3. Деньги

Золото – универсальный эквивалентный товар, представленный непосредственно (золотые монеты) или через своих представителей (бумажные знаки), функционирует, как мера стоимости и средство обращения (деньги) в противовес всем другим товарам, которые лишь потребительные стоимости.

a) Образование сокровищ

Непрерывный кругооборот товарных метаморфозов (последовательная смена актов продажи и купли) вызывает безостановочное обращение денег. Как только ряд метаморфозов прерывается на стадии – Д – (за продажей не следует купля), механизм останавливается.

С первых зачатков товарного обращения зарождается страсть удерживать у себя промежуточный продукт первого метаморфоза, товар продают не, чтобы купить другие товары, а чтобы заместить товарную форму денежной. Из промежуточного звена в обмене веществ деньги становятся самоцелью и перестают функционировать абсолютно отчуждаемой, мимолётной формой товара. Деньги окаменевают в сокровища, продавец товаров становится Кощеем.

В начале товарного обмена в деньги превращался, именно, только избыток потребительных стоимостей (первобытнообщинные племена обменивались излишками продуктов, произведенных для себя). Золото представляло общественный показатель избыточного продукта (богатства).

При дальнейшем развитии товарного производства каждый товаропроизводитель должен обеспечить себе, общественно признанный, залог. Его потребности возобновляются каждый день и побуждают его постоянно покупать чужие товары, а производство его собственного товара стоит времени и зависит от случайностей (покупать должен каждый день (например, хлеб), а удастся ли продать свой товар, Бог его знает). Чтобы купить, не продав, он должен сначала продать, не покупая. В местах добычи (места эмиссии денег) золото обменивается на другие товары. Получается продажа без купли, простой обмен товара «золото». Последующие продажи без, следующих за ними актов купли, распределяют золото между всеми товаровладельцами, и во всех пунктах обращения накапливаются золотые (денежные) сокровища различных размеров. Возможность удержать товар в денежном образе пробуждает жажду золота. С расширением товарного обращения растёт власть денег (над их владельцами).

Так как по внешности денег нельзя узнать, что именно в них превратилось, то в деньги превращается всё, как товары, так и нетовары (природа, совесть, честь, Родина, душа), всё делается предметом купли-продажи.

«Золото! Металл сверкающий, красивый, драгоценный…

Тут золота довольно для того,

Чтоб сделать всё чернейшее белейшим,

Всё гнусное – прекрасным, всякий грех –

Правдивостью, всё низкое – высоким,

Трусливого – отважным храбрецом,

А старика – и молодым, и свежим!

К чему же мне, о боги, это всё?

Бессмертные, к чему – скажите?

Это от алтарей отгонит ваших слуг,

Из-под голов больных подушки вырвет…

Да, этот шут сверкающий начнёт

И связывать, и расторгать обеты,

Благословлять проклятое, людей

Ниц повергать пред застарелой язвой,

Разбойников почётом окружать,

Отличьями, коленопреклоненьем,

Сажая их высоко, на скамьи

Сенаторов. Вдове, давно отжившей,

Даст женихов…

Ступай… проклятая земля,

Наложница всесветная.»

(Шекспир, «Жизнь Тимона Афинского»)

Но деньги – сами товар, внешняя вещь, которая может стать частной собственностью всякого лица. Общественная сила, таким образом, становится узурпированной частным лицом. Античное общество поносит монету, на которую разменивается вес экономический и моральный уклад жизни.

«Ведь нет у смертных ничего на свете,

Что хуже денег.

Города они

Крушат, из дому выгоняют граждан,

И учат благородные сердца

Бесстыдные поступки совершать,

И указуют людям, как злодейства

Творить, толкая их к делам безбожным»

(Софокл, «Антигона»)

Современное общество приветствует деньги, как блестящее воплощение своего сокровеннейшего принципа жизни.

Товар, как потребительная стоимость, удовлетворяет отдельную особенную потребность и образует особенный элемент вещественного богатства. Стоимость измеряет степень притягательной силы товара по отношению ко всем элементам вещественного богатства, измеряет общественное богатство товаровладельца. Для варварски примитивного товаровладельца, даже для западноевропейского крестьянина, стоимость неотделима от золотого воплощения, и накопление сокровищ в виде золота для него – накопление стоимости. Деньги могут подешеветь, но, 200 унций золота всё равно содержат больше стоимости, чем 100, а 300 унций больше, чем 200 и т.д., и денежная форма его товара остаётся всеобщей эквивалентной формой всех товаров, общественным воплощением всякого человеческого труда.

Страсть к накоплению сокровищ по природе своей безмерна (мания). Своим качеством деньги могут быть обменяны на любой товар, своим количеством деньги не могут быть обменяны на любой товар, а только на товар, соответствующей количеству денег, стоимости. Противоречие между количественной ограниченностью, но качественной безграничностью денег заставляет собирателя сокровищ всё больше и больше накапливать, и всегда будет мало.

