брюсов, С.Венгеров, но поддер-

жал П.Сакулин.

В конце 1917 Л. уехал в Финляндию и по-

сле ее отделения от России не вернулся; в

1918-19 редактор газеты <Северная жизнь>,

поместил в ней ряд статей антибольшевистско-

го характера. В 1920 организовал в Стокголь-

ме издательство <Северные огни>, печатавшее

А.Грибоедова, М.Лермонтова, И.Крылова со

вступительными статьями и комментариями Л.,

ранее вышедшие в России <Былины. Старинки

богатырские>, <Стихи духовные. Словеса зо-

лотые>, <Сказки. Утехи досужие>, <Русь сра-

жающаяся. Стихи народные о любви и скор-

би>. Был редактором и издателем журнала

<Около России>.

С 1922 жил в Праге, являлся профессором

Карлова университета, заведовал кафедрой

русского языка и литературы. Руководил изда-

тельством <Пламя> (1923-26), был редактором

газеты <Огни>, сотрудничал в журналах <Новая

русская книга>, <Русский архив>, в газете <Во-

ля России>, в <Научных трудах Русского народ-

ного университета в Праге> (участвовал в орга-

низации этого университета по приглашению

Т.Масарика). Как и ранее, Л. оставался дея-

тельным участником различных общественных

и научных учреждений: председатель Комитета

по улучшению быта русских писателей в Чехо-

словакии, почетный доктор Белградского уни-

верситета, почетный член Союза русских писа-

телей и журналистов в Праге. Работы Л. печа-

тались на русском, чешском, сербском, немец-

ком, английском языках, он сотрудничал в

итальянских, французских, финских, шведских

журналах и газетах. Много занимался популя-

ризацией русской классики: в Праге вышли его

<Очерки русской литературы XIX в.> (на чеш.

яз.), в Праге и Варшаве - <Классики русской

литературы> (1930, на чеш. и польск, яз.), в

Белграде - <Обзор русской литературы

XIX в.> (1935, на серб. яз.). Выпустил новые

исследования: <Гончаров в кругосветном плава-

нии: Критико-биографический очерк> (Прага,

1922) и <Роман и жизнь: Развитие творческой

личности И.А.Гончарова. Жизнь и быт. 1812-

1857> (Прага, 1925), представив развитие

творчества Гончарова в контексте духовной

жизни эпохи и в связи с личными переживани-

ями писателя, отраженными в его письмах: оп-

роверг бытовавшее тогда мнение о малосодер-

жательности духовного облика писателя, обна-

ружил жизненные истоки созданных им обра-

зов, например, воздействие на развитие замыс-

ла <Обломова> романтического увлечения Гон-

чарова Е.Толстой. В лекции о Чернышевском

(1922) разъяснял его отношение к народу

(<при создании нормальных условий политиче-

ского существования народ сам определит фор-

мы своего земледельческого и экономического

развития>) и характеризовал высокий нравст-

венный облик Чернышевского. В 1929 Л. обра-

тился к творчеству Л.Толстого: <Два мира в

приемах изобразительности Л.Н.Толстого>,

<Толстой и природа>, <Воскресение> Л.Н.Тол-

стого как художественный памятник>.

Следствием неизменного интереса Л. к

творчеству Пушкина явилось избрание его

председателем Пушкинского юбилейного коми-

тета в Праге в 1937. Л. привлекала художест-

венная история Пушкина. На 1-м конгрессе

филологов-славистов в Праге в докладе <Пуш-

кин-повествователь в <Истории Пугачевского

бунта> (Пушкинский сборник. Прага, 1929) Л.

утверждал, что писатель стремился прежде

всего воссоздать черты личности знаменитого

самозванца; прикрываясь общим тоном истори-

ческого повествования, он готовил <материал

для своего будущего романа> о Пугачеве. Не-

сколько работ Л. посвятил Ф.Достоевскому. В

статье <Художественная стихия в творчестве

Ф.Достоевского> (1922) писал, что образы его

романов использовались лишь для доказатель-

ства тех или иных философских или обще-

ственных положений, <защищали консерватизм

основ русского политического и общественно-

го строя, ...разрушали догматизм патриархаль-

ных суеверий и плесень сонного прозябания

души, ...с одинаковым диалектическим искусст-

вом доказывали бытие и небытие бога,.,>; Л. же

считал главным в языке писателя его попытку

поисков того <единого всеобъемлющего начала

...духовной жизни и, в частности, национально-

русской жизни>, которое он называл <скрепля-

ющей общей идеей>.

В прозаическом произведении Л. <Тундра:

Роман из беженской жизни> (Прага, 1925) -

рецензенты усматривали <тень Достоевского>,

легко угадывая, чьими <потомками> являются

герои романа. Сам Л. стремился, по его словам,

выразить боль за Россию - <ту, что рождала в

тайных помышлениях и молитвах красоту высо-

кого подвига. Красота эта творит духовную

личность, спасает душу и роднит живой связью

кроткую ясность терпения с пламенной верой в

грядущее пробуждение от тяжелого сна>. Поэ-

тому в каждом образе романа <столько тревоги

и муки>, столько <горя и скорби>.

В работе о <Слове о полку Игореве> (Прага,