30.1.1986, Нью-Йорк) - писатель, литератур-

ный критик. По отцу - потомок обрусевших

шведов, мать - из старинного дворянского ро-

да. Отец Г., которого он рано потерял, был

присяжным поверенным, богатым помещиком.

Детство и юность Г. прошли в Пензе и в поме-

стье отца. В 1914 поступил на юридический

факультет Московского университета, но через

два года был мобилизован. Весной 1917 окон-

чил офицерскую школу в Москве и отправлен

на фронт, где его застала Октябрьская револю-

ция, В декабре возвратился к матери в Пензу; в

бесчинствах толпы на улицах города увидел

<страсть всеразрушения, всеистребления и ди-

кой ненависти к закону, порядку, праву, по-

кою, обычаю, ...именно тот всенародный бунт,

о котором Пушкин писал <бессмысленный и

беспощадный>. Вместе с братом Сергеем всту-

пил в Добровольческую армию, участвовал в

<Ледяном походе> генерала Корнилова, был

легко ранен. В Киеве братья были мобилизова-

ны в армию гетмана Скоропадского и после за-

хвата Киева Петлюрой оказались военноплен-

ными; в начале 1919 вывезены немецким воен-

ным командованием в Германию, жили в лаге-

рях для <перемещенных лиц>. Войти в офицер-

ские части, формировавшиеся в помощь белой

армии, Г. отказался: <Я почувствовал, что убить

русского человека мне трудно>. Работал у торгов-

ца лесом дровосеком, обдирщиком коры.

С 1920 жил в Берлине, куда приехали из

Советской России его мать и невеста, Ольга

Андреевна Новохатская, с которой Г. обвенчал-

ся в 1927. Сотрудничал в газетах и журналах

<Жизнь>, <Время>, <Русский эмигрант>, <Голос

России>. Примкнул к <сменовеховцам>, но

вскоре отошел от них, навсегда оставшись не-

примиримым в отношении <полулюдей>, как

называл он правителей СССР: <Их жизнью бы-

ла исключительно партия. В партии интриги,

склоки, борьба, но главное - власть, власть,

власть, власть над людьми>. <Чувство небыва-

лого отвращения ко всей этой всероссийской

революции> определило выбор Г. эмигрантской

судьбы: <Родина без свободы для меня не роди-

на, а свобода без родины хоть и очень тяжела,

но все-таки остается свободой>. Прожив в

эмиграции 6 8 лет, Г. не утратил духовной связи

с Россией: <Хотим мы этого или не хотим, ...мы

ведь работаем, пишем, сочиняем только для

нее, для России...>

В 1933 Г. был заключен нацистами в конц-

лагерь; в сентябре, после освобождения, эмиг-

рировал в Париж; в 1937 выпустил книгу

<Ораниенбург. Что я видел в гитлеровском кон-

центрационном лагере>. В 1936-37 работал в

Лондоне как киносценарист. Во время оккупа-

ции Парижа бежал на юг Франции (Лотэ-Га-

ронн); жил на ферме близ Нерака, работал на

стекольном заводе, затем крестьянином-ис-

польщиком. В 1945 вернулся в Париж, создал

группу <Русское народное движение>, издавал

газету <Народная правда> (1948-52, Париж,

Нью-Йорк), имея целью помощь соотечествен-

никам, оказавшимся после 2-й мировой войны

на Западе, В 1952 переехал в Нью-Йорк.

Литературное имя Г. принес роман <Ледя-

ной поход> (Берлин, 1921: М., 1990), замечен-

ный в эмигрантской среде и в Советской Рос-

сии, заслуживший похвалу М.Горького. З.Грже-

бин рассказал Г., что видел его роман на столе

у Ленина. Книга звучала как протест против

гражданской войны с ее развращающей жесто-

костью братоубийства. Ту же тему Г. развил в

<художественной биографии> <Конь рыжий>, о

которой И.Бунин писал автору: <Все еще вспо-

минаю порой Ваш роман - столько в нем со-

вершенно прекрасных страниц!> (в то же вре-

мя укоряя Г. <за вздохи о <братоубийственной

войне>).

