29Столыпинская аграрная реформа

Первая русская революция потерпела поражение, и наступил период реакции. 3 июня 1907 г. был совершен государственный переворот (в нарушение ОГЗ принят новый избирательный закон и разогнана Дума), правительство перешло в активное наступление на демократические завоевания революции. Установление третьеиюньской системы тесно связано с деятельностью последнего великого министра царской России Петра Аркадьевича Столыпина (1862—1911). Он происходил из древнего дворянского рода, в 1884 г. окончил Петербургский уни­верситет и поступил на службу в министерство внутренних дел. А в 1903 г. Столыпин уже был назначен губернатором в Саратовскую губернию, которая оказалась в центре крестьянских волнений и эсеровского террора. Деятельность саратовского губернатора при­несла ему широкую известность, и в апреле 1906 г. П.А. Столыпин возглавил министерство внутренних дел, а в июле 1906 г.—Совет министров (оставаясь министром внутренних дел). Взятый им курс в аграрном вопросе, жесткое подавление революционного движения сделали его кумиром всей контрреволюции — от октябристов до

крайне правых. Особенно высоко поднялся престиж Столыпина после покушения, совершенного эсерами-максималистами 12 авгу­ста 1906 г. на его даче на Аптекарском острове (погибло 27 и ранено 32 человека, в том числе сын и дочь Столыпина).

Спустя 12 дней, 24 августа 1906 г., была опубликована прави­тельственная программа, воплощавшая идею Столыпина: «Сначала успокоение, а потом реформы». Вводились военно-полевые суды по делам о терроре и вооруженном грабеже, предусматривавшие упрощенную форму судопроизводства. Дела рассматривались в течение двух дней при закрытых дверях, приговор вступал в силу немедленно и приводился в исполнение в течение 24 часов. Во многих районах страны вводилось «военное» или «особое» положе­ние, усилились аресты и высылки без суда и следствия. Всего в 1907—1909 гг. к смертной казни, каторге и тюремному заключению за революционную деятельность было приговорено более 26 тыс. человек.

В 1906—1911 гг. было закрыто 500 профсоюзов, а в оставшихся резко сократилось число членов —до 13 тыс. человек (с 250 тыс.). Было запрещено 978 газет к журналов.

Одновременно была провозглашена программа реформ, в основе которой лежало стремление укрепить крестьянство как основную опору самодержавия, без разрушения помещичьего землевладения, несколько изменив аграрную политику правительства. Реформе предшествовал манифест 3 ноябри 1905г. об отмене выкупных пла­тежей с 1 января 1906 г. наполовину, а с 1 января 1907 г.— полностью (по положениям реформы 1861 г. с этого момента земля переходила в собственность крестьян). 9 ноября 1906 г., не дожи­даясь созыва II Думы, Столыпин царским указом провел отмену закона 1893 г. о неприкосновенности общины. По указу крестьяне получали право выхода из общины с закреплением в личную собственность причитающейся им части общинной земли. Для поощрения выхода из общины указ предусматривал льготы: излиш­ки сверх нормы душевого надела можно было получить по выкуп­ным ценам 1861 г., если же в данной общине переделы не производились в течение 24 лет, то бесплатно. Крестьянин Имел право требовать выделения всех угодий к «одному месту» в виде хутора или отруба. Для выдела из общины требовалось согласие сельского схода; если в течение 30 дней сход согласия не давал, то выдел производился распоряжением земского начальника. Прове­дение указа было возложено на специальные губернские и уездные землеустроительные комиссии. Указ 9 ноября 1906 г. преследовал решение двух задач: во-первых, создать в деревне крепкие кресть­янские хозяйства на собственной земле, которые могли бы стать опорой царизма; во-вторых, добиться подъема сельского хозяйства.

Этот указ обсуждался в III Думе, где был полностью одобрен правооктябристским большинством и стал законом 14 июня 1910 г.

