15 Лет, обучаясь в последнем классе саратов-

ской женской гимназии, осталась без родите-

лей (отец застрелился, мать умерла от туберку-

леза). Чтобы обеспечить существование себе и

младшей сестре, К. заняла место матери по за-

ведыванию богадельней; участвовала в различ-

ных кружках самообразования, формально за

пропуск большого числа уроков, в действитель-

ности же за <возмутительный> характер сочи-

нения на тему пушкинского стихотворения

<Поэт и чернь> исключена из гимназии. В 1885

окончила гимназию вместе со своими одно-

классницами, сдав экзамены экстерном и

получив аттестат с отличием. Осенью 1885

вышла замуж за своего гимназического учителя

физики И.Ювеналиева, в прошлом - участника

одного из народнических кружков начала

1880-Х. Вместе с мужем организовала у себя

<домашний университет>, слушательницами ко-

торого были гимназистки старших классов и

окончившие гимназию девушки (ок. 15 чел.);

помимо углубленного изучения математики,

физики, химии, истории, предметами чтения и

споров были произведения писателей-народни-

ков Н.Златовратского, Г.Успенского, статьи

Н.Михайловского, сатиры М.Салтыкова-Щед-

рина и др., материалы журналов <Вестник Ев-

ропы> и <Отечественные записки>. Вскоре

Ювеналиев скончался от чахотки, а в 1890 от

дифтерита умер младший сын К. Осенью того

же года К. стала слушательницей акушерских

курсов при воспитательном доме в Москве,

входила в студенческий кружок <самообразо-

вания>, где изучалась философия (Кант, Гегель,

Спенсер и др.), слушала лекции историка

В.Ключевского в Московском университете,

оказывала содействие в распространении неле-

гальной литературы, издаваемой народниче-

ским кружком писателя Н.Астырева. На лето

1891 Вернулась в Саратов, где участвовала в

собраниях радикальной интеллигенции, соста-

вившей ядро организации <Народное право>,

познакомилась с М.Натансоном и В.Черновым.

По воспоминаниям К., она дебютировала как

публицист в газете <Саратовский вестник>

(публикации не выявлены). Закончив фельд-

шерские курсы, вступила в санитарный отряд

по борьбе с холерой. Встреча К. с разъяренной

толпой во время холерного бунта, чуть не сто-

ившая ей жизни, стала одним из решающих

факторов в ее политическом самоопределении:

для нее стали предпочтительными задачи куль-

турного и политического воспитания народа,

его организация, и, следовательно, реформист-

ский путь преобразования общества.

Вскоре за причастность к кружку Астырева

выслана в Пензу, а оттуда - в Москву: месяц

провела в тюрьме и 3 года - под гласным

надзором полиции. Весной 1894, чтобы вы-

зволить из тюрьмы члена <Народного права>

студента-юриста П.Кускова, державшего мно-

годневную голодовку и дошедшего до полного

истощения, вступила с ним в фиктивный брак;

летом выслана в Нижний Новгород, где близко

познакомилась с В.Короленко, Н.Анненским и

М.Горьким, вела пропаганду среди сормовских

рабочих. В этот период она с позиций народни-

чества перешла на позиции марксизма. В конце

1895, Отбыв срок высылки, вернулась в Моск-

ву, стала женой С.Прокоповача и вместе с ним

в феврале 1896 выехала за границу для лече-

ния обострившегося туберкулеза и для установ-

ления связей с группой <Освобождение труда>;

сблизилась с Плехановым, прослушала курс со-

циальных наук в Брюссельском университете.

В 1897-98 в Берлине по рекомендации Плеха-

нова К. и Прокопович вошли в местную группу

Союза русских социал-демократов, однако,

ближе познакомившись с программой Союза,

выступили с ее критикой.

В 1899 вернулась в Россию, пыталась про-

пагандировать свои взгляды среди петербург-

ских социал-демократов и рабочих. Чтобы оз-

накомить со своей позицией узкий круг едино-

мышленников, К. кратко изложила ее письмен-

но, так появилось <Credo>, не предназначавше-

еся для печати; однако А.Ульянова-Елизарова

переслала один из списков <Credo> В.Ленину в

Шушенское, который опубликовал его, сопро-

водив резкой критикой. К. считала, что россий-

ские условия требовали иного, чем западный,

марксизма. В России, еще не пережившей

свою буржуазную революцию, непосредствен-

ная проповедь социализма, по К., была преж-

девременна, даже вредна, т.к. ослабляла энер-

гию борьбы за политическое освобождение,

которую российские социал-демократы долж-

ны были вести вместе с либералами, помогая

одновременно пролетариату вести экономиче-

скую борьбу. Особенно возмутительным для

ортодоксальных русских марксистов было мне-

ние К. о том, что российскому пролетариату по-

ка не нужна самостоятельная политическая

партия. Заклейменные представителями этого

течения российской социал-демократии как

<бернштейнианцы>, <предатели рабочего дви-

жения>, <экономисты>, К. и ее единомышлен-

ники организационно порвали с российской со-

циал-демократией.

