D) Память, обучение, понимание, невербальное мышление

О памяти мы говорим тогда, когда центральная нервная система в состоянии накапливать информацию. Можно измерять объём и продолжительность памяти. Животных, с хорошо развитыми глазами, приучают парой оптических образцов (например, круглый — угловатый) один признак (например, круглый) при этом связывать с пищей. Каракатица (беспозвоночное) обучается овладевать одновременно тремя парами признаков. Маленькие рыбки — четырьмя, форели и мыши — шестью парами. Крысы выучивают восемь, осёл — четырнадцать, лошади и слоны — двадцать пар. Ёмкость памяти в существенной мере зависит от абсолютной величины мозга.

Аналогично варьирует также длительность хранения. Опыты с каракатицей показывают, что она может хранить в своей памяти приобретённое в течение 27 дней. У форели память свыше 5 месяцев, у крысы — свыше 15, у карпа — даже свыше 20 месяцев ⁵².

Память является предпосылкой способности обучения на основе опыта. Теперь различают много процессов обучения. Спорно, однако, являются ли эти различия количественной или качественной природы, основана ли их эволюция на простом повышении ёмкости, темпа, продолжительности обучения или они представляют собой «подлинные достижения» эволюции. Представляется, однако, что противоположность количественный-качественный не представляет собой подлинной альтернативы. Можно наблюдать следующие процессы обучения: ⁵³

Обучение посредством образования условных рефлексов (Павлов): оно служит классическим условием и оспаривается только у одноклеточных.

Инструментальная подготовка (Скиннер): животное, в искусственно созданном окружении (например, ящик Скиннера), само осуществляет действия, за которые вознаграждается или наказывается (reinforcement).

Обучение посредством упражнения и привычки, например, совершенствование возможностей полёта (парение, подъём против ветра)

Обучение посредством проб и ошибок (trial and error) является, вероятно, важнейшим модусом обучения у высших животных и у людей.

Обучение посредством подражания является очень редким. Оно встречается у некоторых птиц (обучение родовому пению), у высокоразвитых млекопитающих и у человека.

Обучение через понимание встречается фактически только у человека.

В вопросе о содержания обучения необходимо различать между тем, чему животные научаются от себя самих и тем, что им может привноситься. Наблюдение за свободным поведением и дрессура всегда дают повод для удивлений. У животных имеются выраженные фазы способности к обучению. Ориентировочно-исследовательское поведение ограничено молодыми годами; взрослые животные обучаются под давлением особых обстоятельств (например, угроза врага). У людей, напротив, любопытство сохраняется до глубокой старости.

Понимание представляет собой постижение логических и каузальных связей и выражается иногда во внезапной адаптивной реорганизации способов поведения. Понимающее поведение животных было предметом многих наблюдений; Но ещё не известно, какие процессы в мозге лежат в его основе. В качестве понимающих фигурируют, например, следующие достижения (без дрессуры):

Обезьяна вставляет две палки друг в друга или громоздит ящики друг на друга, чтобы достичь банана (изготовление и использование орудий). Собака обходит пространственное препятствие, например, забор (достижение обхода). Обезьяны открывают двери, закрытые сложной системой задвижек. Живя на свободе, они очищают ветки от листьев, засовывают их в термитник, а затем поедают прикрепившихся к ветке насекомых. Операции с представлениями, понятиями и суждениями, которые основаны на созерцании, но не имеют имени, потому что отсутствует словесный язык, Отто Кёлер называет бессловесным мышлением. Это достижение допонятийной абстракции. Этим он объясняет следующее наблюдение: мышь научается пробегать без ошибок лабиринт, который на двадцати Т-образных разветвлениях требует правильных решений. Затем лабиринт предлагается ей в новой, «транспонированной» форме, а именно линейно удвоенный, искажённый, то есть с косыми, а не с прямыми углами, криволинейный и, наконец, зеркально отображённый. В новом лабиринте мышь делает без дрессуры почти столь же мало ошибок, что и в старом.

Голуби научаются отличать четыре зёрнышка от пяти или выклёвывать из кучки только пять зёрен, а остальное не трогать. Следовательно, они могут численно воспринимать и оперировать. Они обладают симультантными и сериальными возможностями для неназываемых чисел. У галок они распространяются до шести, у ворона, попугая, сороки, белки — до семи, у серого попугая — даже до восьми. Если человеку мешать употреблять соответствующие слова счёта, то он достигает не большего, чем эти животные. Шимпанзе обучается передавать бинарным числом информацию о меняющемся от 0 до 7 количестве фигур, например, треугольников, а именно посредством трёх ламп, упорядоченных в одном направлении ⁵⁴.