12. Разновидности диссимилятивного яканья.

Диссимилятивное яканье — гласный первого предударного определяется подъёмом гласного под ударением.

Типы диссимилятивного яканья:

1. Архаическое яканье: под ударением и, у, ять, о-закр. — а; е, о, о-мягк., а — и.

Данный тип отражает семифонемный состав вокализмов говоров той эпохи, когда он формировался. Это выражается в том, что реакция предударного гласного на фонемы среднего и средне-верхнего подъема, находящиеся под ударением, была разной; иначе говоря, граница между нижним и ненижним (или неверхним и верхним) подъемами проходила между <е> и <ê>, <о> и <ô>; <е> и <о> функционально отождествлялись с фонемой нижнего подъема <а́>, и перед ними произносилось [и], а <ê> и <ô> функционально отождествлялись с фонемами верхнего подъема <и́> и <у́>, и перед ними было [а]: [гл’ид’а́т, л’исо́к, д’ит’е́й], но [гл’ажу́, гл’ад’и́, п’атнô, в р’акê].

В современных говорах, утративших противопоставление <е> и <ê>, <о> и <ô> и обладающих уже пятифонемным составом вокализма, невозможно найти фонетическое, основанное на позиционных факторах объяснение для различий предударных гласных в таких случаях, как [в р’ак’е́] и [т’ип’е́р], [гл’ад’е́л] и [д’ит’е́й].

Обоянский тип диссимилятивного яканья или его следы встречаются в говорах Курской, Белгородской и Воронежской обл.

2. Щигровский тип — и, у, закрытые фонемы, о — а; е, о-мягк, а — и

Система отражает шестифонемный состав вокализма с фонемой <ê>. Противопоставления <о> и <ô> не прослеживается.

Щегровский тип распространен там же, где и Обоянский, и различить их территориально практически невозможно.

3. Суджанский тип — и, у, о (откр\закр) — а; обе е, о-мягк, а — и

В этой модели вокализма наблюдается синхронная зависимость качества предударного гласного от твердости или мягкости согласного в ударном слоге с гласным средней ступени подъема; наличие фонем средневерхней ступени подъема здесь не прослеживается.

Суджанский тип распространен на значительной территории южнорусских говоров с диссимилятивным аканьем восточнее Брянска и южнее Белгорода, в южной части Орловской обл., и почти во всей Курской. Массив Суджанского яканья расположен между массивами Жиздринского типа на западе и Архаического и Щегровского типов на востоке.

4. Мосальский тип — и, у, все о — а; обе е, а — и

5. Дмитриевский тип — и, у, о-закр — а, обе е, открытые о и а — и

6. Жиздренский тип: все кроме а — а, а — и

Характерно для западной части территории акающих южно-русских говоров – Смоленской и Брянской областей; называется еще белорусским типом, поскольку распространен также и в говорах белорусского языка.

7. Донской тип: и, у — а, все остальные — и.

Встречается в южнорусских говорах по течению Дона.

13. Гласные второго предударного и заударных слогов в русских говорах. Полное и неполное оканье.

С особенностями ритмической структуры слова, которые состоят в различениях по градации силы и длительности гласных разных безударных слогов, связаны различия в звуковой реализации гласных других безударных слогов в говорах разных территорий.

В севернорусских окающих говорах, где безударные гласные по своим динамическим характеристикам почти не отличаются друг от друга, принцип оканья как различения гласных фонем неверхнего подъема распространяется на все безударные слоги: [потому́] и [натаска́л], [вы́пал] и [на́ пол], [ско́ро] и [ко́шка]. Такое различение <о> и <а> во всех безударных слогах называется полным оканьем.

Однако различение безударных <о> и <а> может ограничиваться только первым предударным слогом; в остальных же безударных слогах они могут нейтрализоваться: [пътому́] и [нътаска́л], но [вы́пъл] и [на́ пъл], [ско́ръ] и [ко́шкъ]. Такое «частичное», ограниченное первым предударным слогом оканье называется неполным оканьем и характеризует вокалическую систему среднерусских говоров Владимиирско-Поволжского типа. Следует заметить, что в заударных слогах, в особенности в конечном открытом слоге, различение <о> и <а> часто сохраняется и в этих говорах: [пътому́, нътаска́л], но [вы́пал] и [на́ пол], [ско́ро] и [ко́шка].

В говорах с неполным оканьем по 2-м предударном слоге слов, начинающихся с гласного, часто произносится [у] параллельно гласному [ъ] после согласного. Это встречается и в говорах с полных оканьем, особенно часто в словах огород и огурцы: [угоро́т, угурцы́, указа́лс’а, усужд’о́нный, укура́т].

Произношение [у] вместо [о] встречается не только в начальном неприкрытом слоге, но и после согласных. иногда даже в 1-м предударном слоге. Этому способствуют фонетические условия синтагматического характера, а именно соседство согласных с низкими тембральными характеристиками (губных и заднеязычных), а также [у] в последующих слогах: [пунука́jут, пукупа́л’и].

В акающих говорах во 2-м предударном слоге <о> и <а> обычно совпадают в [ъ]: [пътаму́, нътаска́л], но в говорах Восточной (Рязанской) группы, где двухступенчатая редукция гласных выражена предельно ярко, этот гласный часто редуцируется до «нуля»: [птаму́, пстаjа́л, γвар’у́]. Наличие или полное отсутствие гласного в данном случае факультативно и обусловлено особенностями фразовой фонетики: темпом произнесения и расстановкой фразовых акцентов. Утрата гласного происходит в слабой фразовой позиции: при слабоударности слова и убыстренном темпе произнесения малозначительного участка фразы, а также в часто повторяющихся в тексте словах. В акающих говорах качество заударного «эквивалента» <о> и <а> колеблется от [а] до [ъ] и тоже в значительной мере зависит от ритмики слова и фразы: [а] чаще звучит в конечном открытом слоге, в особенности если он является к тому же концом синтагмы; [ъ] преобладает в неконечном слоге слова: [го́ръда], [де́лъла].

Гласные после мягких согласных, кроме тех, которые находятся в конечном открытом слоге, хуже сохраняют свою противопоставленность, чем гласные после твердых согласных: они легче утрачивают лабиализацию, а подъем гласного [а] повышается, что приводит к совпадению всех гласных в [е] или [ь]: [з’орно́ – з’ерново́й], [п’ата́к – п’етачо́к] или [п’ьтачо́к].

В акающих говорах гласный 2-го предударного слога и заударного неконечного, как правило, сильно редуцируется: [с’ало́ – с’ьл’сав’е́т], а в заударном и конечном и в особенности в открытом слоге звучит [а] либо [и], распределение которых связано с некоторыми морфологическими категориями: [а] преобладает в окончаниям существительных – [ка́мн’ам] (тв.п. ед.ч.), [пр’и сы́н’а, на б’ир’о́з’а] (предл.п., ед.ч.); [а] произносится иногда и на месте <и>, <у>: в глагольном окончании 2 спр. – [он л’уб’а] и тв.п. ед.ч. прилагательных ж.р. – [бал’шуjа].