XX в. И всей цивилизации - проблема духов-

ного геноцида и выживания - прозвучала

здесь в полный голос.

Д первым понял ограниченность таланта

Фокина и склонность его к самоповторам. Се-

зон 1912 вполне это продемонстрировал: по-

ставленные Фокиным <Синий бог> Р.Гана ( 13

мая), <Тамара> на музыку М,Балакирева (20

мая), <Дафнис и Хлоя> М.Равеля (8 июня) не

были новаторскими. Д. же, напротив, отрицал

эксплуатацию достигнутого; в его правилах бы-

ло зрителя атаковывать, шокировать, поражать.

Вот почему он решил готовить замену Фокину.

Нижинский, вовсе не помышлявший о балет-

мейстерском поприще, по настоянию Д. начал

ставить. Его первая премьера - <Послеполу-

денный отдых фавна> на музыку К.Дебюсси с

оформлением Бакста (29 мая) - вызвала скан-

дал, разделила зал на тех, кто приветствовал

смелость хореографа, и тех, кто возмущался

шокирующей новизной. Активное неприятие

устраивало Д. больше, чем равнодушие. В Сезо-

не 1913 Фокин не принимал участия - в нем

больше не нуждались. Антреприза менялась:

все большее место в ней занимали зарубежные

дирижеры, композиторы, художники. В корде-

балете все чаще появлялись зарубежные люби-

тели, часто совсем неопытные. Труппа Д. из

пропагандиста русского искусства превраща-

лась в лабораторию современного творчества.

Энергия и талант организатора активизировали

самые дерзкие поиски. В <Играх> на музыку

К.Дебюсси ( 15 мая) хореография Нижинского

передавала интонации современности, воспри-

нятые через тему спорта. Прорывом в будущее

стала следующая премьера - <Весна священ-

ная> Стравинского с оформлением Рериха (29

мая). Новаторскими были и музыка, и пластика.

Образ древней языческой Руси потребовал не-

привычных движений, иных композиционных

приемов. То было рождение принципиально но-

вой хореографии. Экспрессионизм в танце

пробивал себе путь. Премьера вылилась в гран-

диозный скандал: публика выкрикивала руга-

тельства, шумела, пыталась сорвать представле-

ние, Авторы постановки и актеры были расте-

ряны; лишь Д. уверял, что доволен.

Сезон 1913 по сути завершал первый, наи-

более результативный период деятельности ан-

трепризы, произведшей переворот на Западе в

отношении к русскому искусству. Оно утверди-

лось в общественном сознании как передовое,

изобилующее новыми, даже революционными

художественными идеями. Зарубежного зрите-

ля привлекали также ценности старого, тради-

ционного искусства, в исполнении русских

вновь обретавшие живость и глубину. На этом

этапе художественные интересы превалирова-

ли над коммерческими. Умение Д. находить ме-

ценатов, увлекать и очаровывать их снимало

финансовые проблемы в самых, казалось, без-

выходных ситуациях. Создание постоянно фун-

кционирующей труппы, а вскоре и отрыв от ро-

дины - сначала в связи 1-й мировой войной, а

затем вследствие революции 1917- выдвига-

ли необходимость содержать людей, видевших

в антрепризе единственный источник заработ-

ка. Труппа <Русский балет> Д. вынужденно

вступала на путь проката, а это влекло за собой

эксплуатацию уже созданного репертуара и

связанного с ним былого успеха - даже тогда,

когда новые исполнители не могли состязаться

с премьерными. Но главное - это была необ-

ходимость отвечать взятому курсу гонки за но-

визной. Д. оказался прикован к колеснице со-

творенного им успеха.

В августе 1913 труппа отбыла на гастроли

в Америку. В отсутствие Д, и без его ведома

произошла женитьба Нижинского. Взбешен-

ный мэтр порвал с ним контракт. Эпоха Ни-

жинского в жизни антрепризы и самого Д. за-

вершилась. Попытки примирения, даже пригла-

шение участвовать в выступлениях и постано-

вочной работе (<Тиль Уленшпигель> Р.Штрау-

са, 23.10.1916, <Манхеттен-опера>, Нью-

Йорк) были безуспешными. Возвращения Фо-

кина также оказывались временными и желан-

ных результатов не давали. Появление талант-

ливого хореографа Б.Романова в Сезонах