1.2. Основные этапы развития немецкой диалектологии

Основоположником научного изучения немецких диа­лектов по праву считается баварский исследователь Й. А. Шмеллер (Johann Andreas Schmeller, 1785— 1852 гг.). Опубликованная им в 1821 г. книга «Диалекты Баварии в грамматическом изложении» [112], в которой диалектные звуки и формы систематически сравнива­лись с явлениями древневерхненемецкого языка, предста­вляла собой первое описание современных диалектов на историко-лингвистической основе. Примечательно, что Й. А. Шмеллер не только последовательно разграничи­вал звуки и буквы (в отличие от Якоба Гримма), но и разработал собственную фонетическую транскрипцию, а также уделял внимание социальной дифференциации языка, произносительным особенностям разных соци­альных групп. Большое значение имел изданный в 1827—1837 гг. четырехтомный «Баварский словарь» Й. А. Шмеллера [113]. В отличие от бытовавших в XVIII в. идиотиконов, регистрировавших только осо­бенности местной лексики, отклоняющиеся от общеприз­нанной литературной нормы, в этом словаре был впер­вые выдвинут принцип полной фиксации всего богат­ства местного народного языка. Й. А. Шмеллер понимал необходимость учитывать географическое распростра­нение и социальную значимость слов. Представляя со­бой первую научную лексикографическую работу на диалектном материале, «Баварский словарь», словник которого был расположен по алфавиту согласного, явился во многом основополагающим для последовав­ших за ним областных диалектологических словарей, прежде всего для «Словаря эльзасских диалектов» Э. Мар­тина и Г. Лингарта, для «Кургессенского идиотикона» А. Ф. X. Вильмара, а также для «Швейцарского идиоти­кона».

Научное достижение немецких диалектологов XIX в., работавших в направлении, которое было указано Й. А. Шмеллером, заключалось в том, что ими на мате­риале многих отдельных диалектов была предпринята попытка установить закономерные соответствия между современными диалектами и более древними историче­скими ступенями немецкого языка, известными по пись­менным памятникам. Наиболее значительными из них являются работы К. Вейнгольда о силезском диалекте (1853 г.), А. Шлейхера о диалекте Зоннеберга (1858 г.), К. Регеля о говоре Рулы (1868 г.), К. Нергера о Мекленбургском диалекте (1869 г.).

Важной задачей диалектологии в рассматриваемый пе­риод была разработка классификации немецких диа­лектов. При этом, в особенности благодаря усилиям крупнейшего представителя школы Я. Гримма Карла Мюлленгофа, утвердилась концепция (так называемая «племенная гипотеза» — Stammeshypothese), согласно ко­торой территории распространения современных немец­ких диалектов и их границы отождествлялись с терри­ториями расселения древнегерманских племен. Новый этап в развитии немецкой диалектологии начался во второй половине 1870-х годов под влиянием идей младограмматиков, выдвинувших в качестве актуаль­ной научной задачи изучение современных народных диалектов. Благодаря развитию научной фонетики в этот период совершенствуется методика записи и изучения народных говоров, причем на передний план выдвига­ются фонетические проблемы, которые детально разра­батываются на основе теории Э. Зиверса. Предложенную Э. Зиверсом методику точного анализа произноситель­ных движений (так называемая «физиология звуков» — Lautphysiologie) впервые применил Й. Винтелер при описании родного для него керенцского говора кантона Гларус в центральной Швейцарии [123]. Отступая от характерной для Й. А. Шмеллера ориентированности на обширную диалектную территорию, Й. Винтелер обра­тился к исследованию одного местного говора. При этом в центре внимания (в соответствии с воззрениями младограмматиков) находился фонетический (физиолого-акустический) аспект речевой деятельности индивида. Работа Й. Винтелера, содержащая детальное описание фонетической системы и менее подробное грамматиче­ских особенностей отдельного диалекта, послужила образцам для большого числа монографических иссле­дований, которые были посвящены местным говорам, так называемых «местных грамматик» (Ortsgrammatiken) (ср. работы Ф. Хольтхаузена, А. Хойслера, А. Вагнера, Й. Шатца, П. Лессяка и мн. др.). Представляя собой аутофонические исследования, при которых автор вы­ступал в качестве собственного языкового информанта и описывал говор своей родины, эти грамматики создавали ценную базу для дальнейшей диалектологической рабо­ты. Эталоном для сопоставления или своеобразной «точкой отсчета», как правило, избирался средневерхненемецкий или древневерхненемецкий, поскольку привле­чение для сравнения современного немецкого литера­турного языка при фонетико-историческом рассмотрении имело мало смысла.

