55. Обеспечительные меры в международном гражданском процессе: понятие, основания и порядок предоставления. Предварительные обеспечительные меры.

В международном гражданском процессе весьма существенную роль играют обеспечительные меры, цель которых заключается в гарантировании возможности полного и своевременного исполнения судебного решения. Ответчик, узнав о начале против него судебного процесса, может распорядиться своими материальными активами таким образом, что к моменту вынесения судебного решения окажется невозможным удовлетворить требования истца и тем самым надлежащим образом исполнить судебное решение, вынесенное судом в его пользу. Для того чтобы исключить подобное развитие событий, и существует институт обеспечительных мер, известный гражданско-процессуальному законодательству любого государства. В международном гражданском процессе, в котором участвуют иностранные физические и юридические лица, весьма велика вероятность того, что материальные активы ответчика находятся не только в пределах юрисдикции суда, рассматривающего спор, но и на территории других государств, на которую не распространяется такая юрисдикция. Все вышеизложенное порождает ситуацию, когда возникает целый ряд коллизионных вопросов, требующих для своего разрешения применения норм МЧП.

В теории международного гражданского процесса утверждается, что институт обеспечительных мер включает в себя срочные процессуальные оперативные меры временного характера, регламентирующие применение предварительных обеспечительных мер, вопросы обеспечения предъявленного иска, меры, позволяющие подготовить дело к судебному разбирательству, а также меры по исполнению на территории иностранного государства судебного акта о применении обеспечительных мер. Суд применяет их в случае существования у заявителя реальных имущественных требований до начала процесса по существу спора, в случае возникновения необходимости обеспечения исковых требований, сохранения доказательственной базы, а также как для исполнения на территории иностранного государства судебного акта о применении обеспечительных мер, так и для исполнения вынесенного окончательного судебного решения <2>.

основы имплементации норм в правовой системе РФ. М., 2008. С. 262.

Н.М. Юрова выделяет следующие общие характеристики обеспечительных мер: во-первых, их характеризует срочность. Эффект от применения обеспечительных мер наступает в том случае, если они принимаются неотложно. Во-вторых, обеспечительным мерам присущ временный характер. В теории международного гражданского процесса выделяются четыре вида обеспечительных мер:

1) предварительные обеспечительные меры;

2) меры по обеспечению иска (меры по обеспечению заявленных исковых требований);

3) меры ситуационного характера (включая меры по обеспечению доказательств);

4) меры по обеспечению исполнения не вступившего в силу решения суда <3>.

1. Предварительные обеспечительные меры в международном гражданском процессе

Предварительные обеспечительные меры предпринимаются до предъявления исковых требований, когда претензии не сформулированы. По мнению А.М. Треушникова, недостатком традиционных мер обеспечения иска является то, что они применяются в рамках уже возбужденного процесса, в связи с чем ответчик может сразу предпринять усилия для сокрытия имущества и денежных средств от взыскания, например, после получения претензии или искового заявления <4>. Следовательно, права кредитора в подобных случаях могут быть защищены только путем принятия судом безотлагательных, оперативных мер в отношении имущества еще до предъявления иска <5>.

Согласно ст. 99 АПК РФ арбитражный суд по заявлению организации или гражданина вправе принять предварительные обеспечительные меры, направленные на обеспечение имущественных интересов заявителя до предъявления иска. Заявление об обеспечении имущественных интересов подается в арбитражный суд по месту нахождения заявителя, либо по месту нахождения денежных средств или иного имущества, в отношении которых заявитель ходатайствует о принятии мер по обеспечению имущественных интересов, либо по месту нарушения прав заявителя. При подаче заявлении об обеспечении имущественных интересов заявитель представляет в арбитражный суд документ, подтверждающий произведенное встречное обеспечение в размере указанной в заявлении суммы обеспечения имущественных интересов. Об обеспечении имущественных интересов арбитражный суд выносит определение. В определении устанавливается срок, не превышающий 15 дней со дня вынесения определения, для подачи искового заявления по требованию, в связи с которым судом приняты меры по обеспечению имущественных интересов заявителя. Должник по требованию, в связи с которым арбитражным судом приняты предварительные обеспечительные меры, может ходатайствовать перед судом о замене этих мер встречным обеспечением.

