Философская религия шеллинга
Итак, рассмотрим философскую религию и ее место в позитивной философии, их связи и выясним целесообразность и возможность перехода к философской религии по Шеллингу.
В 1809 году, через шесть лет после отъезда Шеллинга и Каролины из Йены, она умирает. Смерть любимой жены становится для Шеллинга потрясением. И хотя через три года он вновь женится на Паулине Готтер и этот брак оказывается счастливым, творческое вдохновение покидает Шеллинга. За последние более чем сорок лет он не опубликовал ни одного значительного произведения. Более того, если ранее он скептически относился к религии, то после смерти Каролины Шеллинг становится глубоко верующим человеком и пытается разрабатывать позитивную философию, или философию откровения, в которой ставит откровение выше разума. Уже в "Системе трансцендентального идеализма" Шеллинг был склонен делать акцент на идеальной стороне мироздания. Недаром главным устремлением природного бытия оказывается у Шеллинга его устремление к самопознанию в формах духа и творчества, подобных искусству. В дальнейшем, именуя основу мира "субъект-объектом", "абсолютной субстанцией", "абсолютным тождеством", Шеллинг будет неуклонно сдвигаться в её трактовке от пантеизма к объектному идеализму. Но окончательный переход к идеализму мистического толка произошел в философии откровения позднего Шеллинга.
С переходом от негативной философии к позитивной, к необходимости познать не сущность, а существование, сущее, т.е. предельные основания бытия, связан интерес Шеллинга к мифологии. Таким основанием является Бог, поскольку он, ввиду двойственности своей природы, стремится преодолеть тёмное основание, присвоить себе свою природу через откровение и познание её. Таким образом, мир как существующий, бытие, есть божественное откровение, именно так его понимает положительная философия. Соответственно, в поле зрения попадает и мифология, поскольку настоящее может быть понято только из прошлого.
Мифология (как и всё существующее) рассматривается Шеллингом как религия, т.е. как действительное существование в Боге. Шеллинг пересматривает традиционное деление религии и предлагает новое: естественная религия (возникшая природным способом, т.е. мифология), откровенная и разумная. Таким образом, мифология укоренена в бытии, потому что она является необходимой ступенью откровения, действительным отношением человека к Богу (т.е. религией). Истинное деление религии теперь таково. Высшим составляющим является религия вообще, два ближайших элемента религии составляют: а) научная и b) ненаучная религия; к последней относятся два элемента ненаучной, т. е. не наукой порожденной, религии: а) естественная = мифология и b) сверхъестественная, или возникающая благодаря откровению.
Ввиду двойственной природы самого Бога, двойственно и откровение: в нём действуют, его конституируют две силы, две деятельности: бессознательная и сознательная. Первая носит необходимый и естественный (природный) характер, вторая свободна. Первая есть полагание природы Бога, откровение сокровенного, полагаемого как природа и развивающегося до сознания для возможности его преодоления (само сознание носит необходимый характер). Но для этого необходимо полагание природы Бога и в сознании. Мифология и есть этот теогонический процесс, т.е. бессознательное и необходимое полагание природы Бога в сознании. Поскольку этот процесс бессознателен, он не осознаётся самим сознанием как продукт его деятельности, принадлежащий ему . Поскольку этот продукт есть результат полагания природы Бога, он представляется сознанию как необходимый и не зависящий от него. Поскольку природа Бога полагается в сознании , продукт представляется как живое существо. Поскольку положенное есть результат деятельности , оно представляется в виде последовательности, истории живых существ. Поскольку полагается природа Бога , результат этого полагания воспринимается сознанием как история богов. Таким образом, необходимое полагание природы Бога происходит в форме последовательного политеизма и воспринимается как происходящее вне сознания. Более того, этот теогонический процесс определяет само бытие мира и человека.
Шеллинг хочет представить всю историю религиозного сознания в качестве божественного самооткровения. Откровение является истиной мифологии. Сначала он рассматривает мифологию языческую, предполагающую хаотичный религиозный опыт. Божественное являет себя через природное, потому и наблюдается многобожие – за счет разнообразия стихий и природных явлений. Такое откровение является как бы затемненным. Далее философ рассматривает религию откровения – иудаизм. Бог открывает себя евреям в качестве единственно сущего, а они соглашаются слушаться его. В христианстве также присутствует откровение, но тут уже Бог не только являет себя, но показывает своим земным воплощением возможность приблизиться к Богу, указывает, как это сделать. Своим воскресением, пересозданием себя он указывает на высшую форму творения – творение себя. Со всей ясностью истина мифологии раскрывается только в Христе и через него, и она раскрывается свободно.
