12. С.Н. Прокопович: «…я не могу не упомянуть… об совершенно излишней форме траты хлеба – …о самогонке.»

Цз речи министра продовольствия Временного правительства С.Н. Прокоповича на заседании предпарламента. 16 октября 1917 г.

Позвольте мне, гг. члены Временного Совета республики, ответить на ваш вопрос выяснением общего положения продовольственного дела в стране. Сейчас вам будут демонстрированы карты, которые рисуют урожай этого года. Общее задание, которого Министерство продовольствия имеет достигнуть в этом году, 1120 млн. пуд. (17 млн. 920 тыс. тт. – В.С.) …

… В этом году нам нужно по заданию заготовить для действующей армии 650 млн. пуд., для внутренних военных округов около 70 млн. пуд., для железных дорого и гражданского населения 400 млн. пуд., итого 1120 млн. пуд. Можем ли мы в этом году исполнить это задание? …

… Вероятно, нам это задание исполнить удастся, и тогда то тяжелое положение, в котором находится страна, будет несколько улучшено. Тут я не могу еще не упомянуть об одном явлении, об одной совершенно излишней форме траты хлеба, – я говорю о самогонке. Вы понимаете этот термин «самогонка»? Самовольная гонка водки. Явление это в настоящее время получило колоссальное распространение, и у нас не только в губерниях, богатых хлебом, но и в тех губерниях, в которые мы хлеб подвозим, и некоторая, далеко не незначительная часть того хлеба, который мы с таким трудом закупаем и везем, несомненно, расходуется на самогонку. Я думаю, что на это явление, несомненно, нам придется обратить внимание, и в интересах продовольствия, если не в других интересах – это уже дело других ведомств, нам, безусловно, необходимо принять меры к тому, чтобы хлеб не расходовался на эту самогонку. Затем, конечно, гражданскому населению придется довольно широко использовать картофель, урожай которого в этом году довольно удовлетворительный …

… Продовольственное дело висит на ниточке, - я это говорю совершенно определенно. Эта ниточка в любой момент может порваться, и для того, чтобы она не порвалась, для того, чтобы крестьяне продолжали давать нам хлеб, надобно им сказать, что да, они братья рабочих, они братья горожан и гражданская война между отдельными частями русского государства не должна иметь места. Такова воля, таково постановление наиболее компетентного государственного учреждения в стране. Скажите это, скажите, что анархия должна быть прекращена, что у власти должны быть созданы на местах органы, имеющие материальную силу осуществления своих постановлений, и что всякому гражданину русскому будут обеспечены элементарные права человека и гражданина. Если вы это сделаете, вы разрешите продовольственную проблему. Без этого вы не будете иметь хлеба. (Рукоплескания в центре, справа и на отдельных местах слева.)

Экономическое положение России накануне Великой Октябрьской социалистической революции. Март – октябрь 1917 г. Документы и материалы. – Т.2. – М.-Л., 1957. – С.353-369.

13. «Ленин предлагал… уйти из Предпарламента… и звать массы на .. Борьбу против правительства… буржуазии.»

ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ СОВЕЩАНИЕ, совещание об «организации власти», происходившее с 14 (27) сентября по 22 сент. (5 окт.) 1917 в Петрограде (в Александрийском театре). Оно было созвано ВЦИК Советов рабочих и солдатских депутатов и ИК Советов крестьянских депутатов после подавления контрреволюционного мятежа Корнилова и распада второй коалиции вследствие выхода из Временного правительства министров к.-д. «Власть, созданная демократией и опирающаяся на ее органы, – говорилось в резолюции исполкомов о созыве Д.с, – должна быть свободна от всяких компромиссов с контрреволюционными цензовыми элементами». Отклонение же исполкомами Советов резолюции большевиков о создании власти из представителей революционного пролетариата и крестьянства показывало, что эсеровско-меньшевистское большинство Советов стремится при помощи Д.с. лишь подготовить почву для новой коалиции с буржуазией. Задачей Д.с. было отвлечь внимание рабочих и крестьянских масс от новой надвигающейся революции и противопоставить требованиям пролетариата о переходе власти к Советам решения «тоже демократического» и притом общероссийского Совещания. Уже состав Д.с. обеспечивал продолжение коалиционной политики. Советам на Д.с. отводилось второстепенное место. Кроме представителей ВЦИК и ИК советов крестьянских депутатов на совещание приглашались только областные советы, в к-рых меньшевики и эсеры имели большинство. Представительство местных советов, в т.ч. Петроградского и Московского, исключалось. Главную роль на Д.с. должны были играть города и земства (причем нек-рые из них сохраняли еще свой старый дореволюционный состав), кооперация и целый ряд профессионально-интеллигентских организаций. Это создавало на Д.с. большинство для партий мелкой буржуазии, которое далеко не соответствовало степени их действительного влияния в стране и, несмотря на официальное устранение от участия в Д.с. организаций крупной буржуазии, обеспечивало последней не только влияние на решения Д.с, но иногда и прямое представительство. Несмотря па явно буржуазно-соглашательский характер Д.с. буржуазия заняла по отношению к нему отрицательную позицию, изображая Д.с. как бесполезную затею. 6 (19) сентября орган к.-д. партии газета «Речь» обращалась к членам партии к.-д. с призывом воздержаться от участия в выборах членов Д.с. Состав Д.с. не мог удовлетворить советы, ряд местных советов прислал во ВЦИК протесты против недемократического подбора участников Д.с. и настаивал на созыве перед Д.с. Съезда советов. Фракция большевиков во ВЦИК 7 (20) сентября потребовала на Бюро ВЦИК расширения состава Д.с. путем увеличения представительства рабочих организаций, армейских комитетов и провинциальных советов. Однако требование это было отвергнуто Бюро ВЦИК.

