2. Аудирование

Язык животных

Мы получаем информацию, наблюдая явления природы. Но сама природа не ведет с нами беседы, не разговаривает с людьми. А животные? Разговаривают ли животные? И если да, то чем отли­чается их «язык» от языка людей? Что в них общего?

Первобытный человек одушевлял всю природу: имели душу, чувствовали и говорили не только животные, растения, но и силы природы. В сказках, которые своеобразно отображают мышление человека, и солнце, и ветер, и любой цветок или мышонок могли стать действующими лицами и собеседниками человека.

Позже, в Средневековье, взгляды радикально изменились, и только за человеком оставлялось право быть «сосудом разума», владельцем языка и речи.

Сегодня работами многих ученых неопровержимо доказано, что у животных также есть язык, правда, очень примитивный и про­стой по сравнению с человеческим. Они пользуются специальными знаками — звуками, мимикой, телодвижениями — для передачи того или иного сообщения. Вспомните, например, сколь вырази­тельно «говорит» собака с помощью своего хвоста! Знаками пользу­ются куры и дельфины, обезьяны и кошки, пчелы и слоны, тетере­ва и муравьи. Существует сложная система «танца» пчел, «язык» движений у самцов и самок тетеревов, 17 знаков насчитывают у па­вианов и около трех десятков — у человекообразных обезьян.

Для животных «знаки» могут обозначать состояние радости, ис­пуга, голода, призыва. Многие из них вполне возможно перевести на язык людей даже не одним словом (например, междометием), а целой фразой. Но фраз животные не произносят: «знак», «крик», «фраза» для них одно и то же.

Знаки животных зачастую не образуют строгой системы, они не связаны друг с другом (например, у кошки — мяуканье и мурлыка­нье). Но у многих видов животных эти разрозненные знаки могут объединиться в систему и даже соединиться друг с другом. Напри­мер, у кур общий знак «тревога» расщепляется на четыре знака тревоги: «опасность близко», «опасность вдалеке», «опасность-человек» и «опасность-коршун». Всего в языке кур около 10 эле­ментарных знаков: сочетаясь друг с другом, они образуют около двух десятков «составных знаков» (вроде знака «категорический приказ», состоящего из двух повторенных подряд знаков призыва).

Еще большими лингвистическими способностями обладают во­роны. Многолетние исследования американских ученых показа­ли, что у ворон существуют различные языки: городские вороны не понимают сельских, вороны, живущие в штате Коннектикут, не могут общаться с воронами Калифорнии. Однако существуют «вороны-бродяги», кочующие из города в сельскую местность, из одного штата в другой. У этих бродячих ворон есть свой, особый язык. Но, кроме того, они знают языки других ворон, городских и сельских, и могут «разговаривать» (разумеется, по-вороньи) с ними. Полиглотами, оказывается, могут быть не только люди!

В чем же отличие языка животных от языка людей? Отличия, безусловно, есть.

Знаки животных конкретны. Они как бы «привязаны» к собы­тию, к ситуации. Петух не может рассказать курице о том, что было вчера, или о том, что будет завтра; не сможет этого сделать и «сло­воохотливый» по сравнению с остальными животными шимпанзе. Знак существует только в данное время, в конкретной ситуации, приобретает значение теперь, сейчас. Не являются исключением и домашние попугаи, потому что они могут научиться повторять слова чужого (человеческого) языка.

Только у человека знаки отрываются от ситуации, только чело­век может говорить о событиях будущих, прошлых, воображаемых, нереальных. Ворона-полиглот, сколькими бы вороньими языками она не владела, не сможет рассказать своим детям сказку, быль, не­былицу. Человек может сказать: «Я поймал ворону»; может он ска­зать: «Ворона поймала человека». Ворона же не сумеет сделать это­го, ибо ей не позволит ее конкретный тип «языка». Превращение языка в независимую систему знаков дало человеку колоссальные преимущества по сравнению с остальными животными.

Птица испускает крик, чтобы привлечь человека, который дает ей корм, но она не осознает свой крик как знак, ее не учили так кричать, этот крик дан ей природой. Животные не учатся звукам, которые они произносят, их язык не развивается, не меняется. Павианы, шимпанзе, куры, кошки «разговаривают» так же, как и сто, и тысячу лет назад. А человеческие языки? В них отмирают одни слова, появляются другие, развиваются новые значения ста­рых слов и др. Хоть и очень медленно, но постоянно в наших язы­ках происходят различные изменения.

Как видим, у животных есть свой, особый язык, но он суще­ственно отличается — и по функциям, и по строению — от языка людей, от словесного языка. Изучение языка животных — слож­ное и увлекательное дело, оно приближает нас к разгадкам многих тайн природы.

(582 слова) (По А. Кондратову)