С начала 1900-х энергично включилась в

<освобожденческое> движение, участвовала в

доставке из-за границы и распространении в

России журнала <Освобождение>. С осени

1904 один из редакторов легальной освобож-

денческой газеты <Наша жизнь>. В 1905 в чис-

ле активных организаторов и руководителей

Союза Союзов. На учредительном съезде кон-

ституционно-демократической партии в октяб-

ре 1905 избрана в ЦК, однако из-за программ-

ных и тактических разногласий отказалась вой-

ти в партию. С января по май 1906 - изда-

тельница, один из редакторов и постоянных со-

трудников политического еженедельника <Без

заглавия>, автор программной статьи <Ответ на

вопрос - кто мы?> (№ 3), выступала против

тактики бойкота 1-й и 2-й Государственной ду-

мы, за блок всех левых сил, включая кадетов. В

1906-7 сотрудничала в газете <Товарищ>; с

1908 - в газете <Русские ведомости>. В по-

слереволюционный период вместе с мужем за-

нималась вопросами кооперативного движения,

пыталась возродить <освобожденческое> дви-

жение. В 1911 участвовала в переговорах,

проходивших по инициативе Горького о созда-

нии журнала, способного объединить широкие

демократические силы общества. В 1912-14

сотрудничала в журнале <Современник>, опуб-

ликовала в нем большие статьи: <Во что ве-

рить?> (1912, № 5), призывавшую интеллиген-

цию помогать культурному росту народа, его

организации, что должно, по К" предохранить

его от экстремистских увлечений, и <Усложне-

ние целей> (1913, № 9), в которой выступила

с призывом преодолеть раскол в рабочем и со-

циалдемократическом движении и др.

В годы 1-й мировой войны занимала <обо-

ронческую> позицию. В 19~15 участвовала в не-

однократных попытках создать печатный орган,

подобный закрытому <Современнику>; по сви-

детельству Н.Бердяева, <Е.Кускова и С.Проко-

пович были в центре> закрытых общественных

собраний, происходивших в Москве перед

февралем 1917. По некоторым данным К. была

членом женской масонской ложи ив 1916 на

ее московской квартире собирались масоны

(на одном из таких собраний в апреле 1916

был намечен состав будущего Временного пра-

вительства). В 1917 К. поддерживала Времен-

ное правительство; в августе на Демократиче-

ском совещании в Москве представителями ко-

операции К. была избрана в т.н. Предпарла-

мент, на заседаниях которого заявляла, что

проводить социально-революционные преобра-

зования <во всем их объеме во время войны

есть преступление>, призывала к обороне госу-

дарства. После Октябрьской революции жила в

Москве, издавала газету <Власть народа>, быв-

шую одним из центров оппозиции большеви-

кам. В период гражданской войны стояла на

платформе <третьей силы>, выступавшей про-

тив диктатуры и большевиков, и белых. Входи-

ла в руководство <Лиги спасения детей>, со-

зданной по инициативе В.Короленко, член Со-

вета Политического Красного Креста.

В 1921 одна из организаторов и руководи-

телей Комитета помощи голодающим. За по-

пытку установить контакт с зарубежьем Коми-

тет был разогнан, К., Прокопович и Н.Кишкин

арестованы и приговорены к смертной казни,

от которой их спасло заступничество Г.Гувера

и Ф.Нансена. К. и Прокопович, отправленные в

ссылку на Север, в 1922 были доставлены в

Москву и высланы за границу. Первоначально

жила в Берлине, была избрана председателем

Политического Красного Креста, затем пере-

ехала в Прагу. В 1939, после оккупации Чехо-

словакии немецкими войсками, перебралась в

Женеву, где прожила оставшуюся жизнь. Со-

трудничала в газетах <Последние новости>,

<Дни>, <Новое слово> и др., а также в журна-

лах <Современные записки>, <Воля России>,

<Новый журнал>, играла активную роль в

политической жизни эмиграции, ее квартира

в Праге была <политическим салоном>, Вме-

сте с П. Милюковым вела переговоры по созда-

нию т.н. Республиканско-Демократического

центра. Устные и письменные выступления К.