Обострение классовых противоречий и открытое выступление буржуазии на поддержку Корнилова толкали массы все более влево. Под влиянием большевизации масс в среде меньшевиков и с.-р. по вопросу об организации власти происходит раскол. На заседании ВЦИК 12 (25) сентября левые меньшинства фракций с.-р. (Камков) и меньшевиков (Мартов) высказались против коалиции с буржуазией. Большинством только в 119 голосов против 101 удалось провести резолюцию о коалиции. При этом принятая поправка признавала коалицию с партией к.-д. недопустимой.

Всероссийский кооперативный съезд, Московское городское самоуправление и ряд других буржуазно-демократических организаций, приглашенных участвовать на Д.с. и стоявших за коалицию с крупной буржуазией, выступили в свою очередь с требованием увеличения своего представительства в Д.с; так, Московское городское самоуправление настаивало «на предоставлении на Совещании делегатам городов и земств не менее половины мест». Эсеровско-меньшевистское большинство пошло навстречу этим домогательствам, значительно увеличив количество мест земствам и городам. Правда, пришлось сделать кое-какие уступки и требованиям местных советов; так, напр. Петроградскому совету было предоставлено 5 мест, но это не уменьшало перевеса земств, городов и других буржуазных организаций над советами. Подлинные выразители воли революцион. рабочих, солдат и крестьян тонули в массе представителей буржуазной интеллигенции, приходившей в ужас перед надвигавшейся социалистической революцией.

Всего на Д.с. присутствовало ок. 1600 делегатов, в том числе (по газетным данным) прислали: советы рабочих и солдатских депутатов – 230 человек, советы крестьянских депутатов – 230 чел., профсоюзы – 100 чел., города – 300 чел., земства – 200 чел., армия и флот – 125 чел., казаки – 35 чел., общая кооперация – 120 чел., рабочая кооперация – 38 чел., почтово-телеграфный союз – 12 чел., ж.-д. союз – 27 чел., учительский союз – 15 чел., торгово-промышленные служащие – 30 чел., экономическая группа (комитеты снабжения, экономические совещания) – 33 чел., продовольственные комитеты и организации – 17чел., земельные комитеты – 20 чел., крестьянский союз – 10 чел., национальные организации и учреждения (Украинская рада, Мусульманский совет, Совет национальных партий и др.) – 60 чел. и по 1 – 2 представителя от целого ряда таких организаций, как инженеры, врачи, журналисты, фельдшера, союз духовенства и т.п.

Точных данных о партийном составе Д.с. нет. Во всяком случае на нем было немало выразителей интересов цензовой буржуазии. К 4 открытым к.-д. сюда нужно присоединить радикал- и национал-демократов, часть делегатов, зарегистрированных как беспартийные, и значительную часть кооперативной делегации. Правых с.-р., трудовиков и плехановцев было 135 ч., к ним можно присоединить и остальную часть кооператоров. Т.о. правое крыло Д.с. насчитывало более 300 делегатов. Центр составляли 427 с.-р. и 172 меньшевика. Левых с.-р. и меньшевиков-интернационалистов было 127. Большевиков зарегистрировано было 134, к ним нужно прибавить половину профсоюзной делегации, т.о. всего у них было 180 – 200 делегатов.

