Заключение

В предлагаемой вам работе была сделана попытка проанализировать религиозное мировоззрение Льва Толстого и схожесть этого мировоззрения с религией Бахаи. Принципы новой религии тесно переплетаются с творчеством писателя.

В основу своей философии Толстой положил Бога, сверхъестественное существо, евангелие Христа – высшую духовную ценность, направлющую ход общественной жизни.

Обращаясь к литературному творчеству писателя, мы находим последовательный реализм в отображении действительности, изумительной по своей выразительности, правдивости. Перед нами выступают события и люди во всей их сложночти и и противоречивости, эволюция социальных явлений и духовного мира, происходящих под влияним чисто земных причин. В его произведениях, таких как В чем моя вера?, Исследование по доктринальному богословию, Царю и его помощникам, Николай Палкин, Пора понять, Рабство нашего времени, Война и мир, Воскресение он подвергает самой решительной критике религию, частную собственность, самодержавие:

«Не переставая слыша и читая о самых ужасных, бесчеловечных зверствах, совершаемых властями, то есть людьми, которых народ привык почитать как лучших людей, - большинство средних, особенно молодых, занятых своими личными делами людей, невольно, вместо того чтобы понять то, что люди, совершающие гадкие дела, недостойны почтения, делают обратное рассуждение: если почитаемые всеми люди, рассуждают они, делают кажущиеся нам гадкими дела, то, вероятно, дела эти не так гадки, как нам кажется. А о казнях, повешениях, убийствах, бомбах пишут и говорят теперь, как прежде говорили о погоде»¹.

Толстой резко осуждает правительство, в то время как Бахаулла призывает быть законопослушными и не борясь насильственными методами, а сотрудничая с правительством, вместе работать над решением общечеловеческих проблем. Ошибки, совершенные Львом Толстым понятны. Он был всего лишь простым человеком, даже имея проницательным ум, Толстой не мог предвидеть многих вещей. Поэтому в его жизни и возникали противоречия. В то время как Бахауллы – личность Божественная, а его Писания предназначены для нас и следующих тысячь поколений в будущем. Если человечество прислушается к Его Голосу, несомненно сделает большой шаг вперед.

Толстой был совестью своего поколения, его старались не слушать, а цензура не позволяла простому человеку в полной мере ознакомиться с его произведениями. Реальность была для него словно клетка, которая по мере разрастания его могучих мыслей становилась для него все теснее и теснее. Все творчество Толстого посвящено исканию Бога, смысла жизни и поиска истинной религии, облачению фальша окружающего мира. Ярко показана реальность тех времен в Анне Карениной, Восресении, его боль и сочувствие простым людям выражены в трактатах Исповедь, Не могу молчать, Обращение к китайцу.

Все о чем писал Толстой тогда не потеряло даже сейчас свою актуальность. Человечество погрязло в материализме, с одной стороны, с другой – в религиозных суевериях. Спустя несколько десятков лет после смерти Толстого люди придумали атомную бомбу. А нацизм, а расизм, а глупый узкий патриотизм? Случай в Петербурге, произошедший несколько лет назад, отражает глубокую трагическую реальность наших времен. Несколько скинхедов, больших и могучих парней, убили двух девочек-цыганок 5 и 7 лет, выходивших из магазина, бедно одетых, грязных. Со словами «вы паразиты, портите нашу Россию» один из неонацистов поднял младшую девочку и со всей силой швырнул ее об стенку... затем другую.

Как прозорлив был Лев Толстой предсказывая полный провал «великой революции», основанной на терроризме и насилии. Это еще раз доказало, что человечество не изменить насильственным путем. Только словом. Не просто словом – а словом божественным, религией. Тем, что мы привыкли считать ложной и выдуманной. Но в своей действительности чистой и, на самом деле, истинной. В руках людей эгоистичных, невежественных, нравственно уродливых, религия предстала в таком искаженном образе, в котором большинство людей ее и воспринимает. Но истину можно увидеть и услышать глазами и ушами души, а не тела. Абдул-Баха пишет: “Когда явился Бахаулла, он объявил, что распространение учения насилием никоим образом не может быть дозволено, даже в целях самозащиты. Он отверг закон меча и отменил предписание о "Джихаде" (Священной Войне). Лучше вам быть убитыми,-сказал Он, - чем убивать других”². Бахаи – патриоты планеты, что соответствует главному принципу – Единство Человечества. Изучают Писания всех пророков, так как истина заложена в каждой религии.