Чтобы удерживать деньги, как элемент созидания сокровищ, надо воспрепятствовать их обращению, как покупательного средства. Примитивный созидатель сокровищ приносит свои потребности в жертву золотому фетишу. Но, он может извлечь из обращения для своего сокровища лишь деньги, которые даёт обществу в виде товаров. Чем больше производит, тем больше может продать и накопить. Трудоусердие, самоограничение и скупость – вот основные добродетели современного мира.

Форма сокровища в виде денег дополняется эстетической формой в виде роскоши. («Будем богаты или будем, хотя бы, казаться богатыми» ©Дидро) Расширяется рынок драгметаллов, отвлечённый от денежной функции, роскошные изделия – скрытый источник предложения денег в периоды общественных бурь.

Постоянные колебания размеров товарного обращения (из-за изменения цен и скорости обращения) вызывают неизбежные отливы и приливы, находящейся в обращении, денежной массы, и она должна быть способна расширяться и сокращаться. Чтобы, действительно циркулирующая, денежная масса всегда полностью насыщала сферы обращения, количество золота должно быть больше, чем требуется в каждый сиюминутный момент для денежной функции. Своеобразную роль расширительных резервуаров для обращающихся денег, откуда при необходимости притекает в оборот и уходит денежная масса (как расширительный бачок в радиаторе автомобиля).

b) Средство платежа

В непосредственном товарном обращении стоимость представлена двояко – товар на одном полюсе, деньги на другом. Товаровладельцы обменивались эквивалентами, имеющимися в наличии. С развитием товарного обращения отчуждение товаров отдаляется по времени от реализации их цены. Производство одного товара более долгое, чем другого, или разные времена года. Одни товары производятся у самого рынка, другие совершают длительный вояж к рынку. Поэтому один товаровладелец становится продавцом раньше, чем другой покупателем, при частом повторении одинаковых сделок условия продажи регулируются условиями производства.

В других случаях, например, пользование домом (аренда), покупатель покупает товар раньше, чем оплачивает его. Один продаёт наличный товар, другой выступает, как просто представитель будущих денег. Продавец становится кредитором, покупатель – должником. Так как изменился метаморфоз товара и развитие его стоимостной формы, то деньги приобретают другую функцию – становятся средством платежа.

Одновременное предъявление эквивалентов в процессе (Т – Д) прекратилось. Деньги теперь предстают, как мера стоимости в цене товара, установленной контрактом, уплачиваемой должником к определённому сроку, оставаясь при этом идеальным покупательным средством. Деньги существуют теперь лишь в долговом обязательстве покупателя, но всё равно осуществляют переход товара из рук в руки. Только в срок платежа деньги реально вступают в обращение и переходят в руки продавца. Процесс обращения прервался на первой фазе, став сокровищем, т.к. деньги (превращённая форма товара) извлечены из обращения, и вступают в него, как средство платежа, когда товар уже изъят из обращения. Продавец превратил товар в деньги, чтобы купить на них какую-либо потребительную стоимость (собиратель сокровищ, чтобы консервировать товар в денежной форме), должник-покупатель превращает товар в деньги, чтобы уплатить по долгам. И так получается, что деньги становятся самоцелью продажи.

Покупатель совершает второй метаморфоз товара раньше первого. Товар обращается, обмениваясь не на деньги, а на обещание денег. Товар становится потребительной стоимостью прежде, чем успевает стать деньгами. Первый метаморфоз совершается задним числом.

Обязательства, по которым наступил срок платежа, представляют сумму цен уже проданных товаров. Масса денег, необходимая для реализации этой суммы, зависит от быстроты обращения средств платежа (деньги, подразумеваемые в долгах) – от сцепления отношений кредиторов и должников (А получил деньги от своего должника В и уплатил их своему кредитору С) и от продолжительности промежутков между различными сроками платежа. Цепь выплат долгов, следующих один за другим, отличается от цепи прямого метаморфоза товаров Т – Д – Т тем, что выражает собой общественную связь до того, как она появляется. Долг становится товаром.

Одновременность и параллельность продаж мешают компенсировать массу денег увеличением быстроты их обращения, хотя и создают новый рычаг – взаимопогашение долгов, когда накапливаются в одном и том же месте, и возникают учреждения и методы взаимного погашения платежей. Сопоставление долговых требований А к В, В к С, С к А и т.д. позволяет взаимно учесть и выплатить лишь разницу. Чем больше концентрация взаимопогашающихся платежей, тем меньше баланс, следовательно, меньше масса обращающихся денег, необходимая для выплаты лишь разницы.

