218. Статья а.В. Силина «Современная социал-демократия, как она есть с позиции марксизма». 1999 г.

В конце прошлого года состоялся объединительный съезд российских социал-демократов, на котором значительная часть социал-демократических групп и группочек объединились в партию. Но, зададимся несколькими вопросами: во-первых, является ли эта партия действительно марксистской; во-вторых, выражает ли она интересы рабочего класса и, в-третьих, кто же является и может быть социальной опорой данной партии.

По большому счету и во всех отношениях созданная Объединенная Российская Социал-демократическая партия марксистской партией не является. Лидеры как зарубежной, так и современной российской социал-демократии выкинули марксизм за ненадобностью, утверждая о моральном устаревании марксизма, что при его помощи невозможно осмысливать реалии и мировой и отечественной политической и социально-экономической жизни в XXI веке.

Важнейший вопрос, ответ на который отделяет марксиста от немарксиста, - это вопрос о государстве. Доктор исторических наук Б.С. Орлов, явно симпатизирующий социал-демократии, в статье «Политическая культура социал-демократии и проблемы России» пишет о государстве следующее: «… социальное государство – это обеспечение в стране здорового социального климата, развитие без потрясений, революций и гражданских войн. Ныне социальное государство… самое значительное достижение мировой цивилизации».^A Однако, с точки зрения марксизма, государство – есть орган господства одного класса над другим. По мысли К. Маркса, государство – «паразитическая организация». В современных промышленно развитых странах и в России существует буржуазное, империалистическое государство. Фраза о «социальном государстве» - это тот фиговый листок, при помощи которого социал-демократия пытается прикрыть классовую сущность государства. Государство продолжает быть «исполкомом буржуазии». Безусловно, чтобы выжить, чтобы не вызвать мощную волну социально-политического протеста, которая может смести с лица Земли этого уродца, буржуазное государство вынуждено идти на компромиссы, проводить реформы и «реформочки», вставать в ряде случаев над узкоклассовыми интересами буржуазии и в той или иной мере выражать интересы общенациональные. Примерами могут служить защита от вооруженных посягательств на свою территорию со стороны чужой буржуазии, борьба со стихийными бедствиями (но и здесь буржуазное государство стремиться не упустить своего интереса, а соответственно и интереса буржуазии, исполкомом которой оно и является). Подвергнувшись нападению извне, буржуазное государство пытается сплотить народ патриотическими надклассовыми «общенациональными» лозунгами, замазать классовые противоречия, которые реально существуют. А, победив, оно усиливает идеологическое воздействие на общество в целом и на рабочий класс в частности, заявляя, что именно оно является выразителем интересов всех и вся и благодаря его усилиям была достигнута победа. Стихийное бедствие может разрушить производительные силы, находящиеся в руках буржуазии, лишить ее большого количества рабочих рук, что в условиях нынешней демографической ситуации вещь немаловажная, невольно заставляет буржуазное государство бороться с разрушительными проявлениями природной стихии.

Социал-демократы очень много распространяются о «демократии вообще», об «истинной», «подлинной» демократии. Они забывают о том, что под демократией подразумевается способ принятия решений, если рассматривать ее в узком смысле слова, а в более широком можно говорить о демократической форме проявления в государстве. Социал-демократы пытаются рассматривать демократию абстрактно, отрывая ее от классовой основы. А в классовом обществе демократия неизбежно носит ограниченный классовый характер. Пределы этой демократии в различных видах буржуазных государств неодинаковы, но окончательные решения по важнейшим политическим и социально-экономическим вопросам принимаются правящим классом буржуазии. И эти решения преподносятся обществу и «демократической» оболочке. Их классовая суть частенько завуалирована пышной «демократической» фразеологией. За формой необходимо видеть содержание. Демократическая республика – это одна из наиболее «продвинутых» форм классового политического господства буржуазии. Рабочий класс может и должен использовать легальные возможности, предоставляемые этой формой для защиты собственных классовых интересов, но он не обязан быть аллилуйщиком этой формы и, когда настанет срок, скинуть ее на свалку истории. Социал-демократы же призывают всячески содействовать укреплению буржуазной демократии, вероятно, по наивности, а возможно и сознательно полагая, что «развитие и расширение» буржуазной демократии «естественным» путем приведет к новому качественному состоянию общества. Однако буржуазия бдит на страже своих классовых интересов и не допустит поползновений на свои властные прерогативы. Скорее она ликвидирует демократическую республику и установит диктатуру, чем добровольно выпустит власть из своих рук.

