1 Чистович л. А. Речь, артикуляция и: восприятие. Лм 1965, с. 8. 12

4шриментальво \обоснованных положений об особенностях процесса восприятия речи человеком, достаточных для построения действующей модели, пока нет ни у лингви­стов, ни у физиологов, ни у психологов, ни у акустиков. В настоящее время существуют лишь пробы машинного распознавания речи 'с ограниченным словарем, произне­сенные голосом определенного диктора, усвоившим опре­деленную дикцию. Эти факты лишь подтверждают слож­ность проблемы, которая, обнаруживается при сопостав­лении письменной и устной речи.

Изучая язык и речь, мы на каждом шагу встречаемся, с одной строны, с противоречивыми положениями и, с , другой стороны, с комплементарносгью этих положении, т. е. с взаимозаменимостью и семиотической тождествен­ностью их в паре. Письменная речь определяется прост­ранством, а устная — временем. Эта их сенсорная проти­воречивость отображается на речевых единицах как се­миотических сигналах. Пространство статично, Призна­ки, по которым опознаются вещи в определенном ракур­се, постоянны, так же как и пространственные формы вещи. Сами вещи не являются знаками, но могут стать объектами семиозиса. Звуки речи динамичны и реализу­ются во времени. Они изменяются в зависимости от функции языковых единиц. Они различны по форме и длительности, вступая в разное окружение. И вместе с тем они как составная часть определенного слова са- мотождественны. Вот почему изменяющиеся речевые зву­ки могут быть заменены на неизменные буквы. В этом и проявляется их комплементарность — в семиотическом аспекте фонема тождественна букве. Однако звуковая динамика фонемы при выполнении своей знаковой функ­ции предъявляет строгие и тонкие требования к способу реализации. Выход звуковой динамической единицы за нормированный порог различения или требует специ­альной интерпретации со стороны партнера, илй грозит нарушению в той или в другой степени коммуникации как помеха. ,

Комплементарность обнаруживается также и в том, что без устной речи не могла бы появиться речь пись­менная, а без письменной устная не могла бы совершен­ствовать коммуникацию, так как не хватило бы памяти для сохранения найденной человечеством информации, которую надо фиксировать письменно и все время со­хранять. Все сказанное, конечно, отражается на процес­сах восприятия речи. Как видно, поток звуков и строч­ки записанных слов — явления чрезвычайно различные. Вот почему дисплей уже работает, а /устный разговор с. машиной ждет более точной теории ^зыка и речи.

Эти беглые замечания о речи уртной й письменной имели цель показать, что процессы восприятия, понимания и речевой памяти действительно изучены очень мало, и что мы нередко проходим мимо очевидных и общеизвест­ных фактов, не придавая им Существенного значения. Если продолжить начатую те^, можно заметить триви­альные и вместе с тем фундаментальные явления.

Устная речь реализуется в слогах, так как это спе­циальное двигательное устройство человека, мозговое уп­равление которым начинает налаживаться раньше, чем возникает звук на губах. Слоговые движения появляются даже у детей, глухих от рождения. Между тем обезьяны, голосовой аппарат которых очень похож на человеческий, могут кричать, но не способны к слогоделению и слогосли** янию. Как ни странно, ваяарейки могут достаточно разборчиво произнести несколько слов, вполне понятных , для человеческого слуха (автор слышал подобную запись на пластиике). А белые маленькие попугайчики могут даже сочинять слогослова как ласкательные эмоциональ­ные реакции. Эту проблему мы будем рассматривать осо­бо в дальнейшем.

Системное и осмысленное употребление слогов доступ­но только человеку. Устная речь без слогообразования невозможна. В письменной речи слоги не представлены, потому что они произносимы, £0 не изобразжмы. Никакие черточки по ходу букв не могут отразить выразительные слоговые слияния и переходы, да это и не нужно, так как при громком чтении слоги возникнут автоматически и будут подчиняться сложившимся в детстве стереотипам и корковому управлению соответственно интерпретации читаемого текста. При чтения про себя во внутренней речи слогообразование может или помогать пониманию сложного текста при необходимости перечитать написан­ное или просто тормозить чтение сравнительно легкого текста. Но это особая проблема, которая здесь не может быть разъяснена.