При всей своей ценности ни одна из этих работ не смог­ла осуществить программу многоаспектного исследова­ния диалектов (в духе лингвистических воззрений того времени), которую предложил в 1879 г, на съезде не­мецких филологов и деятелей просвещения Ф. Вегенер [119]. Будущие диалектные грамматики, по мнению Ф. Вегенера, должны не только учитывать особенности фонетики, ударения, интонации и морфологии, но и со­держать описание словообразования и синтаксиса ди­алектов, а также включать их стилистику и перечень слов с неясной этимологией.

1876 год означал вдвойне поворотный пункт в истории немецкой диалектологии: во-первых, благодаря работам Э. Зиверса и Й. Винтелера, а, во-вторых, потому, что этим годом датируется зарождение немецкого нацио­нального диалектологического атласа, в процессе работы над которым сформировалось третье направление немец­кой диалектологии — лингвистическая география или диалектография (Dialektgeographie). Диалектография изучает территориальное распространение диалектных признаков и их границы, используя, подобно географии, в качестве инструмента исследования карты и атласы. Основателем немецкого диалектологического атласа (пер­воначальное название „Sprachatlas des deutschen Reiches“ — «Лингвистический атлас Германской империи», с 1926 г. печатался отдельными выпусками под изменённым наз­ванием „Deutscher Sprachatlas“ — «Немецкий лингвисти­ческий атлас» [66]) был дюссельдорфский учитель, впо­следствии библиотекарь в Марбурге Георг Венкер (Georg Wenker, 1852—1911 гг.), собравший методом ан­кетного опроса учителей народных школ богатый диа­лектографический материал, который охватывал всю языковую территорию тогдашней Германии. В 1887 г. немецкий атлас получил статус государственного науч­ного учреждения, находящегося в ведении Берлинской Академии наук.

Г. Венкеру, пользовавшемуся при подготовке атласа косвенным методом сбора материала, принадлежит за­слуга разработки первой диалектологической анкеты для носителей немецких диалектов. Эта анкета в своем окончательном варианте состояла из 40 предложений различного объема на литературном немецком языке, которые были ориентированы на выявление наиболее важных фонетических и грамматических особенностей местных диалектов, первоначально в рейнском регионе, напр.: 1-ое предложение Im Winter fliegen die trockenen Blätter in der Luft herum; 40-ое предложение Ich bin mit den Leuten da hinten über die Wiese ins Korn gefahren. Каждое из 339 слов, входящих в эти предложе­ния, было подобрано таким образом, что могло иллю­стрировать определенное звуковое или грамматическое явление либо группу явлений (например, наличие или отсутствие второго верхненемецкого передвижения, рас­пределение дифтонгов и монофтонгов, форма окончания и др.). Анкеты рассылались школьным учителям, ко­торым было предложено перевести содержащиеся в них предложения на местный диалект самостоятельно или с помощью информанта — местного уроженца. Для за­писи ответов применялась обычная орфография литера­турного немецкого языка, при посредстве которой школь­ные учителя пытались зафиксировать фонетические осо­бенности диалекта своей местности. Сопоставление от­ветов, присланных из разных местностей, должно было обнаружить диалектную дифференциацию в сфере фо­нетики и морфологии. Попутно, но лишь спорадически и иногда даже случайно (в силу исходной фонетико-морфологической направленности анкеты) результаты опроса отражали лексическую дифференциацию по ди­алектам. Разработанная Г. Венкером анкета для кос­венного опроса информантов вошла в историю немец­кой диалектологии под именем «предложений Венкера» (Wenker-Sätze). В дальнейшем она неоднократно исполь­зовалась диалектологами как при косвенном, так и при прямом методах опроса информантов или служила образцом и основой для составления подобных ей диалек­тологических анкет.

