Пострижение волос

Чин пострижения волос, завершающий Таинства Крещения и Миропомазания, знаменует готовность нового члена Церкви приносить себя в жертву Богу и исполнение Его всеблагой воли присекать греховные движения плоти.

«Владыко Господи Боже... — молитвенно просит иерей, — Ты образом Твоим почтил человека. Ты благолепно устроил его тело, чтобы оно могло служить словесной душе, а весь человек мог благодарить Тебя... Через пострижение волос главы благослови раба сего и его восприемников, и даждь им всем поучаться в Законе Твоем и благоугодное Тебе совершать» (1-я молитва).

И еще просит иерей у господа благословения для постригаемого, чтобы он, возрастая, достиг седин старости, воссылая Богу славу, и во все дни жизни своей видел духовными очами блага Иерусалима Небесного.

Святой Афанасий Великий говорит, что крестообразное пострижение волос напоминает о необходимости быть «в послушании Богу навеки» (Вениамин архиеп. Нижегород. Новая Скрижаль. 16 изд. СПб., 1899, с. 366).

Сугубая ектения и отпуст

Сугубой ектенией завершаются богослужение Таинств Крещения и Миропомазания. После прошений о Великом господине и отце нашем Святейшем Патриархе, о братии, богохранимой стране, молитвенное внимание сосредотачивается на «здравии, спасении и оставлении грехов рабов божих восприемников» и на «новопросвященном рабе Божием (имя рек) о еже сохранену ему быти в вере чистого исповедания, во всяком благочестии же и исполнении заповедей Христовых, во вся дни живота его». После возгласа ектении: «яко милостив и Человеколюбец Бог еси», — священник возглашает: «Слава Тебе, Христе Боже, упование наше, слава Тебе».

История совершения чина Миропомазания в Русской Церкви

В XI-XII веках в Русской Церкви помазывали святым Миром обыкновенно: чело, ноздри, уста, уши, сердце и одна правая рука на ладони (по правилу Саввы, неизвестного епископа) (Памятники Рус. Слов. XII в., с. 198. См. Одинцов Н. Указ соч. с. 76), а по правилу Нифонта, епископа Новгородского, эти же части тела за исключением уст (Там же, с. 175).

Совершение Таинства со всеми его особенностями по указанию епископа Нифонта представляется в следующем виде: «Наденеши ризы крестныя и венец, и тако помажеши и (его) святым Миром и дай ему свешу» (Там же, с. 175). В житии Константина, князя Муромского, совершение Таинства Миропомазания описывается подобным же образом. «Мазаху их хризмою, — читаем в житии, — и надеша на ня червленыя венцы на главу их обязеша, на них же крест, и белы ризы, и наговицы, и сапоги, и даша всем свеща горяща» (Арх. Филарет. История Русской Церкви. Изд. 4, ч. 1, с. 27).

Таким образом, кроме помазания известных частей миром к числу особенностей совершения Таинства в XI-XII веках должно быть отнесено следующее: облачение в белые одежды, возложение червленого венца и вручение свечи (Одинцов Н. Указ. соч., с. 78-79). Под венцом должно разуметь либо повязку, покрывающую лоб миропомазанного, или же куколь, то есть «венец сошвен, камочка червлена, или крещенина синя, и вышито на нем три крестика, то есть одеяние главе»(Там же, с. 80).

После Крещения и миропомазания новокрещенного причащали на литургии, которая следовала непосредственно за этими Таинствами.

Спустя семь дней после этого происходило разрешение новокрещенного, которое состояло не только в снятии белой одежды, возлагавшейся на крещаемого при его Крещении, но и в снятии повязок покрывающих миропомазанные части новокрещенного (Памятники Рус. Слов. XII в., с. 175 и 183).

В XIII веке, как уже говорилось, Владимирский собор 1274 года при митрополите Кирилле отметил некое отступление от принятого порядка совершения Таинства, когда миропомазание и мазание маслом было сведено к единому действию. Собор постановил: «Подобает просвещемуся святым Крещением в Крещении миром мазатися мастию Небесною: миром особь, а масло особь» (Одинцов Н. Указ. соч., с 123).

В XIV века Таинство Миропомазания совершалось со следующими особенностями. После сугубой ектении читалась молитва, которая читается и в настоящее время, и за ней пелось: «Елицы во Христа крестистеся», — без обхождения вокруг купели. После этого помазывались миром те же части тела новокрещенного, что и теперь.

В XV веке Миропомазание совершалось с пением псалма: «Блажени, им же оставишася беззакония». Кроме тех частей тела, которые помазывают и в настоящее время, в XV веке иногда делалось еще помазание «на сердце, на чреве и на плечах».

