Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Экзамен по ГП (66-98 вопрос).docx
Скачиваний:
1
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
255.68 Кб
Скачать

3.2. Злоупотребление правом при применении банковской гарантии.

Сущность банковской гарантии проявляется в ее независимости от того основного обязательства, которое она обеспечивает, в том числе и в случае его недействительности. Данный принцип устанавливается ст. 370 ГК РФ.

Гарант не обязан проверять реальность исполнения основного обязательства. Важно, чтобы требование и приложенные к нему документы соответствовали условиям гарантии. Однако, если ему стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, прекратилось по иным основаниям либо недействительно, он должен немедленно сообщить об этом бенефициару и принципалу, и затем, только после повторного требования бенефициара, гарант обязан все же удовлетворить требование. Это вытекает из сущности банковской гарантии, которая независима от основного обязательства. (п. 2 ст. 376 ГК РФ).

Предполагается, что законодатель, устанавливая указанные принципы, преследовал целью максимально защитить интересы кредитора по основному обязательству подтверждая тем самым основную цель банковской гарантии - обеспечение исполнения основного обязательства принципала.

ВАС РФ в информационном письме о банковской гарантии указал на наличие практики злоупотребления правом со стороны бенефициара и попытках получения суммы банковской гарантии с гаранта при условии надлежащего исполнения основного обязательства принципалом. [8]

Бенефициар обратился с иском к организации - гаранту. В гарантии предусматривалась обязанность гаранта выплатить 20 млн. рублей при предъявлении бенефициаром требования с приложением письменного подтверждения факта отсутствия у принципала денежных средств для оплаты товаров в размере, определенном договором купли - продажи.

В срок, установленный в гарантии, бенефициар предъявил гаранту требование о платеже с приложением заверенной принципалом справки, подтверждающей отсутствие средств на счете принципала на день, когда оплата товара должна была быть произведена. Гарант отказался от выплаты суммы по гарантии, указав, что, по имеющимся у него данным, оплата товаров бенефициару была произведена третьей организацией по просьбе принципала и, следовательно, обеспечиваемое обязательство исполнено.

Бенефициар повторно потребовал оплаты от гаранта и после отказа последнего от платежа обратился с иском в арбитражный суд. Свои требования бенефициар основывал на положениях пункта 2 статьи 376 Кодекса, согласно которому, если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, гарант должен немедленно сообщить об этом бенефициару и принципалу. Полученное гарантом после такого уведомления повторное требование бенефициара подлежит удовлетворению гарантом.

Рассматривая спор, арбитражный суд установил, что бенефициар, являясь кредитором в основном обязательстве, уже получил оплату за поставленный принципалу товар. Это обстоятельство подтверждалось представленными гарантом доказательствами. Факт оплаты товара за счет средств банковского кредита не отрицал и должник по основному договору (принципал).

При таких условиях арбитражный суд расценил действия бенефициара как злоупотребление правом и на основании статьи 10 Кодекса в иске отказал.

Таким образом, с целью защиты прав добросовестных гарантов, ВАС РФ было дано добро арбитражным судам при наличии доказательств прекращения основного обязательства в связи с его надлежащим исполнением, о чем бенефициару было известно до предъявления письменного требования к гаранту, судом может быть отказано в удовлетворении требований бенефициара (ст.10 ГК РФ).

Указанный подход был призван обратить внимание судов на возможность в отсутствие специальных правовых механизмов, обеспечивающих защиту гаранта и принципала от явных злоупотреблений со стороны бенефициара при наличии к тому фактических оснований, применять общие положения ГК РФ.

Вместе с тем в некоторых случаях суды воспринимали это разъяснение как одобрение действий банков, которые отказывали в удовлетворении требований бенефициара, ссылаясь только на наличие информации (иногда даже не доказанной) о прекращении или недействительности основного обязательства. В связи с этим представляется, что в принципе правильная позиция Высшего Арбитражного Суда РФ по этому вопросу требует уточнения с целью более четкого определения ситуаций, в которых имеет место злоупотребление правом.[9]