Исковое заявление подается заявителем в арбитражный суд, который вынес определение об обеспечении имущественных интересов, или иной суд, о чем заявитель сообщает арбитражному суду, вынесшему указанное определение. Если заявителем не было подано исковое заявление в срок, установленный в определении арбитражного суда об обеспечении имущественных интересов, обеспечение отменяется тем же арбитражным судом. Об отмене обеспечения имущественных интересов выносится определение. В случае подачи заявителем искового заявления по требованию, в связи с которым арбитражным судом приняты меры по обеспечению имущественных интересов заявителя, эти меры действуют как меры по обеспечению иска. Организация или гражданин, которым обеспечением имущественных интересов до предъявления иска причинены убытки, вправе требовать от заявителя их возмещения, если заявителем в установленный судом срок не было подано исковое заявление по требованию, в связи с которым арбитражным судом были приняты меры по обеспечению его имущественных интересов, или если вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда в иске отказано.

ГПК РФ не знает института предварительных обеспечительных мер, что является несомненным упущением законодателя, требующим устранения.

56. Порядок признания и исполнения иностранных судебных решений: международно-правовые и национальные источники, экзекватура, порядок и сроки рассмотрения заявлений о признании и принудительном исполнении иностранных судебных решений в РФ.

Вынесение решения по конкретному спору, т.е. достижение определенного правового результата, часто бывает недостаточным для сторон. Целью судебного разбирательства является упорядочение общественных отношений, реальная защита прав физических и юридических лиц. Поэтому лицо, обратившееся в суд, надеется на восстановление своего нарушенного права, что в первую очередь означает фактическое выполнение ответчиком указанных в решении действий. Получение документа, в котором закреплено право истца (или, наоборот, ответчика), еще не является гарантией того, что это право он сможет реализовать.

Исполнение национальных, не говоря уже об исполнении иностранных судебных решений, бывает сопряжено со многими трудностями, например, отсутствием денег у должника, обязанного уплатить причитающуюся истцу сумму; неустановлением места жительства ответчика.

Что касается решений иностранных судов, то помимо объективных причин, затрудняющих их исполнение, существует еще и ряд дополнительных. Основной проблемой является то обстоятельство, что решения суда одного государства не имеют юридической силы на территории другого государства. В случае, например, когда суд Алжира выносит решение по какому-либо гражданско-правовому спору, то для того, чтобы это решение было исполнено на территории Российской Федерации, необходимо добровольное признание Российской Федерацией юридической силы данного решения.

Подобная ситуация имеет место в любом иностранном государстве: для взыскания алиментов по решению суда Латвии с гражданина Российской Федерации, обязанного выплачивать алименты, необходимо согласие России на признание юридической силы решения латвийского суда. И наоборот: решение российского суда не будет иметь юридическую силу в Латвии до тех пор, пока Латвия не признает российское судебное постановление и не примет решение о его исполнении на своей территории.

Согласие на исполнение иностранного судебного решения чаще всего закрепляется в международных договорах об оказании правовой помощи. Международный договор выступает в качестве своеобразного «спасательного круга»: в нем не только закрепляется процедура исполнения иностранных решений (хотя и этот вопрос является, несомненно, важным), но и содержится норма, обязывающая государство — участника договора исполнять решения судов других государствучастников.

В Российской Федерации правовой основой для исполнения решений иностранных судов является наличие международного договора.