по вопросам тактики эмиграции по отношению

к Советской России были предметом острых

дискуссий, В 1922-26 резко критиковала пла-

ны новых военных походов против Советской

России, призывала <засыпать ров гражданской

войны>, считала, что в условиях нэпа в России

можно действовать, не отрекаясь от своих

взглядов и не приспосабливаясь к большевист-

скому режиму, а потому усилия должны быть

направлены на поиски мирного, но достойного

пути возвращения на родину. Позиция К. не на-

шла поддержки у подавляющего большинства

близких ей политических деятелей. Против нее

выступили Милюков, Н.Авксентьев, А.Керен-

ский, М.Алданов. Установление режима личной

власти Сталина, насильственные формы кол-

лективизации и индустриализации, разгул пол-

итических репрессий вынудили К. отказаться

от надежд на демократическую трансформа-

цию большевизма, на возможность примирения

с ним. В годы Великой Отечественной войны

симпатии К. находились безоговорочно на сто-

роне России, а героизм русского народа и его

победа над фашизмом вновь возродили у К.

прежние надежды на возможность возвраще-

ния в Россию.

Соч.: Русский голод // СЗ, 1924, № 22; Открытки

(из тетради воспоминаний) // СЗ, 1925, № 25; Об уто-

пиях, реальностях и загадках; Деревня при НЭПе //

Там же, № 26; Месяц <соглашательства> // Воля Рос-

сии, 1928, № 3-5; Из прошлого и современности //

Там же, 1929, № 1, 3; Куда мы движемся? (О <восто-

ках> и Западе) // Там же, № 8-9; Беспризорная Русь //

СЗ, 1929, № 40; Крен налево // СЗ, 1930. № 44; Ска-

чок в неизвестное // СЗ, 1931, № 47; Инициатива дей-

ствий // Новый Град. 1933, № 6; В поисках права и

справедливости // Рус. записки, 1938, № 8-9; Давно

минувшее // НЖ, 1955, № 43; 1956, № 44, 45, 47;

1958. № 48-51, 54.

Лит.: Аронсон Г. Е.Д. Кускова, Портрет обществен-

ного деятеля // НЖ, 1954, № 37; Карпович М. Е.Д.Ку-

скова (1869-1958) // НЖ, 1959, № 56.

Арх.: ГАРФ, ф.5865; ф.579, оп.5, Д.210 (письма

П.Н.Милюкову); ф.5778, оп.1, д.333-335 (письма

В.А.Розенбергу); ф.5912, оп.1, д. 72 (письма П.Б.Стру-

ве); РГБ, ф.358, к.246, д.17 (письма Н.А.Рубакину).

Гуверовский институт войны, революции и мира,

ф.421, ф.712; Колумбийский университет - архив

Бахметьева, ф.499, ф.667, ф.676; Гуманитарный ис-

следовательский центр университета штата Техас, ф.5.

Н. Ерофеев

\КШЕСИНСКАЯ (Кржесинская) Матильда

(Мария) Феликсовна (19.8.1872, Лигово, при-

город Петербурга - 6.12.1971, Париж) -

танцовщица и педагог. Из потомственной семьи

польских артистов в нескольких поколениях.

Отец - Ф.И.Кшесинский, известный характер-

ный танцовщик, мать - танцовщица Ю.С.Де-

минская. Притязания на принадлежность к ро-

ду польского графа Красинского архивными

изысканиями не подтверждены. Первые уроки

танца получила дома. Вслед за старшими сест-

рой и братом была принята в Петербургское

театральное училище, где обучалась в качестве

приходящей ученицы с 1880 по 1890 у педа-

гогов Л.Иванова, Е.Вазем, Х.Иогансона. В клас-

се последнего К. продолжала заниматься, уже

служа в Мариинском театре; именно ему она

была более всего благодарна за свои успехи в

танцевальном искусстве. В дальнейшем занима-

лась также с Э.Чекетти. Творческая личность

К. складывалась в годы расцвета академическо-

го балета, в состязании со знаменитыми италь-

янскими виртуозками. Актерская выразитель-

ность итальянской гастролерши В.Цукки, с ис-

кусством которой К. познакомилась в 1886,

поразила воображение воспитанницы, перевер-

нула ее представление о балете. Желание сде-

лать танец понятным и осмысленным сопро-

вождало К. всю жизнь. На выпуске К. танцева-

ла с одноклассником С.Рахмановым вставное

pas de deux из <Тщетной предосторожности>

на музыку итальянской песни <Stella

Confidenta>, взятое из репертуара Цукки. Этим

же pas de deux она дебютировала 22.4.1890

на Мариинской сцене, исполнив его с Н.Лега-

том. В труппу была зачислена корифейкой как

К. 2-я: ее старшая сестра Юлия - Кшесинская

1-я, уже служила в театре в кордебалете.