Уже упоминаемый нами Б.С. Орлов пишет «…социал-демократы являются сторонниками. Напомним, что ими еще в ходе Первой мировой войны был выдвинут лозунг Соединенных Штатов Европы».^B Но уважаемый профессор не конкретизирует, какой смысл вкладывался социал-демократами в этот лозунг. Применительно к тем историческим условиям он звучал, по меньшей мере, как мелкобуржуазная фраза. В 1915 г. Л.Д. Троцкий в своей статье «Программа мира» писал: «Соединенные Штаты Европы – без монархий, постоянных армий и тайной дипломатии – являются… составной частью пролетарской программы мира».^C

Однако В.И. Ленин справедливо указывал на то, что Соединенные Штаты Европы либо реакционеры, либо невозможны, так как «… неправомерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма».^A И это положение подтверждается жизнью. Так СССР, будучи по своей сути союзным государством советской буржуазии, был «реакционен» и стал «невозможен». Такая же учесть постигнет и нынешний Европейский Союз, который не являясь государством в полном смысле этого слова, а будучи надгосударственным объединением, Обладающим некоторыми атрибутами государства (единая валюта евро, Европарламент и т.д.), тем не менее, остается исполкомом западноевропейской буржуазии. Несмотря на все панегирики, раздающиеся из уст буржуазии и ее социал-демократических подпевал, объективные законы социально-экономического и политического развития рано или поздно дадут о себе знать. Неравномерность экономического и политического развития капитализма в странах Западной Европы порождала и будет порождать массу разнообразных противоречий, которые подточат Евросоюз изнутри.

Социал-демократия, распрощавшись с марксизмом, как с научной теорией и революционной доктриной, отбросив даже марксистскую фразеологию, на все лады пропагандирует соглашательство с буржуазией, «социальный мир» и т.д. Соглашательство – это главный принцип мелкобуржуазной партии, называющей себя социал-демократической. Безусловно, выпрыгнуть из конкретно-исторических условий невозможно, нельзя без учета реального положения вещей вечно находиться в состоянии «революционной горячки», приходится отступать, идти на те или иные компромиссы. Однако еще В.И. Ленин говорил, что бывают «Компромиссы и компромиссы»». Возводить соглашательство, «социальный мир», а принцип – есть оппортунизм чистой воды. В России с 1903 г. по 1922 эсдеки (меньшевики) являлись агентами буржуазии в рабочем движении, являлись оппортунистической партией. После буржуазной контрреволюции 1923 г., при диктатуре советской буржуазии – оппозиционным течением в буржуазной партии (И.В. Сталин, пожалуй, был прав, считая троцкистов и зиновьевцев «социал-демократическим уклоном в нашей партии»^B, читай – в партии буржуазной).

Наблюдая за процессами, происходящими в СССР и других странах «социалистического лагеря» социал-демократы отказались от идеологически обоснованной модели справедливого общества. Однако, следует обратить внимание на то, что подразумевалось под «социалистической идеей» и «Идеологически обоснованной моделью справедливого общества» в бывшем СССР и других странах «реального социализма». До 1961 г. – «ленинизм» - «теория построения социализма в одной стране», а с 1961 г. – «марксизм-ленинизм», выступавший и под иными названиями, как-то «научный коммунизм», «научный социализм» и т.д. Названия разные, а суть одна. Это нечто иное, как буржуазная идеология. Ленин называл эту идеологию «национал-большевизмом». Уважаемые гг. социал-демократы не отличают, к сожалению, социалистическую идеологию от идеологии буржуазной.

Социал-демократы, отбросив «Идеологически обоснованную модель справедливого общества», обратились к «ценностным установкам свободы, справедливости и солидарности, взяли курс на постоянную и непрерывную реализацию этих ценностей демократическими методами».^C Но, после того, как К. Маркс, по словам В.И. Ленина, «первым сделал гениальный вывод о классовой борьбе», говорить об этих «ценностях», игнорируя вопросы о свободе «для кого» и солидарности «с кем» - мелкобуржуазная фраза.

Является ли нынешняя социал-демократия выразительницей рабочего класса? Ответ однозначный – нет. Ее социальной опорой является мелкая буржуазия, мелкобуржуазная интеллигенция и рабочая аристократия. Б. Орлов полагает, что рабочая аристократия – это профессионально и политически опытные рабочие^D, но прав был Ф. Энгельс, называя рабочую аристократию группой «обуржуазившихся рабочих».

В современной России перспективы социал-демократии очень незначительны. Сам же Б. Орлов признает, что ее сторонники еще в перестроечные времена учредили Социал-демократическую партию России, а затем дело застопорилось.^E В чем же причина? А дело в том, что социал-демократии в России практически не на кого опереться. Рабочая аристократия микроскопична, так как большая часть рабочего класса влачит жалкое существование. Значительная часть мелкобуржуазной интеллигенции также обеспокоена больше вопросами материального выживания и, скорее пойдет за буржуазными партиями, за которыми власть и деньги, чем за эсдеками. Пока в России не сложится так называемый «средний класс», пока не сократится зияющая пропасть между сверхбедностью и супербогатством, социал-демократии на российском политическом фронте делать практически нечего, до тех пор ее партии останутся небольшими группками фразерстьвующих мелкобуржуазных интеллигентов.

А.В. Силин

Публикуется впервые