Именно такое императивное правило, не позволяющее двусмысленно его толковать, закреплено в пункте 1 ст. 409 ГПК РФ и пункте 1 ст. 241 АПК РФ. Правда, между этими статьями имеются редакционные отличия, позволяющие утверждать, что признание и приведение в исполнение иностранных судебных решений в российских арбитражных судах более демократично и не требует наличия международного договора. Такое обоснование вытекает из формулировки нормы о том, что решения судов иностранных государств признаются и приводятся в исполнение в Российской Федерации арбитражными судами, если признание и приведение в исполнение таких решений предусмотрено международным договором России и федеральным законом.

В отличие от Арбитражного процессуального, в Гражданском процессуальном кодексе признание и исполнение иностранных судебных решений ставится в зависимость только от имеющегося международного договора. Ничего о наличии федеральных законов в статье 409 не говорится. Может ли на практике эта ситуация измениться, если будет принят соответствующий федеральный закон, позволяющий признавать и исполнять решения иностранных судов, покажет будущее. Во всяком случае, на сегодняшний день никаких федеральных законов, допускающих исполнение иностранных судебных решений российскими арбитражными судами, также не имеется.

По вопросам признания и исполнения иностранных судебных решений не существует универсальных конвенций. Эти вопросы стали предметом регулирования региональных международных соглашений.

Среди них — Киевское соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, 1992 г. Согласно статье 7 Киевского соглашения государства-участники обязаны признавать и исполнять вступившие в законную силу решения судов государств-участников. Ходатайство о приведении в исполнение решения предусмотрено в статье 8 Киевского соглашения и по своему назначению соответствует заявлению о возбуждении исполнительного производства.

В 1998 г. в рамках СНГ было дополнительно заключено Московское соглашение о порядке взаимного исполнения решений арбитражных, хозяйственных и экономических судов на территориях государств — участников Содружества. В этом Соглашении подробно определен орган, которому взыскатель должен отправлять документы для приведения в исполнение судебного решения.

Следует заметить, что процедура признания и исполнения судебных решений в рамках государств СНГ представляет собой упрощенный механизм по сравнению с порядком признания иностранных судебных решений, вынесенных судебными учреждениями других государств. Основанием для исполнения судебных решений на территории государства — члена СНГ является непосредственный исполнительный документ, выданный другим государством — участником Московского соглашения.

Принципиальное значение в вопросе признания и исполнения иностранных судебных решений имеют правовые основания для отказа в принудительном исполнении. Российский законодатель подробным образом излагает основания для отказа в принудительном исполнении решения иностранного суда. В Гражданском процессуальном кодексе соответствующие основания изложены в статье 412, которая содержит исчерпывающий перечень следующих оснований:

решение не вступило в законную силу;

ответчик не был надлежащим образом извещен о рассмотрении дела;

дело могло быть рассмотрено в силу исключительной подсудности только в суде России;

имеется вступившее в законную силу решение суда РФ по данному спору;

исполнение решения может нанести ущерб Российской Федерации или противоречит публичному порядку России;

истек 3-годичный срок предъявления решения к принудительному исполнению.

Основания для отказа в принудительном исполнении иностранных судебных решений, ходатайство об исполнении которых заявляется в арбитражном суде, примерно совпадают с перечисленными. Между тем следует обратить внимание на отличия, имеющиеся в указанных кодексах по данному вопросу.

В Арбитражном процессуальном кодексе сформулированы одинаковые основания для отказа как в признании иностранного судебного решения, так и в его принудительном исполнении; это подтверждается названием статьи 244 «Основания отказа в признании и приведении в исполнение решений иностранного суда и иностранного арбитражного решения». В Гражданском процессуальном кодексе отказ в принудительном исполнении и отказ в признании решений иностранных судов рассматриваются в двух самостоятельных статьях. В отличие от принудительного исполнения судебных решений, для признания решений иностранных судов никакого производства не требуется, если не поступит со стороны заинтересованного лица возражения относительно этого (ст. 413 ГПК РФ).

Помимо национального законодательства, основания отказа в признании иностранных судебных решений и принудительном исполнении закрепляются в международных договорах, что, опятьтаки, в силу приоритета применения последних будет иметь преимущественное значение для правоприменителя. Из этого следует, что для подготовки соответствующей правовой позиции задачей первостепенной важности является выяснение надлежащих правовых норм, регулирующих вопрос признания и исполнения.