Далее, если мы понимаем под откровением христианство просто как факт, противостоящий факту язычества, то остается место и для более высокой точки зрения, а именно для точки зрения разума, познающего как мифологию, так и откровение. И эта высшая точка зрения - положительная философия. Однако Шеллинг тщательно разъясняет, что он не имеет в виду рационалистическое истолкование религии извне. Он говорит о деятельности религиозного сознания, посредством которой оно познает себя изнутри. Таким образом, философия религии является для Шеллинга не только философией, но также и религией. Она предполагает христианство и не может существовать без него. Она возникает изнутри христианства, а не вне его. "Поэтому философская религия исторически опосредствована религией откровения"1. Но ее нельзя просто отождествлять с фактами христианской веры и жизни. Ведь она берет эти факты в качестве темы для свободного рефлексивного познания. Стало быть, в противоположность простому принятию изначального христианского откровения на основании авторитета, философская религия может быть названа "свободной" религией. "Свободная религия лишь опосредствована христианством, но она непосредственно не полагается им"2. Впрочем, это не означает, что философская религия отрицает откровение. Вера ищет понимания, но внутреннее понимание не устраняет понятого.
Что касаемо самого содержания религии, Шеллинг отвергает всякое насилие Бога над человеком: Бог не искушает, не посылает испытания, не призывает к отказам от удовольствий, жертвам и всяческим самоистязаниям. Бог свободен, потому и человек должен быть свободен, быть свободным творить.
Шеллинг вспоминает эпизод библии про потоп как символ наказания человечества Богом и заповедь «Не убий»: «Кто прольет человеческую кровь, того кровь тоже прольется. Ибо Бог создал человека по своему образу». Подобные противоречия он находит еще в нескольких эпизодах библии. Вообще, весь ветхий завет по Шеллингу близок еще к язычеству и удаляется вместе с ним: «…в основе религии Моисея, - пишет Шеллинг в «Философии откровения», - языческое начало содержится не в меньшей степени, чем в самом язычестве». Истинная религия начинается с Христа, где Бог являет себя свободно через откровение в религиозном опыте. Снимается всякая напряженность человеческого сознания. Здесь мы видим обоснованность отказа от жесткой догматики, как насилия над человеческим сознанием, которое должно быть свободно. Философ осуждает Реформацию за то, что она оставила без обсуждения спекулятивные догмы, унаследованные Церковью. «Христианство, которое мы до сих пор исповедовали в принятой догматике и практике исторической церкви, остается непонятым христианством, потому что главные его мифологемы - образы-понятия - оставались скрытыми от нашего сознания». (Жукоцкий). И это действительно так: подавляющее большинство даже верующих людей истолковывают каждый на свой лад праздники, таинства, придумывают свои приметы. Религия уподобляется язычеству, что есть показатель деградации (Христианство и Шеллинг его осуждают).
Идеал поистине общественной религии Шеллинг видит не в религии государственной, (Высокая Церковь, например), а в религии всего человечества, которое одновременно имеет в нем и высшую науку. Иначе говоря, она должна обладать статусом общекультурного явления, укорененного в жизненных обстоятельствах общественного бытия. А для этого само это бытие должно отвечать требованиям разума и рационального отношения к Богу. Это бытие должно стать по-настоящему человеческим бытием. Существование в современном мире нескольких крупных религий, во многом совпадающих, представляет сей процесс вполне возможным.
Далее, продолжает философ, высшая цель, конечно же, заключается в том, чтобы постигать Бога и «поклоняться ему в Духе», но для того чтобы это совершалось и «в истине, как того требует Христос, необходимо, чтобы тот, кого мы чтим, был действительным Богом», явленным в делах, действиях, а не каким-то «абстрактным идолом». На сегодняшний день атеисты сделали намного больше для построения Града Божьего, чем религиозные люди, - об этом говорил еще Соловьев. Однако, ничто им не мешает, кроме древнейших принципов церкви, исправить положение.
Каждый человек должен самостоятельно пережить свою причастность к божественному, но само учение должно быть единым для всех и каждый должен осознавать его актуальность и цель. А цель есть возвращение к Богу всего человечества и каждого человека, но не в абстрактном опять-таки смысле, а в действительном, реальном. В этом Шеллинг видит смысл нашей жизни, этот смысл, по мнению Шеллинга, должна нам нести религия, развивающаяся (а точнее возвращающаяся обратно) согласно историческому процессу. Всеобщее благосостояние всех и каждого без отказа от удовольствий и забот действительной жизни. Конечно, считать это полновесным смыслом жизни абсолютно каждого человека на Земле более чем утопично, как и надеяться на то, что каждый человек станет творческой личностью, но на разработку истинного смыла жизни ни Шеллинг, ни тем более моя скромная работа не претендует. Это задача религии, которая почему-то с ней не справляется.
Итак, подобно тому, как действительное существование язычества было вытеснено действительным статусом религии откровения, а затем религии христианства, нынешнее существование христианства может быть вытеснено лишь действительным статусом философской религии. Для этого необходимо два встречных движения. Во-первых, в сторону нового качества философии - позитивной философии, одной своей гранью остающейся в сфере мышления, а другой - решительно перешагивающей в идеальное пространство целостности культуры, где философия мифологии и сама народившаяся реальность новой мифологии уже неразличимы. Во-вторых, это действительное движение общественного бытия в сторону адекватных этой целостности культуры социальных и экономических форм. Только тогда, по Шеллингу, произойдет заветное и философская религия сможет вступить в свои права в полную силу.
Несмотря на всю утопичность взглядов Шеллинга, мне кажется, что данная модель религии вполне заслуживает внимания.