3. Дайте характеристику словам текста по динамическим признакам лексической системы:

1. Разговорная лексика [7]:

• Лохматый (разг)

• Шлепать (прост. Разг.)

• Ребятишки (разг.)

• Наловчиться (разг.)

• Хватать (разг.)

• Ненароком (разг.)

• Ребятня (разг.)

• Тыкать (разг.)

• Добрый (добрая тысяча) (разг.)

• Нехитрый (разг)

• Многажды (разг. сниж., старин., теперь разг. шутл.)

• Бывало (разг.)

• Почудней (разг.)

• Заковыристый (разг.)

• Подлаживать (разг.-сниж.)

• Сдобрить (разг.)

• Пустячный (разг.)

• Случиться (разг.)

2. Просторечная лексика [7]:

• Баба (прост)

• Мужики (устар, прост.)

• Сласть (прост.)

3. Устаревшая лексика [7]:

• Тварь (устар.)

• Мужики (устар. прост.)

4. Бранная лексика [7]:

• КУ́РВА, курвы, жен. (вульг., бран.). Проститутка.

В анализируемом тексте широко представлена разговорная и просторечная лексика. Ее использование мотивировано не только авторским замыслом, но и литературным направлением, к которому принадлежит текст-источник – «деревенская проза xx века». Благодаря функционально-стилистическому расслоению лексики, обилию разговорных и устаревших слов читатель «погружается» в среду произведения и персонажей, а элементы бранной лексики служат средством характеристики, создания речевого портрета героя.

4. Установите наличие фразеологизмов в тексте. Если они есть, дайте характеристику фразеологическим единицам, определив их тип, особенности грамматической формы. Определите, характерна ли для выделенных фразеологизмов вариантность формы, существуют ли синонимичные или антонимичные фразеологизмы.

В выбранном для анализа тексте представлено несколько фразеологических сочетаний: «доходить до ушей», «курва на курве сидит и курвой погоняет». Первое сочетание претерпело изменения («и до ушей не доходило»), которые способствуют усилению экспрессии и выразительности текста. Наиболее интересным представляется второе сочетание. В его основе лежит та же модель, что и в сочетаниях:

• дурак на дураке сидит и дураком погоняет;

• мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет;

• вор на воре сидит и вором погоняет;

• плут на плуте сидит и плутом погоняет.

Некоторые из перечисленных вариантов фиксируются во фразеологических словарях русского языка. Так, М.И. Михельсон в книге «Русская мысль и речь. Свое и чужое. Опыт русской фразеологии. Сборник образных слов и иносказаний» [8] отмечает, что первое сочетание встречается в произведениях русской литературы – «Ипохондрике» Д.И. Писемского и «Мертвых душах» Н.В. Гоголя. Словарь В.П. Беркова, В.М. Мокиенко и С.Г. Шулежковой [3] отмечает, что лежащая в основе фразеологизма модель широко известна в народной речи и обозначает «множество непроходимых глупцов» («дурак…»). В связи с этим, рассматриваемое нами сочетание является скорее вариантом не фразеологизма, а русской народной поговорки, модель которой очень популярна и активно используется носителями языками. Так, в интернете также встречаются следующие варианты поговорки:

• Ложь ложью погоняет;

• Беда бедой погоняет;

• Слеза слезу погоняет.

Рассматриваемый нами вариант поговорки является окказиональным, эмоционально-экспрессивным: он необходим для того, чтобы подчеркнуть частоту употребления слова «курва» в речи персонажа. Антонимичных и синонимичных сочетаний нет.

5. Дайте общую характеристику связей слов в выбранном тексте. Определите, возникают ли у слов текста дополнительные смыслы по сравнению с их словарным значением? В чем причина расхождений лексических связей и текстовых смыслов слов? Характерны ли для текста необычные словоупотребления? Если они наблюдаются, в чем причина этого явления? Если в тексте есть окказионализмы, определите мотивы их создания.

Рассматриваемый нами отрывок из повести В. Распутина «Прощание с Матёрой» дает богатый материал для анализа лексических единиц и их связей. Так, как уже было отмечено, в отрывке представлена разнородная с точки зрения функционально-стилевых и временных характеристик лексика, иллюстрирующая синтагматические, парадигматические и деривационные связи. Лексемы в выбранном нами тексте согласованы как с точки зрения грамматики, в частности, синтаксиса, так и с точки зрения синтагматики. В то же время мы можем найти примеры семантического рассогласования лексических единиц (задание 2ж), а также случаи возникновения у слов текста дополнительных смыслов, не зафиксированных словарями. Ярким примером этого явления может стать уже упоминавшееся словосочетание «горбушка носа», в котором лексема «горбушка» приобретает значение не куска хлеба, отрезанного от непочатого края, а более общее, широкое значение – закругленный с одной стороны кусок, предмет. В то же время сочетание с прилагательным «кочковатый» («горбушка мясистого кочковатого носа») способствует актуализации сем «горб», «кочка», «закругленный», «неровный».

Еще одной яркой иллюстрацией необычных, нестандартных словоупотреблений является группа глаголов, обозначающих процесс произнесения героем бранных слов, мата: приправлять, выпускать, выпекать, подлаживать, подмасливать, сдабривать. Если лексические значения некоторых из них связаны с процессом говорения (приправить – 2. Добавить (острое, образное слово, выражение) к своим словам, речи (разг.)), то другие слова имеют или косвенное, или вовсе никакого отношения к «подготовке» мата. Так, в лексическом значении слов «выпустить» и «выпечь» мы можем найти интегральную сему «готовность»: т.е., использовав данные глаголы по отношению к бранному слову, автор подчеркивает завершенность процесса отбора мата, а наречие «любовно» характеризует этот процесс с точки зрения отношения к нему героя. Лексемы «подладить», «подмаслить» и «сдобрить» обладают общей семой «улучшение качеств», что свидетельствует о дальнейшей подготовке к произнесению героем бранного слова. Таким образом, необычное словоупотребление в данном тексте полностью мотивировано и является художественным средством выразительности.

К средствам выразительности можно отнести и индивидуально-авторские слова, или окказионализмы: в анализируемом тексте встречается прилагательное «навалистый», не закрепленное ни одним словарем. Его значение нетрудно определить, исходя из контекста: словосочетание «навалистая поступь» говорит само за себя, как и внутренняя форма лексемы «навалистый» — что-то тяжелое, грузное, сильное. Очевидно, что слово образовано автором п известной модели: глагольная основа + суффикс –ист–, который обозначает склонность к какому-либо действию (ср. задираться – задиристый, порываться – порывистый и др.).

НАВАЛИТЬСЯ

1. на кого (что). С силой налечь, придавить всей тяжестью. Н. грудью.

2. перен., на кого (что). Внезапно напасть, обрушиться (прост.). Н. на противника.

3. (1 лицо и 2 лицо не употр.) Упасть, нападать в большом количестве. В канаву навалилось много земли.

4. То же, что наброситься (во 2 знач.) (прост.). Н. на еду. Н. на работу.

5. (1-ое лицо и 2-е лицо не употр.), перен. О чём-н. тяжёлом: появиться с силой. Тоска навалилась на сердце. Навалились непрошенные воспоминания [7].

Исходя из выделения денотативных сем в лексических значениях слова «навалиться», навалистая поступь – тяжелая, придавливающая к земле всей силой, порывистая.

Таким образом, окказионализм вводится автором для наделения лексемы «поступь» еще большей семантической насыщенностью, а также для придания выразительности всему тексту.