Д.с. было открыто председателем ВЦИК Чхеидзе. Керенский в приветственной речи старался запугать собрание грозящей стране анархией и тяжелым положением на фронте. Главным вопросом, обсуждавшимся на Д.с, был вопрос об организации власти, причем борьба шла почти исключительно вокруг вопроса о коалиции. Вся правая часть собрания, в т.ч. Церетели, правая часть с.-р. и меньшевиков (меньшинство советской делегации), министры-социалисты (Скобелев, Зарудный, Пешехонов), кооператоры – единодушно отстаивали коалицию с к.-д. (оговорка – «не замешанными в заговоре Корнилова» – не имела конечно существенного значения). Чернов и его группа с.-р. стояли за коалицию, но без к.-д. Против коалиции с буржуазией выступала левая часть с.-р. и меньшевиков, огласившая декларацию от имени большинства советской делегации. Большевики в своих выступлениях беспощадно вскрывали саботаж буржуазии во Временном правительстве, неизбежность контрреволюционных выступлений с ее стороны и использовали Д.с. для окончательного разоблачения соглашательской политики меньшевиков и с.-р. Ленин в своих письмах в ЦК в начале сентября настойчиво напоминал, что решение вопроса о власти лежит вне Д.с, на заводах и в казармах, куда он и предлагал после прочтения декларации двинуть всю большевистскую фракцию Д.с. для прямой подготовки вооруженного восстания. Однако на заседании ЦК 4/Х (21/IX) было решено с Д.с. не уходить и лишь отозвать членов партии из президиума. Декларация большевиков, оглашенная в Д.с. 18 сентября (1 октября), требовала передачи всей власти советам, отмены частной собственности на землю и передачи ее крестьянским комитетам, введения рабочего контроля, национализации важнейших отраслей промышленности, уничтожения тайных договоров и немедленного предложения всем народам воюющих государств всеобщего демократического мира, вооружения рабочих и создания Красной гвардии. Отмечая искусственный состав Д.с, декларация выдвигала как важнейшую задачу созыв Съезда советов для принятия действительных мер к полному прекращению личного режима Керенского и осуществления выдвинутой программы. На голосование был поставлен вопрос о коалиции. За коалицию было подано 766 голосов против 688, воздержалось 38, после чего президиумом были предложены две поправки. Первая: «за пределами коалиции остаются те элементы, как кадетской, так и других партий, к-рые причастны к корниловскому заговору», и вторая – «за пределами остается партия народной свободы». Большинством 798 против 139 при 196 воздержавшихся была принята первая поправка. За вторую поправку голосовало 595 чел., против – 493, воздержалось – 72. За резолюцию в целом голосовало 183 чел., против нее – 813 и воздержалось 80. Т.о. Д.с. отклонило свою собственную резолюцию и показало свою полную беспомощность разрешить вопрос о власти. Оказалось, что, даже искусственно подобранное, оно не в состоянии служить опорой для новой сделки эсеровско-меньшевистской верхушки советов с буржуазией. Для достижения этой цели вождям с.-р. и меньшевиков пришлось пойти на целый ряд подлогов. Решено было устроить совещание президиума Д.с. совместно с представителями всех политических течений Д.с. и центральными комитетами партий, к-рые должны были путем взаимных уступок придти к соглашению по вопросу о власти. Страх перед растущей активностью масс и перспективой новой революции вынуждал верхушку с.-р. и меньшевиков цепляться за соглашение с буржуазией, как за последнее средство спасения. Совещание президиума с партиями решило снять с обсуждения вопрос о коалиции и передать решение вопроса о власти особому представительному органу (Демократическому совету), выделенному из состава Д.с, и установить ответственность перед ним Временного правительства. При этом не исключалась возможность участия цензовой буржуазии в правительстве и в представительном органе.

Демократический совет был составлен пропорционально из всех групп, участвовавших на Д.с. На 90 мест представителей земств и городов и 23 места кооперации все советы имели в нем только 76 мест и профсоюзы – 21 место. Это делало Демократический совет копией Д.с, закрепляло в нем преобладание партий мелкой буржуазии и превращало его в удобное средство для проведения политики вождей с.-р. и меньшевиков.

Немедленно по окончании Д.с. выделенная им делегация во главе с Чхеидзе, Церетели, Авксентьевым и Гоцем приступила к переговорам с представителями цензов, буржуазии и Керенским об образовании правительства. Соглашение было достигнуто и утверждено Демократическим советом. Однако это соглашение не имело ничего общего с условиями, принятыми Д.с, и было полной капитуляцией перед буржуазией. Демократический совет не создал правительства, наоборот, Временное правительство организовало Предпарламент, Временный совет Российской республики, куда после образования 3-й коалиции наряду с членами Демократического совета были введены представители цензовой буржуазии. Ответственность Временного правительства перед Предпарламентом и «Декларация революционной демократии» 14 августа как программа его деятельности были отвергнуты. Временное правительство было организовано с участием представителей к.-д.

Д.с. обнаружило полное разложение правительственных партий меньшевиков и эсеров, явную потерю ими большинства среди рабочих, солдатских и крестьянских масс, что заставило эти партии пойти на подлог: отказаться от отчета перед Съездом советов и созвать вместо него подтасованное Д.с. По отношению к массам рабочих и крестьян Д.с. было «обкрадыванием демократизма при лицемерном соблюдении внешности демократизма» (Ленин). Искусственно подобранное мелкобуржуазное большинство Д.с. не только не могло уничтожить стремления к бонапартизму Керенского, но, наоборот, после Д.с. он стал еще откровеннее. «Наша партия, – писал В.И. Ленин – сделала ошибку, участвуя в Д.с»; «большевики, – говорит он в другом месте, – должны были уйти в виде протеста и для того, чтобы не поддаваться в ловушку отвлечения Совещанием народного внимания от серьезных вопросов» (Собр. соч., том XXI, 2 изд., стр. 214 и 215). Чтобы исправить эту ошибку, Ленин предлагал немедленно уйти из Предпарламента к массам и звать массы на революционную борьбу против правительства Керенского и буржуазии.

БСЭ. – Т.21. М., 1931. – С.245-249.