Конвергенция методов измерения
Многие величины, особенно фундаментальные константы природы могут быть установлены полностью различными, друг от друга независимыми способами. Так, например, число Лошмидта — число молекул в одном моле любого газа — выводится из кинетической теории газов, броуновского молекулярного движения, поверхностного натяжения слабого раствора, законов распространения излучений в пустоте, электрического заряда масляных капелек, рассеяния света в атмосфере, величины элементарного кубика кристаллов, из радиоактивных процессов и из тонкой структуры спектральных линий 23. Как бы ни были различны эти физические методы, все они дают одинаковую величину, L = 6 –1 0 ^ 23 молекул/моль.
Ни один непредубеждённо мыслящий физик ввиду данного обстоятельства не сможет не признать правильности своего непосредственного чувства, что это согласование проистекает не от субъективных методов, а от самого объекта, который един и поэтому также, само собой разумеется, имеется только одно значение константы, с какой бы стороны к ней ни приближаться. Эта предпосылка существования истины является основной предпосылкой любого исследования вообще. (Bavink, 1949, 266)
Конвергенция измеряемых величин
Все результаты измерений для определённых измеряемых величин, кажется, приближаются к «истинному» значению; коррекция осуществляется на всё более высоких порядках. Лучше, чем слова, в этом убеждает схема 1, которая передаёт ход измерений механического эквивалента теплоты.
|
Рисунок 1. Определения механического эквивалента теплоты (в кгм/ккал. Nach Bavink, 1949, 265). |
Здесь можно видеть конвергенцию даже в математическом значении. В этом смысле прав был также Лихтенберг со своим замечанием, что истина является асимптотой исследования.
Конвергенция теорий
«Конвергенция исследований» 24, обсуждённая нами в H и I распространяется не только на измеряемые величины, но также на целые системы нашего теоретического познания. В новых исследовательских областях, кажется, должна существовать прежде всего определённая свобода в выборе понятий и гипотез. Но именно этот кажущийся произвол всё больше и больше сужается в ходе дальнейших исследований. «Развитие показывает, что из всех мыслимых конструкций, единственная демонстрирует необходимое превосходство над другими» (Einstein, 1972, 109).
Если бы конвенционализм был прав, имелось бы много эмпирически эквивалентных систем. (Теории называются эмпирически эквивалентными, если они имплицитно предполагают одни и те же высказывания наблюдения.) Пока же даже доказательство только двух физик остаётся более чем спорным. Научное познание направлено, как скорее представляется, на внесубъективную действительность, к которой оно всё более приближается.
Инвариантность в науке
Образование инвариантов в науке превосходит то, что образуется в восприятии. Также и здесь влияние способа рассмотрения элиминируется посредством обнаружения инвариантов. Поиск законов, в которые не включён наблюдатель, можно считать главной задачей науки. Успешность этих поисков говорит о наличии независимой от наблюдателя реальности. Математически выражаясь: в пользу объективности говорит инвариантность по отношению к координатным системам трансформации. В этом смысле эйнштейновская общая теория относительности есть одновременно теория абсолютности, которая работает с величинами, независимыми от координатных систем, инвариантными по отношению к очень общим трансформациям.