Опыт практической работы по картографированию ди­алектных явлений обобщил помощник и преемник Г. Венкера в качестве директора атласа и созданного на его основе в Марбурге Диалектологического института (Zentralstelle für deutsche Mundartforschung) Фердинанд Вредэ (Ferdinand Wrede, 1863—1934 гг.). Видный теоретик немецкой лингвогеографии Ф. Вредэ

19

развил целостную научную теорию, оказавшую плодо­творное влияние на дальнейшее развитие немецкой ди­алектологии и истории языка, и стал общепризнанным главой Марбургской школы диалектографии, из которой вышла целая плеяда известных ученых.

Работа над атласом способствовала преодолению узости и односторонности индивидуально-лингвистического на­правления, которая проявлялась в том, что местный говор, как правило, небольшого населенного пункта изучался изолированно. Она привлекала внимание ди­алектологов к общим особенностям языкового развития более обширных территорий и всей Германии в целом. Взору исследователей открывалась широкая историко­географическая перспектива, которая получала все бо­лее четкие очертания по мере интерпретации материалов атласа в свете показаний исторической карты. Согласно образному выражению Ф. Вредэ в новом направлении немецкой диалектологии «Мускулы языка и небная за­навеска уступили ведущее место историческому атла­су» [5, 30].

Одним из важнейших достижений современной немецкой диалектографии является то, что ей удалось раскрыть динамику развертывания языка в пространстве, «язы­ковые движения» (Sprachbewegungen), выявить и описать различные виды взаимодействия диалектов, проследить территориальное продвижение отдельных слов и сло­воформ [50, 123].

Дифференцированное картографирование диалектных яв­лений обнаружило несостоятельность старых, следующих принципу «родословного древа», воззрений на диалект как на замкнутую систему признаков с четко очерченны­ми границами. Подвергая эту трактовку критическому пересмотру, немецкие лингвогеографы развивают учение о «языковых ландшафтах» (Sprachlandschaften), признаки которых совпадают по своим границам лишь частично и нередко имеют различное происхождение.

Усилиями диалектографов было разрушено традицион­ное (ведущее свое начало от школы Я. Гримма) стати­ческое представление о немецких диалектах как пря­мом продолжении племенных наречий древних герман­цев. Г. Фишер весьма метко охарактеризовал Г. Венкера как «пробудителя от «догматической спячки» пле­менной теории» [20, 90].

Против отождествления современных диалектных границ с племенными уже в 1881—1882 гг. выступал Ф. Эн­гельс в своей (в то время неопубликованной) работе «Франкский диалект», представляющей собой классиче­ский образец историко-материалистического подхода к анализу диалектного материала [1].

Основываясь на материалах атласа, Ф. Вредэ, одновре­менно со швабскими диалектологами, сторонниками «прямого метода» К. Боненбергом и К. Хаагом, пришел к выводу, что большинство диалектных границ совпадает с территориально-политическими границами позднего средневековья или начала нового времени [5, 29]. Каж­дый «языковый ландшафт» имеет «ядро», которое соот­носится с крупной феодальной территорией и обрамлено переходной зоной или «зоной вибраций», территориально соответствующей окружающим мелким владениям.

Эта точка зрения нашла подтверждение в ряде специаль­ных исследований, которые были опубликованы в серии монографий «Немецкая диалектография» („Deutsche Dia­lektgeographie“), основанной Ф. Вредэ в 1908 г. и на­считывающей в настоящее время 80 томов [64]. Особая ценность исследований названной серии заключалась в том, что в них Ф. Вредэ и его ученики перешли от косвенного метода сбора диалектного материала (сто­ронником которого был Г. Венкер, а первоначально и Ф. Вредэ) к комбинированному, сочетающему анкети­рование с полевыми записями на местах.