Взаимно погашая платежи, деньги выступают, как идеальный измеритель стоимости просто для подсчёта, но не как промежуточное средство обращения, а как индивидуальное воплощение общественного труда, меновая стоимость, как абсолютный товар. Это противоречие особенно обнаруживается в денежном кризисе, случающемся, когда искусственная система взаимного погашения, следующих друг за другом платежей, даёт сбой, и долги все сразу предъявляются к оплате реальными деньгами. Потребительная стоимость товара теряет свою ценность. Ещё вчера буржуй, подсчитывая, сколько ему должны за поставленный товар, заявлял «Только товар – деньги», сегодня он же, требуя долги к оплате, вопит «Только деньги – товар». Как олень жаждет свежей воды, так буржуйская душа жаждет теперь денег – единственного богатства. («Хотя, казалось бы, бедняк без работы, потому что богач не даёт ему работу из-за недостатка денег, хоть, имеются те же мощности и те же самые руки для производства средств существования и одежды, какие имелись у них и раньше, а ведь именно это и составляет богатство наций, а отнюдь не деньги» ©Джон Белтерс) Форма проявления денег здесь безразлична, хоть золото, хоть банкноты.

При заданной скорости обращения денег, как средств обращения и платежа, необходимая наличная сумма равна сумме = подлежащих реализации, товарных цен + платежи, которым наступил срок – взаимно погашенные платежи – сумма оборотов, в которых одни и те же деньги попеременно то средство обращения, то средство платежа. (Крестьянин продаёт свой хлеб за 2 ф.ст. (средство обращения), оплачивает долг этими же 2 ф.ст. (средство платежа) ткачу за, поставленный ранее, холст. Ткач покупает Библию за эти же 2 ф.ст. (средство обращения) и т.д.) Поэтому масса денег, обращающихся в течение определённого периода (дня), более не совпадает с массой обращающихся товаров. Обращаются деньги за товары, давно уже извлечённые из процесса Т – Д – Т, а товары обращаются взамен денежного эквивалента, который появится только потом.

К тому же, ежедневно заключаемые и погашаемые платёжные обязательства несоизмеримы. Совокупность продаж в долг в течение одного дня не повлияет на количество денег, обращающихся именно в этот день. В более продолжительный период долговые обязательства, выданные ранее в различные дни, могут совпадать по срокам платежа и быть предъявлены к оплате одновременно – годовые налоги, уплата аренды, сезонные выплаты могут наступить в один срок, что, несомненно, вызовет изъятие значительной массы наличности из обращения.

Долговые обязательства начинают обращаться, перенося долговые требования с одного лица на другое. В качестве средства платежа деньги получают собственные формы существования в сфере крупных торговых сделок, а реальная монета оттесняется в розничную торговлю. Деньги становятся всеобщим товаром договорных обязательств.

В каждой стране установлены известные общие сроки платежей, регулирующие также платежи, не связанные с товарным обращением (налоги, ренты и пр.). Из закона скорости обращения средств платежа вытекает, что масса средств, необходимых для всех периодических платежей находится в обратной зависимости к продолжительности платёжных периодов.

Развитие денег, как средств платежа, вызывает необходимость накоплять деньги к сроку уплаты. С ростом буржуазного общества собирание сокровищ, как самостоятельная форма обогащения, перерастает в форму накопления резервного фонда средств платежа.

c) Мировые деньги

За пределами внутренней сферы обращения деньги теряют свои локальные формы (масштаба цен, монеты, разменной монеты, банкнот), и опять выступают в натуральной форме слитков драгметаллов. На мировом рынке товарам противостоит образ их стоимости в виде натурального золота, которое есть непосредственная форма воплощения универсального абстрактного человеческого труда. Мировые деньги (золото) предстают здесь, как товар для обмена.

Мировые деньги функционируют, как всеобщее средство платежа, всеобщее покупательное средство и абсолютная общественная материализация богатства общества вообще. Функция средства платежа для расчётов по международным балансам преобладает. Золото служит международным покупательным средством, когда внезапно нарушается обычное равновесие обмена веществ между различными нациями. Где дело идёт не о купле или платеже, а о перенесении богатства одной страны в другую, золото выступает абсолютной общественной материализацией богатства, когда его нельзя вывезти в товарной форме (займы на ведение войн или займы банкам страны).

И для внутреннего, и для мирового обращения каждая страна нуждается в резервном фонде (сокровище). Для мирового рынка всегда требуется действительный денежный товар – натуральное золото.

Золотой поток, отправляясь от своих источников, разливается по всему мировому рынку, перехватывается в различной степени сферами национального обращения (входит в их внутренние каналы обращения), замещает сношенные монеты, доставляет материал для предметов роскоши и застывает в сокровищах. Это совершается прямым обменом национального труда, реализованного в товарах, на реализованный в благородных металлах труд золотодобывающих стран. С другой стороны драгметаллы перемещаются между сферами обращения различных наций, следуя за колебаниями вексельного курса.

Развитые буржуазные страны ограничивают сокровища, сконцентрированные в банках, необходимым минимумом для специфических функций денег. Чрезмерное накопление сокровищ свидетельствует о застое товарного обращения – приостановка течения товарных метаморфозов.