Чин отпевания мирских человек

1. История формирования чина отпевания мирских человек

Современный вид указанный чин приобрел при патриархе Никоне (1652-1666).

По обычном начале и 90-м псалме в чине погребения мирских человек до никоновского времени следовала заупокойная великая ектения. После нее: «Аллилуиа», — со стихами и тропарь: «Глубиною мудрости», — с Богородичным. И после этого начинали петь 17-ю кафизму. Такое же начало встречается и в памятниках греческой Церкви.

Семнадцатая кафизма по старым Требникам разделялась на две статьи (теперь – на три). Первая пелась с припевом: «Помни, Господи, душу раба Твоего», — вторая – «Упокой, Господи, душу раба Твоего». После первой статьи следовала малая заупокойная ектения. После второй следовали тропари на «Благословен еси Господи», но порядок их пения был другой.

Древнерусский чин погребения мирских человек не имел канона. После тропарей по непорочных следовали: ектения, седален «Покой, Спасе наш», с Богородичным, псалом 50-й и сразу же пелись стихиры самогласны: «Кая житейская сладость». Число этих стихир было больше, чем теперь и не одинаково (по несколько на каждый глас).

За самогласными стихирами следовали «Блаженны», отделявшиеся иногда малой заупокойной ектенией, иногда еще и кондаком с икосом. Стихиры на «Блаженных» были те, что теперь в чине священнического отпевания.

По окончании «Блаженных» следовали прокимен, Апостол, Евангелие (те же, что и теперь). По старопечатным Требникам вслед за чтением Евангелия происходило целование умершего, во время которого пели стихиры «на целование», три из них не входят в современный чин. После пения последней стихиры священник тайно читал разрешительную молитву: «Бог милосердный и многомилостивый», — и полагал ее потом в руку умершего.

С пением «Святый Боже» и стихир: «Зрящее мя безгласна», — тело усопшего несли «ко гробу», то есть к месту погребения. Здесь священник читал «молитву над гробом внегда возливати масло»: «Помяни, Господи, Боже наш, иже в вере и надежде живота вечнаго усопшаго раба Твоего», а потом троекратно возливал на останки елей с пением «Аллилуиа» (Трижды). В заключение произносится стих: «Господня земля и исполнения ея». Певцы пели тропарь: «Земле, зинувши, прими от тебе созданнаго рукою Божиею». По Трисвятом и «Отче наш» пели тропари: «Со духи праведных», — а затем следовал отпуст. И пелась «Вечная память». Священник в это время читал другую молитву разрешения над гробом умершего. И следовал обряд предания тела земле.

Каждый из присутствующих при погребении шел обратно в церковь и здесь полагал за душу умершего по 15 поклонов, читал про себя молитву: «Покой, Господи, душу раба Своего, имя рек, и елика в житии сем, яко человек, согреши, Ты же, яко Человеколюбец Бог, прости и помилуй, и вечныя муки избави, и Небесному Царствию причастника учини, и душам нашим полезная сотвори».

Обычай не только читать над умершим разрешительные молитвы, но и полагать список такой молитвы ему в руки ведет начало с глубокой древности. Родоначальником этого обычая у нас на Руси и автором одной из разрешительных молитв считается преподобный Феодосий Печерский. Мнение это основано на рассказе Патерика Печерского. Преподобному Феодосию пришел однажды варяжский князь Симон, принявший православную веру и отличавшийся особым благочестием и любовью к монастырю, и просил преподобного, чтобы он молился за него как при жизни, так и по смерти. В ответ на горячую просьбу Симона преподобный Феодосий написал ему разрешительную молитву. «С тех пор, — говорит автор Патерика, — утвердился на Руси обычай класть такое письмо с умершим». Современная разрешительная молитва имеет иное содержание и автора.

Распространению и утверждению этого обычая по всей Русской земле способствовало огромное влияние, которое имела Киево-Печерская Лавра на Русскую Церковь. Кроме этого, важность молитвы подчеркивается событием, изложенным летописцем. При погребении тела благоверного князя Александра Невского в Рождественском монастыре во Владимире было явлено Богом «чудо дивно и памяти достойно». Эконом Севастьян и митрополит Кирилл хотели разжать руку князя, чтобы вложить напутственную грамоту. Святой князь, как живой, сам простер руку и взял грамоту из рук митрополита, хотя был мертв и тело его было привезено из Городца в зимнее время» (Настольная книга священнослужителя. М., 1978, т. 2, с. 322).

В начале XVII века в чинопоследовании появляется канон.