Собственный опыт и рассказы других эмиг-

рантов стали основой книг Г. <Жизнь на фук-

са> (М.-Пг., 1923), <В рассеянии сущие> (Бер-

лин, 1923) и <Белые по Черному> (М., 1928),

Интерес Г. к ярким историческим личностям

проявился в романе <Генерал БО> (Берлин,

1929, в последующ, изд. - <Азеф>); переве-

денный на 9 языков, включая японский, он

привлек внимание А.Мальро и А.Камю. Цент-

ральные фигуры романа <Скиф> (Берлин,

1931) - М.Бакунин и Николай 1 (в 1974 пере-

изд. в Нью-Йорке под назв. <Бакунин>). В

1922 в Берлине вышла книга <Тухачевский.

Красный маршал> - один из лучших психоло-

гических этюдов Г. Продолжая анализировать

обстоятельства и свойства характеров, которые

вынесли будущих советских полководцев на

руководящие посты, помогли им увлечь кресть-

янскую Россию и разгромить белых генералов,

издал в 1933 книгу <Красные маршалы. Воро-

шилов, Буденный, Блюхер, Котовский> (пере-

изд. М,, 1990). История коммунистического

террора воссоздана в книге <Дзержинский

(Менжинский, Петерс, Лацис, Ягода)>. Цель

террора Г. видел в уничтожении свободомыс-

лия - почвы, на которой только может суще-

ствовать культура: <В СССР у населения наве-

ки разрушена память о прошлой России, отня-

ты мысль, слово, и духовно советское населе-

ние омертвело: мертвые молчат, и живые мол-

чат, как мертвые>; эмиграция, по мнению Г.,

стала хранительницей русских культурных тра-

диций, значительно обогатив и европейскую

культуру. В 1978 Г. начал публиковать в <Но-

вом журнале> трехтомный труд <Я унес Рос-

сию. Апология эмиграции> (полностью - в

нью-йоркском изд-ве <Мост>: T.I - <Россия в

Германии>, 1984: т.2. - <Россия во Франции>,

1984: т.З - <Россия в Америке>, 1989), по за-

мыслу Г., <некий справочник по истории Зару-

бежной России>, хотя и носящий субъектив-

ный характер. Г. дает пестрый и увлекательный

сплав явлений, составляющих жизнь русской

эмиграции, характеризует общественные и фи-

лософские течения и объединения (масонство,

<сменовеховство>, евразийство и др.), расска-

зывает о деятельности русских издательств, о

судьбе архивов, включает в повествование пси-

хологические и сатирические портреты извест-

ных и безвестных деятелей. Критики признали

трилогию <огромной и ценнейшей> работой.

Критические работы Г. вошли в сборники

<Одвуконь: Советская и эмигрантская литера-

тура> (Нью-Йорк, 1973) и <Одвуконь 2:

Статьи> (Нью-Йорк, 1982). Объясняя назва-

ние, Г. писал, что на долю эмигрантской лите-

ратуры выпала роль <запасного коня>, <но ког-

да-нибудь настанет день - и непременно на-

станет - когда вся полувековая халтура <ин-

женеров человеческих душ> отомрет, а творче-

ство советских писателей, кто несмотря ни на

что оставался духовно свободным, сольется с

творчеством русских свободных писателей-

эмигрантов>. В работах Г. оба эти русла уже

слиты. Ценностные критерии он находил в тра-

дициях русской классической литературы. Ув-

лекающийся и увлекающий читателя критик, Г.

тонко чувствовал оттенки, тона и полутона пи-

сательской манеры; художественным образам

он давал проникновенное и часто необычное

толкование. Б.Пастернак, прочитав статью Г. о

романе <Доктор Живаго> (1958), просил пере-

дать автору, что <она превосходит своей красо-

той и глубиной все, на что я надеялся и что за-

служил>. <Преувеличенность, баснословность

рисунка - законные черты в изобразительном

даре Цветаевой, - писал Г. о ее прозе. - Они

естественно рождены как из ее общего миро-

ощущения, так и из исповедания ею некой за-

поведи мифотворчества. А так как искусство и

жизнь были Цветаевой неразрывно слиты (она

знала только <правду всего существа>), то и

мифотворчество становилось не только литера-

турным приемом, но приемом видения мира>.