Единство религий как теоретическая проблема – тема религиоведения с момента его появления, хотя бы как задача общего определения религии. Задача практического осуществления единства религиозного сознания в Европе была поставлена в эпоху Просвещения, в основном в рамках масонского движения. С середины Х1Х века в прозрениях Рамакришны и размышлениях Толстого проблема перешла на какой-то новый уровень, который предваряет эпоху глобализма стремлением найти единство при сохранении многообразия культур и самого религиозного опыта. В постановке проблемы Толстой предваряет и сторонников "нового религиозного сознания", и К.Уилбера, и Д.Андреева, а в радикальности решения – и экуменистов, стремящихся подвести под эгиду христианства все религиозное богатство мира, и различных ориенталистских миссионеров, так или иначе подчиняющих христианство своим представлениям о религии. К тому же для Толстого единая мировая религия это духовное, смысловое и ценностное ядро мировой цивилизации. Толстой вполне сознательно, как показывает текст "Пути жизни", ставит задачу единства всего человечества – любимое и часто употребляемое им слово. Мысль Толстого, повторимся, не останавливается на единой религии, но обращается к единству всех людей, приобретая размах поистине космический. Ее, по-видимому, можно было бы без особой натяжки отнести к русскому космизму, но речь не классификации философских течений, а о том мирочувствовании, которое можно охарактеризовать как предварение современного холизма, где комплементарно соединяются буддистско-даосские черты с христианскими, принципы научного подхода с религиозным, этические ценности с эстетическими и т.д. В этом плане Толстой – гений, сформировавший­ся на просторах Евразии, что обусловило его поистине мировую отзывчивость и масштабность, жертвенность и способность принять мир другой цивилизации как равноценный, способность практически сотрудничать с другими народами, не загоняя их в резервации и не унижая их самобытности. Выражение психологии приязни и идеи всеединства – сквозная тема для Толстого. Так человек, который, как многим казалось, совершал "восемьдесят тысяч верст вокруг себя", на самом деле совершал этот вояж, не покидая Ясной Поляны, все-таки вокруг всего нашего мира со всеми населяющими его народами. И итог этого путешествия – мысль об их духовном и жизненном единстве и завет "искать то, что объединяет людей, а не разъединяет их". Человечество, по мысли писателя, пережило период государственного устроения социальной жизни и вступило в эпоху всечеловеческого общежития; государство как институт исчерпало себя и должно отмереть, а с ним – войны и насилие. И те религии, которые поддерживают данный институт, не могут не вызывать брезгливости, как учреждения, изменившие своему духовному призванию и посвятившие себя прямо противоположным целям – духовному закабалению человека³. Необходимо меняеть образ мышления людей. Нужно освободить разум от цепей предрассудков прошлого и по-новому посмотреть на мир. До тех пор пока мы не поймем, что мы плывем на одной лодке, мы не придем к миру и согласию. Как сказал Бахаулла: «Земля это сад – а народы и культуры – это цветы в саду. Каждый цветок прекрасен по своему, имеет свои аромат, форму, цвет. Точно также с народами. Но роза ничуть не прекраснее ромашки. Уникальность каждого из них очевидна. Так почему же в мире растений существует большая гармония, чем в мире людей»⁴.

Толстому были интересны не какие-то отломы в виде Церквей и секты религий, а именно сам первоисточник. Бахаулла пишет, что первоисточники подобны совершенным зеркалам, отражающим сущность Бога в максимальной степени, доступной людскому восприятию.⁵

Если каждый прочитает хотя бы одно из произведений Толстого уже начнет задумываться. Но, к сожалению, больше встречаешь такие анекдотические случаи: «Приехала ко мне большая делегация. Начали они представлятся мне, - вспоминает Толстой, - выходит одна барыня. Так вот она подходит и говорит: «Многоуважаемый Лев Николаевич, позвольте принести вам благодарность за те бессмертные произведения, которыми вы порадовали русскую литературу...». Я уже вижу по ее глазам, что она ничего не читала моего. Я спрашиваю: «Что же вам особенно понравилось?» Молчит. Кто-то ей шепчет сзади: «Воина и мир», «Детство и отрочество»...Она краснеет, расстерянно бегает глазами, и, наконец, лепечет в совершенном смущении: «Ах да...Детство отрока...Военный мир...и другие...».⁶

Лев Толстой сумел найти, потому что искал: читал, думал, взвешивал и таким образом ему удалось из кучи прогнивших семян выбрать чистые и несгнившие. Земные условия и преграды, не дали Толстому возможность глубже и непосредственно самому заглянуть в источник, но он коснулся его и был потрясен чистотой и глубиной. Ему пришлось бороться, по крупицам собирать зерна правды и сеять их в собственных сочинениях, старательно орошая их целительными драгоценными каплями из этого чистого источника - родника. Плохое дерево не дает хороших плодов, а то, что ложно все равно быстро всплывает. Прошло всего 150 лет и религия Бахаи только только начинает цвести. К сожалению, писателю не удалось дожить до наших времен, когда почти каждый человек без особого труда сможет напоить свою душу чистой и свежей водой, вкусив сочный и свежий плод, выросшего из зерен истины, которые когда-то посадил он сам и Великие Учителя Человечества. Бахаулла пишет, что истина, которую мудрецы прошлого искали годами, подается нам в эти дни как на ладони. Стоит только протянуть руку к книгам, в том числе и книгам Бахаи.

Поразмысли о прошедшем. Сколь много людей

высокого и низкого звания во все времена

страстно ожидали пришествия Богоявлений,

предстающих в освященных личностях Избранников

Божиих. Сколь часто уповали они на Его приход,

сколь прилежно молились они, дабы повеяло

дуновение Божественной милости и обетованная Красота

выступила из-за скрывающей ее завесы

и явила Себя всему миру. Но всякий раз, когда

открывались врата милосердия, когда облака Божественного

благоволения изливались дождем на человечество

и свет Незримого вставал над окоемом небесной мощи,

все они отвергали Его и отвращались от лика Его — лика Самого Бога.

Дабы удостовериться в истинности сего, обратитесь к тому,

что засвидетельствовано во всякой Священной Книге.

Бахаулла