Экзекватура (от лат. exsequor — выполняю) — в международном праве:  1) приведение в исполнение в данной стране судебного решения, вынесенного в другой стране; 2) официальный документ удостоверяющий признание консула правительством принимающего государства.

57. Признание и исполнение решений государств-членов СНГ. Признание и исполнение иностранного решения на основе взаимности. Основания для отказа в признании и исполнении иностранных судебных решений.

У Российской Федерации в ее отношениях с некоторыми государствами существует в противоположность системе экзекватурирования и иной, упрощенный порядок исполнения судебных решений. К таким государствам относятся страны СНГ. Их практика также, как и российская, в общей постановке вопроса исходит в основном из принципа выдачи экзекватуры - на исполнение иностранного судебного решения, которая некоторыми авторами к тому же рассматривается и как форма контроля за иностранным судебным решением со стороны суда государства, в котором его следует исполнить. В этих государствах действуют соответствующие нормы, принятые преимущественно в период существования СССР (ст. 431 ГПК Армении, ст. 397 ГПК Белоруссии, ст. 437 ГПК Казахстана, ст. 436 ГПК Молдовы, ст. 437 ГПК РСФСР, ст. 457 ГПК Таджикистана, ст. 427 ГПК Украины), чем и объясняется сходство соответствующих положений. Названные и иные нормативные акты стран-членов СНГ закрепляют возможность исполнения иностранного судебного решения, если имеется международный договор; при этом выдача экзекватуры производится судами общей юрисдикции. Между тем Киевским соглашением о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, от 20 марта 1992 г. предусмотрены иные правила по исполнению судебных решений участвующих в Соглашении государств, чем те, которые были установлены в законодательстве СССР и его международных договорах.

Так, на основании ст. 7 Киевского соглашения государства приняли на себя обязательство взаимно признавать и исполнять вступившие в силу решения соответствующих судебных учреждений стран-участниц, причем решения, вынесенные компетентным судом одного государства-участника Содружества Независимых Государств, в части обращения взыскания на имущество ответчика подлежат исполнению на территории другого государства-участника Содружества органами, назначенными судом либо определенными законодательством этого государства. Указанное означает, что исполнение решения компетентного суда может быть осуществлено не только судебными исполнителями, но и другими органами. В частности, в области взыскания денежных средств в качестве подобных органов могут выступать кредитные учреждения. В целях конкретизации рассматриваемых положений Киевского соглашения в Москве было заключено Соглашение о порядке взаимного исполнения решений арбитражных, хозяйственных и экономических судов на территориях государств-участников Содружества от 6 марта 1998 г. На основании ст. 3 данного международного договора «вступившее в законную силу решение компетентного суда одной Договаривающейся Стороны исполняется на территории другой Договаривающейся Стороны в бесспорном порядке». Обращение взыскания на имущество должника производится в соответствии с законодательством государства местонахождения должника по ходатайству взыскателя в компетентный суд договаривающейся стороны, которому заявитель предоставляет следующие документы: должным образом заверенную копию решения компетентного суда с подтверждением о вступлении его в законную силу (если это не видно из текста самого решения), о принудительном исполнении которого возбуждено ходатайство; документ компетентного суда, подтверждающий участие должника в судебном заседании, а в случае неявки - о надлежащем извещении его о судебном процессе; исполнительный документ. В случаях, когда исполнение решения уже начато или решение частично исполнено на территории одной из договаривающихся сторон (что весьма часто может иметь место на практике, если сотрудничество хозяйствующих субъектов носит многосторонний характер либо осуществляется одновременно на территориях нескольких стран), необходимы документы, подтверждающие этот факт, с указанием оставшейся суммы или имущества, подлежащего взысканию.