Рассматривая русскую литературу в контексте

мирового литературного процесса, Г. утверж-

дал, что Экзистенциализм Г.Иванова <много

старше сен-жерменовского экзистенциализма

Сартра и <уходит корнями... в граниты импер-

ского Петербурга>. По поводу <Реквиема>

А.Ахматовой писал, что в приложении к ней

<эпитет большого русского поэта (и в наши дни

единственного большого) совершенно естестве-

нен>. В А.Солженицыне видел <исключитель-

ное явление>; <Россия Солженицына это боль-

ше, чем государство, чем страна, нет, это некая

русскость, разлитая в мире, в ее лучшем и ду-

ховном чувствовании>. Высоко ценил романы

В.Дудинцева, поэзию Б.Окуджавы.

Деятельность редактора Г. начал в Берлине

в 1920 в журнале <Жизнь> по приглашению

В.Станкевича, затем работал в <Новой русской

книге> вместе с А.Ященко (1922-24). В 1952

начал сотрудничать в <Новом журнале> (Нью-

Йорк), с 1959 его главный редактор, стремил-

ся, чтобы журнал был бы своего рода <магнито-

фонной лентой>, на которой записаны для бу-

дущего голоса русских писателей, выдающихся

мыслителей, ученых, общественных и религи-

озных деятелей. Посмертно в <Новом журна-

ле> (1986, № 164) опубликованы мемуары

<Моя биография>.

Соч.: Киевская эпопея: Ноябрь-декабрь 1918 г. //

Арх. рус. рев-ции, 1921, т. 2; Переписка через океан

Г.Иванова и Р.Гуля // НЖ, 1974, № 140; Переписка

Светланы Аллилуевой и Ольги и Романа Гуля // НЖ,

1986, № 164, 165.

Лит.: Филиппов Б. Роман Гуль - прозаик: К 90-ле-

тию // НЖ, 1986, № 162; Магеровский Е.Л.. Пирож-

кова В., Филиппов Б. Памяти Романа Борисовича Гуля

// НЖ, 1986, № 164; Мартынов И. Последняя книга

патриарха русского зарубежья // НЖ, 1990, № 180;

Глэд Дж. Роман Гуль / Глэд Дж. Беседа в изгнании. М.,

1991: Померанцева Е.С. <...Только для нее, для Рос-

сии> (Роман Гуль) // Рос. литературовед, журнал,

1993, № 2.

Е. Померанцева

\ГУРВИЧ Георгий Давидович (Жорж)

(19.10.1894, Новороссийск - 10.12.1965,

Париж) - социолог, философ. Философскую

литературу читал с 14 лет, В 1912-15 учился

на юридическом факультете Юрьевского уни-

верситета. 12.10.1914 юридический факультет

присудил ему золотую медаль за работу по ис-

тории философии права <Правда воли монар-

шей> Феофана Прокоповича> (опубл. Юрьев,

1915). В августе 1915 по зачету 6 семестров

перевелся в Петроградский университет. С

1917 преподавал в Петроградском университе-

те и работал над докторской диссертацией

<Руссо и Декларация прав> (Пг., 1918), защи-

тив которую в 1920, получил докторскую сте-

пень. Через несколько месяцев эмигрировал в

Чехословакию, где в качестве приват-доцента

преподавал социологию и философию права на

кафедре истории философии права Русского

юридического факультета в Праге. Опублико-

вал в этот период ряд философских работ:

<Идеи неотъемлемых прав в политической док-

трине XVII-XVIII веков> (<Труды русских уче-

ных за границей>, Берлин, 1921), <Введение во

всеобщую теорию международного права>

(Прага, 1923), <Этика фихте> (Прага, 1925, на

нем. яз.),

С 1929 во Франции. Состоял в масонской

ложе <Северная Звезда> (1932-37). Сотрудни-

чал в журнале <Современные записки>, в газе-

те <Дни>, полемизировал с евразийцами; публи-

ковал научные работы на немецком и француз-

ском языках. Преподавал философию в

<Sevigne College>, затем несколько лет социоло-

гию в университете Бордо; в 1935-48 профес-

сор социологии в университете Страсбурга. По

приглашению Л.Бруншвича прочитал в Сорбон-

не курс <Современные тенденции в германской

философии 1927-1928 гг.> (опубл.: 1930: 2-е

изд. 1949). В 1932 появилась его книга <Идея

социального права>, над которой Г. работал

еще в России; она принесла ему международ-

ную известность. Осуждал гитлеровский ре-

жим, уехал после капитуляции Франции в

19 40 в США, был приглашен в нью-йоркскую

Новую школу социальных исследований. В

1941 принимал участие в создании в Нью-Йор-

ке под патронажем правительства Свободной

Франции <Ecole Libre des Hautes Etudes>. Участ-

ник дискуссий с американскими и французски-

ми коллегами о будущем Франции, проходив-

ших во французском институте социологии в

<Ecole Focillon>; в 1944 написал <Декларацию

социальных прав> (опубл. Нью-Йорк, 1944; во

Франции в 1946), чтобы <вдохновить конститу-

цию IV республики>. Читал курс социологии в

Гарвардском университете в 1944-45.

После возвращения в сентябре 1945 во

Францию стал центральной фигурой француз-

ской социологии, первым директором Центра

социологических исследований, лаборатории

социологии познания и морали, главным редак-

тором журнала <Cahiers intemationaux de

sociologie> (1946). С 1948 профессор социоло-

гии в Сорбонне и директор <L'Ecole Pratique

des Hautes Etudes>. Президент Института соц-

иологии (1953-56), президент комиссии соц-

иологии и демографии национального центра

научных исследований (1960-63). Кавалер ор-

дена Почетного легиона. В 1962 избран прези-

дентом Международной ассоциации социоло-

гов франкоязычных стран.

Активно выступал против алжирской вой-

ны, против централизации власти в современ-

ном технико-бюрократическом обществе, уча-

ствовал в деятельности общества <Франция-

СССР>. В своих работах проводил междисцип-

линарные связи между социологией, историей,

антропологией и социальной психологией.

Взгляды Г. сложились под влиянием И.Фихте,

А.Бергсона, Э.Гуссерля, социалистических кон-

цепций Сен-Симона, П.Прудона, К.Маркса, а

также социологии М.Вебера, Э.Дюркгейма,

особенно М.Мосса (идея <целостных социаль-

ных фактов>). Свою социологию Г. называл

<диалектическим гиперэмпиризмом>. Вместе с

Я.Морено, Э.Мэйо, К.Левин и др. он был одним

из создателей теории малых групп как главного

объекта социологии. В свою очередь, влияние

Г. проявилось в вариантах диалектической соц-

иологии Ж.П.Сартра (<Критика диалектическо-

го разума>) и в генетическом структурализме

Л. Гольдмана. Учеником Г. был Жак Казнев,

его преемник на кафедре социологии в Сор-

бонне.

Социолог преимущественно философского

склада, Г. придерживался скорее германской,

чем французской традиции; вместе с тем как

европеец он был оппонентом американского

эмпиризма. Приобрел репутацию <французско-

го Питирима Сорокина>, сам же Сорокин счи-

тал его одним из крупнейших социологов XX в.

Соч.: Государство и социализм // СЗ, 1925, № 25;

Большевизм и замирение Европы // СЗ, 1925, № 26:

Этика и религия // СЗ, 1926, № 29; Собственность и

социализм // СЗ, 1928, № 36: 1929, № 38;

Determinismes sociaux et liberte humaine. Paris, 1955;

Traite de sociologie, vol. 1-2. Paris, 1958-60; Proudhon.

Sa vie, son oeuvre. Paris, 1965; Les cadres sociaux classes

connaissance. Paris, 1966.

Лит.: Bosserman P. Dialectical Sociology. An

Analysis of the Sociology of George Gurvitch. Boston,

1968; Rankovic M. Gurvicevo shatunje strukture i

tipologije globalnih drustava. Beograd, 1970; Stefani

M.A. George Gurvitch. Roma, 1982; Swedberg R.