В 1906—1907 гг. указами царя некоторая часть государствевных и удельных земель была передана Крестьянскому банку для продажи крестьянам с целью ослабления земельной нужды. Кроме; того, Крестьянский банк приобретал земли у помещиков и продавал крестьянам, поощряя путем предоставления льгот (ссуда на 55,5 года под небольшие проценты) создание отрубного и хуторского хозяйств. ,

Одним из компонентов новой аграрной политики было массовое переселение крестьян на восточные окраины страны. Закон 6 июля 1904 г. предоставлял крестьянам возможность переселения,, но для этого следовало пройти сложную процедуру получения разрешения на переселение. 9 марта 1906 г. Николай II утвердил положение Совета министров «О порядке применения закона 1904 г.», вводив­шее свободу переселения.

29 мая 1911 г. был издан закон о землеустройстве, который должен был форсировать разрушение общины. По этому закону землеустройство могло проводиться независимо от того, укреплена или нет надельная земля в собственность: селение, в котором проведено землеустройство, объявлялось перешедшим к наследст­венному участковому владению. Закон предоставлял землеустрои­тельным комиссиям право решающего голоса в определении земельных споров.

Указ 5 октября 1906 г. отменил некоторые правовые ограниче­ния крестьян. Он предоставлял им «одинаковые в отношении государственной службы права» с другими сословиями и «свободу избрания места постоянного .жительства» без увольнительных Об­щинных приговоров. Указом отменялись телесные наказания по приговору волостных крестьянских судов.

Аграрная реформа была рассчитана по меньшей мере на 20 лет, «Дайте государству двадцать лет покоя внутреннего и внешнего,— заявлял П.А. Столыпин,— и вы не узнаете нынешней России!»

В 1905 г. в Европейской России насчитывалось 12,3 млн. кре­стьянских хозяйств и 130 тыс. помещичьих имений; в общине находилось 9,5 млн. крестьянских хозяйств, или 77%. С 1906 по 1916 г. вышло из общины 2,5 млн. крестьянских хозяйств; свобод­ными хозяевами стали, таким образом, 43% крестьян. Среди выде­лившихся преобладали крайние группы—беднейшие крестьяне, которые продавали землю, переселялись в город или на окраины страны, и зажиточные крестьяне (кулаки). В большинстве случаев выдел из общины не сопровождался переходом не только к хутор­скому, но и к отрубному хозяйству. За 1907—1916 гг. на отруба и хутора перешли соответственно 6,5% и 2,9% выделившихся, осталь­ные не порывали связей с общиной.

К концу 1916 г. помещики потеряли около 10 млн. десятин земли, которая в основном перешла к зажиточным крестьянам.

После 1906 г. заметно возросло количество переселенцев, среди которых преобладали беднейшие крестьяне. Число крестьян, пере­селившихся в 1906—1914 гг. из центральных районов страны за Урал, составило 3,1 млн. человек. Из них обратно вернулось почти 0,5 млн. Новоселы освоили в Сибири и Туркестане более 30 млн. десятин земли, но примерно '/< переселенцев не получила собст­венных участков и была вынуждена арендовать землю у местных крестьян. В целом за счет переселения на окраины не удалось решить проблему Малоземелья в центральных районах: в среднем в Сибири оставалось около 300 тыс. поселенцев в год, а естественный прирост крестьянского населения Европейской России составлял примерно 2 млн. в год.

Ставка делалась на «крепких и сильных», способных двинуть вперед раз­витие сельскохозяйственного производства и стать новой опорой власти в деревне. Важным аспектом реформы было и развитие правосознания крестьян, воспитание у них отсутствовавшего до сих пор «уважения к чужой собственности ».

Столыпинская реформа способствовала дальнейшей специали­зации земледелия и росту его интенсификации, о чем свидетельст­вовало увеличение спроса на сельскохозяйственные машины и орудия в 3,4 раза за период с 1906 по 1912 г. С 1909 г. наблюдается устойчивый рост товарности сельскохозяйственного производства.

Однако напряжение в деревне сохранялось. Многие крестьяне, в основном бедняки и середняки, разорились. Из-за плохой орга­низации переселенческого дела рос поток «обратных» переселенцев. Вернувшись на родину, они уже не получали ни двора, ни земли. Кроме того, крестьяне не считали реформу справедливой, поскольку она не затронула помещичьего землевладения. Безусловно, попытка решить аграрную проблему «шаблонно и однообразно на всем громаднейшем пространстве Российского государства», как отметил С.Ю. Витте, не могла увенчаться полным и повсеместным успехом.