Параллельно с творческой началась другая,

не менее важная в ее жизни, светская карьера.

Знакомство с наследником, будущим императо-

ром Николаем II, ознаменовало начало биогра-

фии наложницы. Знакомство произошло по

инициативе Александра III на торжественном

ужине в честь выпускного спектакля, и лишь

вступление в брак Николая II положило в даль-

нейшем конец их любовным отношениям. По-

кровительство между тем продолжалось. Это

помогло К. занять особое место в театральной

иерархии. Могущество ее со временем стало

почти безграничным: она сама назначала, какие

спектакли ей танцевать, а столкновение с нею

директора императорских театров князя С.Вол-

конского обернулось для него отставкой.

Привилегированное положение К. способст-

вовало театральной карьере, но не только оно

служило причиной быстрого продвижения по

служебной лестнице. К. обладала и несомнен-

ным талантом, и умом, и редким практицизмом,

и огромной волей. Невысокого роста, темново-

лосая, с мелкими чертами лица, пусть не отлича-

ющегося красотой, зато притягательного реши-

тельностью и надменным вызовом, с тонкой та-

лией и грубовато мускулистыми ногами, она

своей целеустремленностью и цельностью была

особенно привлекательна для людей нереши-

тельных, лишенных внутреннего стержня. Пи-

кантность, шарм, безупречные манеры придава-

ли ей специфическое обаяние, затушевывали

циничность намерений, Благодаря деловитости и

организованности ей удавалось распределять

время между светскими удовольствиями и жес-

ткими требованиями профессии, быть, когда

нужно, в форме, зорко следить за соперницами,

поддерживать отношения с влиятельными кри-

тиками и, достигнув первенства, отстаивать его

всеми доступными ей средствами, в том числе и

профессиональным совершенствованием.

В первый же сезон службы в театре она

получила сольные партии, среди них были фея

Кандид и Красная шапочка в <Спящей красави-

це> П.Чайковского. Первой балеринской пар-

тией для К. стала героиня балета М.Петипа

<Калькабрино> на музыку Л.Минкуса, появляв-

шаяся сначала в облике простодушной деревен-

ской девушки, а затем в образе темперамент-

ной волшебницы, посланницы ада (1.1 1.1891).

Особенно удачным оказался следующий дебют.

Партия Авроры в <Спящей красавице> Чайков-

ского-Петипа (17.1,1893) стала одной из вер-

шин ее исполнительского искусства. Смелость,

виртуозность, отчетливость ее инструменталь-

ного танца, позднее названного <колоратур-

ным>, передавали нарядную торжественность

хореографических композиций. Правда, поэти-

ческая глубина образа оставалась за пределами

возможностей балерины. Вскоре ее репертуар

пополнился партиями феи Драже в <Щелкунчи-

ке> Чайковского (25.4.1893) и Пахиты

(2.2.1894), Приезд П.Леньяни, поразившей

публику новым качеством виртуозного класси-

ческого танца, отодвинул производство К. в

ранг балерины. Оставалось перенимать дости-

жения соперницы; вслед за Леньяни К. испол-

нила Сванильду в <Коппелии> Л.Делиба

(25.4.1894). Первым спектаклем, поставлен-

ным Петипа специально для К., стал одноакт-

ный балет <Пробуждение Флоры> Р.Дриго

(28.7.1894). Длительный траур по Александ-

ру III привел к свертыванию театральной дея-

тельности в сезоне 1894/95. Компенсируя от-

сутствие спектаклей, К. согласилась на гастро-

ли в Монте-Карло (февр. 1895). В составе

труппы были ее брат Феликс, а также О.Преоб-

раженская, А.Бекефи, Г.Кякшт, Сенсацией ста-

ло выступление К. с братом в мазурке, В апре-

ле того же года она с неменьшим успехом гас-

тролировала с отцом в Варшаве.

Переломным в карьере К. стал сезон