Очередность, процедура, пределы взыскания и меры для обеспечения исполнения решения компетентного суда определяются законодательством договаривающегося государства, на территории которого производится взыскание (ст. 4).

В свете всего изложенного становится ясно, что ходатайство о приведении в исполнение решения, которое подается заинтересованной стороной в компетентное учреждение одного из государств Содружества, предусматриваемое ст. 8 Киевского соглашения, не является ходатайством о разрешении исполнения. Наоборот, его статья 9, устанавливая судебное производство по отказу в исполнении, презюмирует наличие механизма принудительного исполнения и предметно регулирует вопрос представления доказательств, которые должны быть предъявлены для такого отказа стороной, против которой вынесено решение. Некоторые авторы считают ходатайство о приведении в исполнение решения, предусмотренное ст. 8 Соглашения от 20 марта 1992 г., равнозначным по своему назначению заявлению о возбуждении исполнительного производства.

Имея в виду параллельное существование Киевского соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, 1992 г. и Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г., в которой также содержатся нормы о признании и исполнении на территориях договаривающихся государств судебных решений, вынесенных в других участвующих в Конвенции странах (ст. 51 - 55), закономерно задаться вопросом: тождественны ли механизмы, используемые в первом и во втором из указанных международных договоров, для признания и исполнения иностранных судебных решений? Исходя из смысла и буквы ст. 53 Минской конвенции, непосредственно оперирующей понятием «ходатайство о разрешении исполнения» и указывающей далее, что ходатайство о разрешении принудительного исполнения решения подается в компетентный суд договаривающейся стороны, где решение подлежит исполнению, а также определения в дальнейшем критериев для отказа в исполнении, можно заключить, что рассматриваемый документ не только предполагает наличие ходатайства об исполнении и получение на него разрешения, но и ставит в зависимость исполнение решения от получения разрешения' В противовес этому, как было продемонстрировано ранее, Киевское соглашение нигде текстуально не упоминает об институте «Ходатайства в суд о разрешении на принудительное исполнение», говоря лишь в ст. 8 о «ходатайстве о приведении в исполнение». Среди документов, которые перечислены в ней как приложения к такому ходатайству, предусмотрен исполнительный документ. Таким образом, подчеркнем, что Соглашение от 20 марта 1992 г. не устанавливает обязательного судебного производства по признанию, а также по исполнению иностранного судебного решения компетентным судом, а исходит лишь из наличия ходатайства, предусмотренного ст. 8 Соглашения, «равнозначного по своему назначению заявлению о возбуждении исполнительного производства». Еще одним моментом, характеризующим различие в системах исполнения иностранных судебных решений, санкционированное анализируемыми соглашениями стран СНГ, является решение вопроса об органах, компетентных исполнять такие решения. Часть 3 ст.7 Киевского соглашения содержит предписание, что решения хозяйственных (арбитражных) судов в том, что касается обращения взыскания на имущество ответчика, подлежат исполнению на территории другого государства органами, назначенными судом ибо определенными законодательством этого государства. Это означает, что определение органов, исполняющих иностранное судебное решение, вынесенное в рамках Соглашения, подчиняется национальному законодательству соответствующего участника об исполнительном производстве. В Российской Федерации иностранные решения по экономическим (хозяйственным) делам принимаются к исполнению арбитражными судами, поскольку именно они обладают компетенцией разрешать споры, обозначенные в ст. 3 Киевского соглашения.

С учетом сказанного анализ соответствующих положений Киевского соглашения и норм вышеуказанных статей Минской конвенции позволяет сделать недвусмысленный вывод о том, что речь идет, по существу, о двух различных порядках и, следовательно, механизмах признания и исполнения иностранных судебных решений, вынесенных и подлежащих исполнению на территориях стран СНГ, а именно об установлении упрощенного порядка признания и исполнения иностранных решений специализированных (арбитражных, экономических, хозяйственных) судов стран СНГ, обеспечиваемого нормами Соглашения 1992 г. о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, и Соглашения 1998 г.