Главный вывод, который вытекает из сказанного, со- стоит в том, что в речевой динамике мы встречаемся с тремя видами знаковых едидощ: дискретные еди­ницы (буквы), непрерывные единицы (фонемы в

А

\

1 ш

\

\

слогах) и смешанные единицы. Это три вида перехода единиц из языкЬ в динамику речи- Их можно назвать кодами—1) дискретный, 2) непрерывный, или икони- ческий, и 3) смешанный. Эти коды определяются уст­ройством человека. Интеллект получает информацию об окружающем через Анализаторы. Но если бы этим и ог­раничился ее объем, такое существо могло бы. адапти­роваться к действительности, во не изменять ее соответ­ственно законам природы⁴ и своим замыслам. Необходима такая специальная обработка поступающей инфор­мации, которая не просто соответствовала бы сенсорно­му внешнему виду воспринимаемых вещей, но и познавала бы их связи и закономерности становления. Это зна­чит, что вдщзд&ъод <5ы обнаружены невидимые, но реально действующие предметные связи и отношения, управление которыми могЯо бы реализоваться в действи­ях людей по оптимальному переустройству вещей.

Такая работа соответствует функциям интеллекта лишь при условии преобразования поступающей инфор­мации и обеспечения внутренней обработки и выводов необходимой цепью обратных связей. Преобразование, поступающей информации необходимо для того., чтобы не­видимые и вообще сенсорно изменчивые компоненты ин­формации были отмечены как неизменные. А для того, чтобы найти такие компоненты, необходимо установить их функции по обратной связи. Преобразование поступив­шего сенсорного сигнала в неизменный равносильно рас­смотрению его как знака, а изменение этого знака — как значение функции, которую он выполняет в заданных ус­ловиях. Так, в слове город изменение звонкого д в глу­хое т имеет значение «конец слова», а изменения флек­сий — «грамматические изменения падежей», и т. п. Об­ратная связь .состоит в том, что определенный знак, по­падая в заданные условия, изменяется и приобретает новое значение. Иначе говоря, знак остается тем: же, но его грамматическое значение изменяется, тем самым ве­рифицируется его тождественность и устойчивая знако- вость, Существенно подчеркнуть, что при повторении операции результаты не могут выходить за границы ре­левантности.

Знаковые перестройки в разных единицах языка обра- . эуют парадигматику, которая предполагает наличие неко­торого количества слов как материал для системной структурализациа. Парадигматика накладывается на син

~тагматику и как бы скользит по вей, образуя динамичес­кую знаковую систему. Слова, на которое накладывает­ся парадигматика, являются квазисловаыи* т. е. формаль­ными образованиями типа примера Л/В. Щербы «Глокая куздра*. Образовавшаяся структура,обладает фундамен­тальным свойством — она является/универсальным предметным кодом. Это значат, что в работе этого динамического механизма в любом человеческом языке происходит семиотическое преобразование сенсорных сиг­налов в предметную структуру, т. е. денотативное отраже­ние действительности, формальное единство этого меха­низма обеспечивает потенциальную возможность взаи­мопонимания партнеров и свидетельствует о наслед­ственных особенностях человеческого мозга. Усвоение лексики национального языка обеспечивает возможность глубокого взаимопонимания. Конечно, национальные языки могут различаться не только в лексике, но и в парадигматике и в синтагматике. Однако в данном слу­чае имеется в виду формальная структура механизма,, когда одно и то же предметное отношение может озна­чаться любыми разными способами и сохранять значе­ние. Именно предметность кода обеспечивает взаимопо­нимание и переводим ость языков человека.

То, что мы назвали универсальным предметным кодом (УПК), обычно называется иерархией языковых единиц. Это связано с тем, что семиотическое преобразование должно произойти в каждом компоненте сложного дина­мического кода. Если это так, то может возникнуть серьезное затруднение при объяснении всего механизма приема речи. Для всех заметно, что речь принимается по ходу поступления речевых единиц, б скорость их смены происходит в интервале 0,1—0,2 сек. Такая ско­рость» пишет крупный физиолог П. Милнер, «ввода ин­формации при нормальной речи очень высока, горазда выше, чем скорость, с которой нервная система может в обычных условиях обрабатывать последовательно по­ступающие сигналы»⁸. А. Либерман и его сотрудники старались решить эту задачу, указывая на то, что при приеме речи происходит параллельная передача по не­скольким нервным каналам, чем и достигается скорост­ная обработка информации. Однако эти и другие по­пытки решить возникший вопрос были недостаточно убе»