1962 С Нью-Йоркским филармоническим ор-

кестром под управлением Л.Бернстайна.

Столь плодотворная и долгая жизнь Л. в ис-

кусстве была возможна благодаря ее способно-

сти и в 90 лет сохранять юношескую свежесть

чувств, восхищение красотой. В работе она бы-

ла одержимой. Характерно ее высказывание об

отдыхе: <На первый день я в восторге, на вто-

рой ощущаю беспокойство, на третий - жду

не дождусь того момента, когда смогу снова

начать заниматься и преподавать>. Силы Л. да-

вала музыка, общение с учениками. <Есть мно-

го способов описать талант, - говорила она. -

Один из них, это когда после целого дня уро-

ков вы сидите в полном изнеможении, но при-

ходит ученик и играет так прекрасно, что вы

чувствуете себя совершенно отдохнувшей>.

Соч.: Мои воспоминания / Воспоминания о Мос-

ковской консерватории. М., 1966; Записки / Выдаю-

щиеся пианисты-педагоги о фортепианном искусстве.

М.-Л., 1966.

Лит.: Wallace R.K. A Century of Music-Making: The

Lives of Josef and Rosina Lhevinne. Bloomington. 1976.

С. Грохотов

\ЛЕВИНСОН Андрей Яковлевич (1.1.1887,

Петербург - 3.12.1933, Париж) - критик,

историк балета, литератор. По образованию

филолог, специалист по французскому языку и

литературе. В 1910 окончил Петербургский

университет, в котором позднее был профессо-

ром по кафедре романских языков. Начал пи-

сать о балете в 1911 -в пору острого кризи-

са академизма и неутихающих нападок на ба-

летные традиции XIX в. как со стороны побор-

ников <свободного танца> (А.Дункан), так и со

стороны балетмейстеров-реформаторов (А.Гор-

ский и М.Фокин). Л. аргументированно и на-

стойчиво отстаивал ценности классического

танца и традиционного балета, винил увлекаю-

щихся новизной в ограниченности, а то и оши-

бочности реформаторских попыток. Причина

неприятия ряда новых явлений лежала не в

консерватизме, а в глубоком проникновении в

природу балетного искусства. Л. были присущи

вкус и художественное чутье, понимание пре-

ходящего значения некоторых начинаний и

опасности утраты в угаре новизны идеалов веч-

ной красоты, утверждаемых балетным класси-

ческим наследием.

Л. оказался не только на стыке двух эстети-

ческих миров: он стал активным участником

процесса мировой экспансии русского балета.

Успех дягилевской антрепризы породил мно-

жество гастролирующих за рубежом трупп, ко-

торые пропагандировали достижения русской

хореографической культуры. Л. имел редкую

возможность постоянно наблюдать спектакли и

исполнителей Мариинского театра на протяже-

нии театрального сезона, а затем - постановки

дягилевской антрепризы за рубежом в летний

период. По сути он оказался в эпицентре тех

эстетических катаклизмов, в результате кото-

рых не только формировалось новое искусство

танца XX в,, но и вообще определялись пути

развития этого искусства в будущем. Обладая

несомненным литературным даром, свободно

владея французским, он смог одинаково легко

и блестяще высказываться и в русской и во

французской прессе. Редкостная эрудиция, по-

груженность в тот культурный слой, который

собственно и породил поиски нового в балет-

ном театре, понимание художественных про-

цессов изнутри давали ему множество преиму-

ществ перед теми, кто брал на себя функции

балетного критика за рубежом. Не приемля

творчество Дункан, Фокина, В.Нижанского,

позднее - С.Лифаря, Л., тем не менее, так точ-

но описывал и анализировал их постановки, что

невольно стал историографом и исследовате-

лем балета той поры. Написанные в острой

форме, его статьи будоражили художествен-

ное сознание, затрагивали вечные темы искус-

ства. Они влияли и на художников, обнаружи-

вая противоречия их творчества, расхождение

намерений и результата. Л. удалось верно обоз-

начить основную проблему балетного театра

XX в, - необходимость создавать новое, не от-

вергая лучших достижений искусства предше-

ствующих эпох. Мир постигал эту очевидную

для Л. истину не одно десятилетие.

На долю Л. выпало подвести черту особому

этапу в русской балетной критике - творчест-

ву балетоманов. Способность воспринимать ча-

стное явление балетного искусства в контексте

его коренных проблем позволяет считать имен-

но Л. основоположником русской профессио-

нальной балетной критики. К этому высокому

уровню критической мысли, достигнутому в

России, Л. приобщил и французские издания, с

которыми он сотрудничал. Вот почему энцикло-

педия <Concise Encyclopedia of Ballet> Ф.Рейна

(London and Glasgow, 1974) объявляет его, и

вполне справедливо, основателем также совре-

менной французской балетной критики.

Творчество Л. распадается на два периода:

<русский> - 1911-20 и <французский> -