Апрель 1945-го, Берлин

Раненого Монке перевезли в один из госпиталей Берлина. Почувствовав себя лучше, Монке выписался из госпиталя и по собственному почину прибыл в казармы «Лейбштандарта» в Берлине-Лихтерфельде, где он в марте 1933 года начинал карьеру в рядах Штабной стражи. Здесь он попытался собрать остатки эсэсовских частей в боевую группу. С 10 февраля он официально находился в резерве Главного оперативного управления СС.

В ночь на 22 апреля 1945 года Адольф Гитлер, помнивший Монке еще с тех времен, когда тот стоял в карауле в здании Имперской канцелярии, назначил его командиром боевой группы по обороне правительственного района Берлина и комендантом Имперской канцелярии – «Цитадели», единственной территории, которую теперь контролировал Адольф Гитлер, который совсем еще недавно властвовал над всей Европой. Монке получил приказ объединить под своим командованием все части СС, которые еще не находились в бою. Сам Монке в апреле 1956 года так вспоминал о событиях тех дней: «В ночь на 23 или на 24 апреля 1945, после того как я через личного адъютанта штурмбаннфюрера СС Гюнше передал Гитлеру свои предложения, получил приказ Адольфа Гитлера – собрать все имеющиеся в Берлине войска СС, в том числе караульный батальон, и использовать их для защиты правительственного района столицы рейха».

Монке развернул активную работу, и в результате титанических усилий в хаосе, царившем в Берлине в конце апреля 1945 года, ему удалось сформировать отряд, в который вошли охранный батальон Имперской канцелярии (командир штурмбаннфюрер СС Кахулла), запасной и учебный батальон «Лейбштандарта» (гауптштумрфюрер СС Фриц Шэфер), два батальона, прибывших в Берлин со Шпрее, роты сопровождения Гитлера и Гиммлера (штурмбаннфюрер СС Франц Шэдле), а также остатки 33-й дивизии СС «Шарлемань» – там были и немцы, и французы, и датчане: наиболее фанатично настроенные бойцы иностранных легионов СС. Главной ударной силой боевой группы «Монке» стал наскоро сколоченный так называемый 1-й полк СС (SS-Regiment 1), командиром которого был назначен штандартенфюрер СС Гюнтер Ангальт. Теоретически в полк входило два батальона: 1-й под командованием гауптштурмфюрера СС Мругалла (в который вошли офицеры и личный состав различных главных управления СС), 2-й под командованием гауптштурмфюрера СС Фрица Шэфера (в этот батальон вошли собранные Монке в Берлине-Лихтерфельде оказавшиеся в Берлине солдаты «Лейбштандарта»). Оставшиеся эсэсовцы были сведены во «2-й полк СС» – фактически разрозненные боевые группы. Начальником штаба группы (1-м офицером Генштаба) был назначен штурмбаннфюрер СС Клингенмейер. И опять дадим слово самому Монке: «Я энергично взялся за дело и собрал 4000 человек из частей СС в “боевую группу Монке”. Я сформировал два полка с батальонами и ротами, сразу направив их в бой. Впоследствии мне также подчинили небольшие формирования или группы из солдат пехоты и люфтваффе, а также роту из 160 моряков. Были у меня и отряды Гитлерюгенда под командованием Аксмана. Из них собрали одну роту во главе с офицером и послали защищать мост Пихельсдорфер, а оставшиеся использовались в службе снабжения и т. п… Примерно с 27 апреля я регулярно участвовал в оперативных совещаниях в бункере фюрера. Мой собственный боевой пост находился в бункере под новой Имперской канцелярией».

Всего в подчинении Монке оказалось 2100 человек, которые имели на вооружении 108 ручных и 24 станковых пулемета, а также 16 минометов. Все последние дни апреля 1945-го Монке постоянно находился в бункере Гитлера. Его же подчиненные вели оборону границ правительственного района, к концу апреля 1-й батальон 1-го полка занимал оборону по линии вокзал Фридрихштрассе – набережная Шпрее – район Рейхстага – Зигесаллее; 2-й батальон 1-го полка – Мольткештрассе—Тиргартен – Потсдамерплатц; 2-й полк – Потсдамерплатц – Лейпцигерштрассе – здание Имперского министерства авиации – вокзал Фридрихштрассе. 27 апреля Гюнтер Ангальт погиб, и в командование тем, что осталось от «1-го полка СС» вступил штурмбаннфюрер СС Курт Валь.

Монке неотлучно находился в бункере фюрера, став свидетелем последних дней Гитлера и Берлина, которые позже помпезно назовут «Гибелью богов». Он был в числе тех, с кем Гитлер примерно в половину второго ночи 30 апреля попрощался в своем бункере: «В ночь с 29 на 30 апреля я присутствовал на прощании Гитлера с группой членов его ближайшего окружения – в центральном проходе бункера фюрера. Адольф Гитлер каждому подал руку и поблагодарил», – вспоминал Монке. Но бригадефюреру предстояло еще раз увидеть своего кумира: «30 апреля около 6 часов утра меня по телефону вызвали к Адольфу Гитлеру. Он вышел в халате и домашних туфлях в прихожую своей рабочей комнаты и спросил, как долго я могу еще держаться. Я ответил – один или два дня. Русские находились на Потсдамерплатц, менее чем в 400 метрах от Имперской канцелярии, достигли Вильгельмштрассе, заняли большую часть Тиргартена и проникли в тоннель метро под Фридрихштрассе. Гитлер выслушал меня, не перебивая, протянул на прощание руку и сказал: “Всего доброго, я благодарю вас, это было не только для Германии!” Примерно в 6.30 наш разговор закончился, и я вернулся на свой командный пункт».

Вскоре после 15 часов Монке получил подписанный лично Гитлером приказ мелкими группами прорываться из Берлина в том случае, если ситуация сделает невозможной дальнейшую оборону. В половине четвертого дня 30 апреля фюрер покончил жизнь самоубийством. Точка была поставлена – больше никакого смысла в продолжении сопротивления на было.