По некоторым спискам служебников после миропомазания следовало облачение новокрещенного в срачицу и верхнюю одежду. При облачении в первую священник говорил: «Одевается раб Божий, имя рек, одеждою веселия и возрадования». При одевании второй — «Да возрадуется душа твоя о Господе, облече бо тя в ризу спасения».

По другим служебникам облачение совершалось в то же время, что и теперь. После миропомазания происходило троекратное обхождение вокруг амвона (архиерейского).

По третьему варианту служебников после совершения миропомазания священник входил с новокрещенным в алтарь и, если это мальчик, прикладывал его к четырем сторонам престола, если же девочка, то только к трем, исключал переднюю. Выходя из алтаря, священник пел: «Блаженни, им же отпущены суть беззакония». После этого следовала литургия в причащение новокрещенного святых Христовых Тайн (Одинцов Н. Указ. соч., с. 263-265).

После облачения новокрещенного. По одним служебникам, после обхождения амвона восприемниками с новокрещенным – по другим, и после прикладывания к престолу новокрещенного, — по третьим, ни Апостола, ни Евангелия не читалось, но после облачения непосредственно следовала, как и в веке предыдущем, молитва пред пострижением. Самое пострижение и молитвы те же, что и в нынешнем последовании, с той только разницей: теперь пострижение следует за молитвой, а не предшествует ей.

В этом же веке появляется указание относительно хранения волос «И приим (священник) воску теплого и влепляет власов отрезанных и тако сохранит их в стену церковную, аще будет каменна церковь и аще ли ни, то за алтарем вкопают в землю».

После пострижения следовали, как и в предшествующем веке: возложение купола, сугубая ектения и отпуст.

В последовании «омовения новокрещенного в восьмой день» в рассматриваемое время, при входе в храм, читался псалом: «Господь – пасет мя». Омовение без окропления совершалось непосредственно после первой молитвы.

В XVI веке священник миропомазывал те же части тела, которые и ныне помазуются, но с прибавлением «сердца, чрева и плечей». При помазании миром положено произносить слова: «Печать дара Духа Святаго», хотя были еще и добавления.

По памятникам одной реакции, после миропомазания положено одевать младенца в новые одежды со словами: «Одевается раб Божий, Имя рек, в одеяние веселия и возрадования». В памятниках иной редакции после миропомазания священник и восприемник с младенцем обходит трижды вокруг купели, после чего священник брал дитя и нес в алтарь (мальчика) или только к алтарю, если девочка, и совершал воцерковление. Чин воцерковления кончался сугубой ектенией и отпустом.

Некоторые памятники XVI века указывают на чтение апостола и Евангелия. Это было дело новое, о котором практика предшествующего времени ничего не знала.

По окончании апостола и Евангелия читалась молитва на пострижение волос и совершалось пострижение. Отрезанные волосы хранились в церковной стене. После пострижения волос у новопросвещенного, священник читал молитву: «Господи Боже наш, иже от исполнения купального» и тотчас возлагал на младенца куколь со словами: «Одевается раб Божий в куколь незлобия во имя Отца...»

При чтении: «Елицы во Христа крестистеся» священник и восприемник с младенцем три раза обходили вокруг купель. Далее следовала сугубая ектения и отпуст.

Новопресвященный присутствовал за литургией и причащался Святых Таин. Во время великого входа новокрещенный. Имея в руках зажженные свечи, шел впереди священника, несущего приготовленные для освящения дары. По окончании Литургия в сопровождении родных и знакомый, которые имели тоже зажженные свечи, новокрещенный удалялся домой. В течение восьми дней он обязан был присутствовать за богослужением утрени, вечерни и литургии, стоя с горящею свечою (Дмитриевский А. Богослужение в Рус. Церк. В XVI в., с. 297-305). В восьмой день по совершении Таинств Крещения и Миропомазания младенец приносился в храм и совершалось «последование во еже омыти крестившегося в осьмой день». Перед началом священник возглашал: «Благословен Бог наш» и читалось: обычное начало – Царю Небесный, Трисвятое по «Отче наш», по возгласе тропаря, молитва: «Избавление грехов святым Крещение», — и новой мокрой губою отирал миропомазанные части тела новокрещенного, произнося те же слова, которые и ныне положены в этом случае. Далее священник произносил: «Благословен Бог наш, просвещая и освящая всякого человека» и читал две молитвы, которые в нынешнем Требнике положено читать раньше омовения. Таков порядок этого последования в большинстве памятников XVI в.