Литература:

Алешина Ю. Е., Волович А. С. Проблемы усвоения ролей мужчины и женщины // Вопросы психологии. 1989. N 5. Берн Ш. Гендерная психология. СПб., 2001. Жеребкина И. "Прочти мое желание…". М., 2000. Клецина И. С. Гендерная социализация. Учебное пособие. СПб, 1998. Кон И. С. Половые различия и дифференциация социальных ролей // Соотношение биологического и социального. М., 1975. Лунин И. И., Старовойтова Г. В. Исследование родительских полоролевых установок в разных этнокультурных средах // Этнические стереотипы мужского и женского поведения. СПб., 1997. Ментальность россиян (Специфика сознания больших групп населения России) / Под ред. И. Г. Дубова. М., 1997. Нечаева Н. А. Идеал женщины в структуре гендерных картин мира. Гендерные тетради. Выпуск второй: Спб. филиал Института социологии РАН. СПб., 1999. С. 5-19. Радина Н. К. К проблеме использования гендерного анализа в психологических исследованиях // Вопросы психологии. 1999. N 2. С. 22-28. Уэст К., Зиммерман Д.. Создание гендера. Гендерные тетради. Выпуск первый: СПб. филиал Института социологии РАН. СПб., 1997. С. 94-124.

Женская литература - 1). Это, по сути, то, что создано в литературе женщинами. Но постоянно идет то затихающая, то вновь вспыхивающая полемика о женском творчестве, то есть о способности женщин наравне с мужчинами создавать духовный продукт высокого эстетического качества. Тема, касающаяся женского творчества, вызывает острые дискуссии - от полного отрицания до безоговорочного признания этого культурного феномена. Одним из главных аргументов противников использования данного понятия является утверждение, что наличествует лишь хорошая и плохая литература, которая не делится по признаку пола и не бывает ни мужской, ни женской. На самом деле это сложный и неоднозначно решаемый вопрос. Начать хотя бы с того, что в сложившейся культуре слова женское, мужское не только подчеркивают биологические различия, но и являют оценочные категории, которые формируются социумом, закрепляются при посредстве языка в сознании и общественном, и отдельной личности. При этом слово женское приобретает коннотацию "вторичного", "худшего", "производного от чего-то", чему и приписывается некая первичность. Пренебрежительное отношение к женщине, соответственно, принижает и сферы женской деятельности. Нормой, точкой отсчета в этом случае всегда является мужское перо, мужской взгляд. Превалирует маскулинистская установка, и словосочетание женская литература воспринимается негативно, чаще уничижительно или как иронический ярлык. Писательницу, поэтессу рассматривают лишь как одного из "солдат" армии литераторов, и рекомендуется использовать слова мужского рода - писатель, поэт, художник. В литературной критике России найдется достаточно подобного рода оценок творчества женщин: "У Дмитриевой суровое, "мужское" перо…" (Ласунский. С. 6); "Светлана Василенко - серьезный писатель, который владеет словом, … жестким, мужским стилем…" (Приставкин. С. 18). Примеры можно множить, но важнее выделить общее в этих высказываниях, а именно, что женщина-автор может быть замечена, выделена и даже похвалена, но лишь как способный писатель с мужским стилем.

Романы, созданные женщинами, написаны по-разному, поднимают различные темы, представляют различные сюжеты. Нельзя во всех случаях говорить о мелкости и узости тем, примитивности фабулы, о жеманстве, сентиментальности произведений только потому, что они созданы женщинами. Но, по всей видимости, "мужской ум не сомневается в своем исчерпывающем проникновении в женскую психологию…" (Шапир; цит. по "Степная барышня", с. 20).

Проблема женской литературы не может быть решена в сугубо литературоведческих рамках. Деконструкция понятия женское может осуществиться только в общекультурном контексте, и понятие женская литература / творчество должно быть актуализировано не для того, чтобы наделить его некими уникальными качествами, а чтобы, поддерживая дискурс, поднять статус женщины (писательницы, художницы, драматурга, поэтессы) в общественном сознании и продолжить тенденцию равенства полов. Во все времена право женщины на место в искусстве, ее художественная дееспособность обсуждались и рассматривались с разных позиций и точек зрения. Но в литературной критике преобладает взгляд, согласно которому "мужчина подобен небосклону, горизонту, верховной власти, которая одновременно и определяет и содержит в себе статус женщины" (Барт. С. 65-66). Выяснение роли полов в развитии культуры, их символического и семиотического выражения в философии, истории, языке, литературе, искусстве позволяет отразить новые аспекты развития социума, глубже проникать в суть происходящих процессов. Новое прочтение (интерпретация, толкование) текстов дает возможность отойти от традиционных и литературоведческих, и социально-политических трактовок, проанализировать произведения с точки зрения представлений о понятиях женственное и мужественное, которые являются конструктами культуры и подвергаются постоянной эволюции в исторической перспективе. Гендерное "измерение" часто дает возможность по-иному взглянуть на хорошо известные факты или произведения, интерпретировать их с учетом гендерной дифференциации (см. Гендер), деконструировать казалось бы незыблемые понятия, выявлять субтексты, отражающие символы женского опыта.

Медленно, но верно в российской научной среде утверждаются гендерные исследования (см. Гендер), а вот гендерное просвещение общества едва продвигается, хотя и здесь есть некоторые изменения. К примеру, - книги серии "Женский почерк", выпускаемой издательством "Вагриус" с 1999 года. В серии вышли книги Л. Петрушевской, Л. Улицкой, В. Токаревой, Н. Садур, С. Василенко, И. Муравьевой, О. Новиковой, Н. Медведевой, Н. Горлановой и других. Произведения этих писательниц демонстрируют широкий спектр совершенно разных стилей, манер, сюжетов. Значит, женская проза - большой раздел литературы, и необходимо иметь в виду, что любовные истории далеко не всегда являются центральной темой этих произведений, в отличие от произведений такого жанра, например, как дамский роман.

Слабым местом современной литературной критики является незнание и нежелание освоить базисные понятия гендерных исследований. Следствием неразработанности терминологии является то, что люди, находящиеся внутри литературоведческого дискурса, позволяют себе выносить суждения, звучащие иногда просто смешно, даже каламбурно: рассказы молодой писательницы "посвящены женщинам. Но это вовсе не "женская проза", поскольку она в меру сентиментальная, но в ее основе - реальная жизнь…" (Приставкин. Текст на обложке). Рассматривая недостатки или достоинства женских текстов, критики всегда, сознательно или бессознательно, сравнивают их с мужскими. Точно подмечено, что, отказывая в признании литературе женской, подразумевают, что "мужская литература - это литература, а женская - резервация" (Арбатова. С. 27).

Не только количественное увеличение "женского словесного массива" в литературе, но и осмысление этого явления критикой помогут преодолеть традиционалистские и фундаменталистские взгляды, дадут возможность внести иные знаково-символические элементы в современную языковую систему и выйти за рамки патриархатного (см. Патриархат) мышления, во многом определяемого господствующей маскулинистской культурой.

Women's literature (англ.)