Публичное покаяние

Публичная исповедь назначалась членам христианской общины, которые совершили тяжкие грехи, унижающие достоинства Церкви и вносившие соблазн в среду верующих. В апостольский век известен пример покаяния коринфского грешника, которого апостол Павел повелел вначале публично извергнуть из общения с Церковью, потому что «Малая закваска квасит все тесто» (1 Кор. 5, 6). После полного раскаяния грешника апостол просил снова принять его в церковное собрание: «Для такого довольно сего наказания от многих. Так что вам лучше простить его и утешить, дабы он не был поглощен чрезмерною печалью, и потому прошу вас оказать ему любовь» (2 Кор. 2, 6-8). Публичное покаяние служило врачевством для самих кающихся для других.

Наряду с публичным покаянием кающимся грешникам назначались и открытые епитимии, к числу которых относились:

1) лишение права делать приношения в храм и участвовать в причащении (за мене важные преступления);

2) запрещение присутствовать на собрании верующих, особенно на литургии (за более тяжкие преступления).

Исповедание тяжких плотских грехов совершалось публично лишь в тех случаях, когда они становились известными. Если тайная исповедь, на которой они исповедовались, не приводила к исправлению кающегося, тогда назначалась открытая епитимия и публичное покаяние. Святой Василий Великий говорит, что такие грехи «отцы наши запретили явным творити, да не подадим причины к смерти обличенных» (прав. 34).

Древняя Церковь не терпела в своей среде явных грешников, открыто нарушающих заповеди Божии и совершающих преступление против Церкви. До III в. в ней сохранялась наибольшая аскетическая строгость и требовательность к членам христианской общины. Виновные в одном из трех смертных грехов (идолопоклонство, убийство и прелюбодеяние) отличались от церковного общения, им полагалось покаяние в течение всей своей последующей жизни и только перед смертью они могли быть примирены с Церковью и приобщены Святых Даров.

Назначение открытых епитимий и публичного покаяния, а также отлучение от Церкви и примирение с ней кающихся могло совершиться только епископами, в связи с важностью этих актов как для кающихся, так и для всей общины. Пресвитерам разрешалось на литургии примирять кающихся с Церковью в отсутствие епископа лишь в случае смертельно опасности для лица, которому было назначено публично покаяние.

Публичное покаяние оформилось в особый чин к концу первой половины III века. Исторической основой для этого послужил раскол в Римской и Карфагенской Церквах, возникший из-за вопросов о падших. То есть изменивших вере, во время гонений императора Декия (250 г.). Декиево гонение, начавшееся неожиданно после двадцати лет мира, отличалось тем, что впервые за всю историю Церкви христиан – граждан Римской империи принуждали к языческим жертвоприношениям. Многие относились к такому жертвоприношению как к формальности, поэтому число отступников в тот раз было намного больше, чем в прежние гонения.

В Риме лидером раскола выступил пресвитер Новациан. От протестовал против того, чтобы воссоединять с Церковью не только падших во время гонений, но и вообще всех тех, кто вновь согрешил после первого покаяния, ибо через общение с грешниками Церковь якобы оскверняется и перестает быть святой.

В Карфагенской Церкви раскол другого рода возглавил пресвитер Новат, который вместе со своими сторонниками требовал примирять отступников с Церковью без публичного покаяния. Основанием для воссоединения падших с Церковью Новат считал письменное поручительство за них исповедников, то есть людей, оставшихся в живых после гонений, открытого исповедания своей веры и перенесенных мучений.

Созванные в Карфагене (256), затем в Риме (251) Соборы разбирали вопрос о том, при каких условия следует принимать падших в церковное общение. Оба Собора приняли единодушное решение о прием6е их в Церковь через публичное покаяние и выработали правила (епитимии), регламентирующие прохождение кающимся четырех степеней покаяния.

Среди падших во время Декиева гонения были не только те, кто приносил жертвы идолам, воскуривал им фимиам, либо путем подкупа получил свидетельства об этих действиях, но и те, кто предавал христиан, выдавая гонителям книги Священного Писания и церковные синодики с именами верных. Когда подобные люди говорили пресвитеру о желании присоединиться к Церкви, то он, проверив искренность их желания, вносил имена их в особый список для сведения верных и для поминовения при богослужении. И с того дня они приступали к публичному покаянию, проходя последовательно покаяние с плачущими, слушающими, припадающими и купностоящими, то есть стоящие вместе с верными.

Плачущие были совершенно лишены молитвенного общения с верными. Стоя на коленях во внешнем притворе храма, они с плачем просили входивших помолиться о них и ходатайствовать о скорейшем принятии их в Церковь. Эта степень была подготовительной к собственно церковному покаянию (св. Григорий Чудотворец, 2 прав., св. Вас. Великий 22 прав.).

Слушающие, как и оглашенные, могли присутствовать на богослужении лишь во время первой части литургии. Они стояли во внутреннем притворе храма впереди оглашенных и по окончании чтения Священного Писания вместе с ними выходили из Церкви (I Всел. Соб., прав. 2 и 12).

Припадающие стояли в самом храме, в его задней части и участвовали с верными в молитвах о кающихся, падши ниц. После чтения этих молитв они, получив благословение от епископа, удалялись из храма.

Купностоящие занимали места в передней части храма с левой стороны и стояли с верными до начала Причащения, после Чего удалялись из храма. Они не могли причащаться Святых Тайн и делать причащение в Церковь (I Всел. Соб., 12 прав.).

Покаяние падших, по правилам святителя Петра Александрийского, продолжалось четыре года, по правилам Анкирского Собора – 6 лет. По правилам I Вселенского Собора – 20 лет. В течение всего времени, установленного для исполнения епитимий, Церковь возносила молитвы за кающихся между литургией оглашенных и литургией верных (Лаод. Соб. 19 прав.).

Заключительным моментом публичного покаяния было принятие кающихся в общение с Церковью, которое совершалось торжественно и входило в состав богослужения. В древнее время в четверг или пятницу Страстной седмицы во время литургии перед причащением Святых Таин кающийся, преклонив колена, открыто исповедовали свои грехи перед епископом и всей общиной. Епископ с молитвою возлагал на них руки и отпускал грехи, после чего они приступали к святому Причащению.

Начиная с IV в., стало все более возрастать значение тайной исповеди и реже применяться публичное покаяние. В последующие века, когда на христиан не было гонений и численный состав их быстро возрос, аскетическая строгость и ревность к благочестию начали оскудевать. Многие стали избегать открытой исповеди. Кроме того, подобная исповедь часто служила соблазном для некоторых христиан. Постепенно упразднились степени покаяния и обряды, которыми сопровождалось принятие в число публично кающихся, хотя в некоторых общинах практика публичного покаяния сохранилась до VII-IX веков.

Должность пресвитера-духовника была отменена патриархом Константинопольским Нектарием (398), и каждому христианину было предоставлено право приступать к Таинству Покаяния только по велению своей совести. С конца IV в. пресвитеры получили право свободно принимать исповедь и, независимо от степени тяжести грехов, разрешать их по своему усмотрению. Лишь в исключительных случаях пресвитер должен был раскрывать тайну исповеди епископу, когда тяжесть греха против Церкви и нераскаянность согрешившего требовали публичного обличения грешника и назначения ему открытой епитимии.

К концу IX в. публичное покаяние практически всюду было вытеснено тайной исповедью.