Sociology as Disenchantrnent: the Evolution of the Work

of George Gurvitch. Atlantic Highlands, 1982.

Ю. Дойков

\ГУСЕВ-ОРЕНБУРГСКИЙ (наст. фам. Гусев)

Сергей Иванович (23.9.1867, Оренбург -

1.6.1963, Нью-Йорк) - писатель, публицист.

Родился в семье казака-торговца. Окончил

Уфимскую духовную семинарию. С 1893 сель-

ский учитель, затем священник в Мордовии: в

1898 отказался от сана. В <Оренбургском лис-

тке> (8.5,1890) появился первый его рассказ

- <сентиментально-трогательная история о

слепом>, В 1900-2 публиковал очерки, фелье-

тоны, рассказы в <Киевской газете>, в 1897-

1901 -в петербургском журнале <Жизнь>. В

раннем творчестве выступал как бытописатель

родного края - оренбургских степей и предго-

рий Урала, Деревня в его рассказах предстает

забитой, люди бесправными (<Самоходка>,

<Где ветлы стояли>, <Мгла>, <Кошмар>, <Нуж-

да>). В повестях и рассказах о казаках созда-

вал образы хозяев бескрайних степей, людей

волевых, показывал их гуманное отношение к

<инородцам> (<Казак Колодин>, <Суд>). Описы-

вал служителей церкви: священников-просве-

тителей, добрых и бескорыстных (<Мечтатель>,

<Пастырь добрый>, <Бедный приход>), и лихо-

имцев, обирающих прихожан (<Жалоба>, <Дья-

кон и смерть>, <Злой дух>). Идейным настроем

творчества был близок Г.Успенскому, В.Слеп-

цову, писателям-народникам. Изображал соци-

альное расслоение деревни, проявления враж-

ды между миром богатства и нищеты, произвол

властей (<В приходе>, 1906; <Последний час>,

<Конокрад>, <Лукич>, <Интрига>). Повесть

<Страна отцов> (1904) отразила предреволю-

ционную атмосферу в деревне и городе; Г.-О.

посвятил ее М.Горькому, с которым сблизился,

участвуя в сборниках <Знание>, Горький поло-

жительно оценивал рассказы писателя, отмечая

его талант. В стихотворении <Реквием> (1905)

Г.-О. выразил скорбь о жертвах народной борь-

бы, прославлял их подвиг. Показателем обще-

ственного признания творчества Г.-О. явилось

выпущенное в 1903-13 издательством <Зна-

ние> собрание его рассказов в 4-х томах, а в

1913-18 издательством <Жизнь и знание> -

полное собрание сочинений в 16 томах.

После 1-й русской революции в творчестве

Г.-О. произошла смена акцентов: появились но-

ты пессимизма, мотивы эстетства, уход в фан-

тастику (<Сказки земли>, 1908; <Горная леген-

да>, <Золотой сон>, 1915), Отношение к рево-

люционным событиям 1917 Г.-О. выразил в

плакатно-поэтических картинах и образах кни-

ги <За свободу. Повесть в стихах> (Казань,

1919). Повесть <Бессмертный Прохорыч> (Чи-

та, 1921) - карикатура на <революционные

изменения> в жизни провинциального городка,

где участковый страж порядка на рынке, про-

мышляющий попутно поборами, становится

первой личностью, <борцом> за передовые

идеи.

О своих послереволюционных переживани-

ях Г.-О. писал: <В течение трех лет я скитался

по пределам России в вихрях гражданской вой-

ны, жил на Украине, при немцах, Скоропад-

ском, голодал и холодал год в Москве, ездил

по польскому фронту, передвигался по Украи-

не с деникинской армией, пережил ее расцвет

и развал, пережил погромы, обстрелы Киева и

Ростова, жил в Крыму после Врангеля и снова

в Москве незадолго до перехода к новой эко-

номической политике... За отсутствием всякой

возможности прим.ть объективно свой литера-

турный труд в России, с горечью в сердце вы-

нужден был уехать за ее пределы>, В середине