Наблюдения немецких диалектографов, имеющие соци­ально-историческое обоснование, знаменовали поворот от индивидуально-лингвистического рассмотрения ди­алектов к историческому, социально-лингвистическому. Новая социально-историческая направленность диалек­тологических исследований нашла особенно яркое вы­ражение в трудах виднейшего представителя историче­ской диалектографии Теодора Фрингса (Theodor Frings, 1886—1968 гг.). Как ученик Ф. Вредэ Т. Фрингс вос­принял лучшие традиции Марбургской школы диалек­тографии. Вместе с тем, ему были хорошо знакомы на­учные достижения направления, основывавшегося на фонетической теории другого его учителя — Э. Зиверса. Плодотворное влияние на Т. Фрингса оказало изучение методического опыта французских и немецких романи­стов — лингвогеографов, в особенности Ж. Жильерона и его школы.

Будучи уроженцем г. Дюлькена на Нижнем Рейне, Т. Фрингс обратился вначале к исследованию говоров Рейнской области. Результаты этого исследования отра­жены в ряде специальных работ, опубликованных в се­рии «Немецкая диалектография», а также в обобщающем очерке по географии и истории рейнских диалектов [73]. Блестяще интерпретируя карты диалектологического атласа и основываясь на собственных полевых записях, выполненных по прямому методу (сторонниками этой комбинированной методики после основополагающей работы И. Рамиша стало большинство учеников Ф. Вредэ, изучавших диалекты Рейнской области), Т. Фрингс вос­создал широкую картину языковых движений в Рейн­ской области, раскрыл происхождение современных диа­лектных границ и языковых ландшафтов, сложившихся в рамках феодальных территорий. Основные положения названного очерка получили дальнейшее развитие в коллективном труде «Культурные течения и культурные провинции в Рейнской области. История, язык, этно­графия», представлявшем собой результат совместной работы историка Г. Обэна, лингвогеографа Т. Фрингса и фольклориста-краеведа Й. Мюллера [49].

Труды Т. Фрингса послужили стимулом к появлению в 20-х и 30-х годах XX в. серии обобщающих диалек­тографических очерков, в которых «языковые течения» и «языковые ландшафты» преимущественно западной Германии рассматривались в связи с историей полити­ческих территорий, влиянием культурных центров, тор­говых путей и т. п. (см. работы Ф. Маурера, А. Баха, Э. Кристманна, В. Билля и др.).

Получив в 1927 г. назначение в Лейпцигский универ­ситет в качестве преемника своего учителя Э. Зиверса, Т. Фрингс продолжал диалектологические изыскания на востоке средненемецкой языковой территории, где он столкнулся с языковым ландшафтом, принципиально отличавшимся от языковых ландшафтов Рейнской обла­сти. Восточносредненемецкие диалекты Верхней Саксо­нии и прилегающих областей сложились в XII—XIV вв. на землях, первоначально населенных славянскими на­родностями, и носили колониальный, смешанный харак­тер.

Занимаясь исторической диалектографией этих областей, Т. Фрингс пришел к выводу, что решающим фактором в развитии восточносредненемецких диалектов являются не феодальные территории (как на западе Германии), а переселение, колонизационные потоки (Siedlungsbahnen), связывающие эти области с различными частями первоначальной западнонемецкой родины колонистов, и постепенное смешение их исконных говоров. На базе смешанных восточносредненемецких диалектов разви­вается, согласно теории Т. Фрингса, немецкий нацио­нальный литературный язык.

Изучая процессы колониального смешения диалектов, Т. Фрингс совершенствует свою исследовательскую ме­тодику, и делает новые научные открытия, которые име­ли важное значение не только для немецкой диалектоло­гии, но и для истории немецкого языка. Он становится основателем Лейпцигской школы немецкой диалекто­графии, представители которой выполнили ряд специ­альных исследований по восточносредненемецким диа­лектам, составивших особую серию „Mitteldeutsche Stu­dien“, начиная с 1932 г., всего 30 выпусков [97].

В 1936 г. была опубликована также обобщающая коллек­тивная работа по истории, диалектологии и этнографии «Культурные области и культурные течения среднего востока Германии» [74], основная часть которой, посвя­щенная исторической диалектографии, была написана Т. Фрингсом.

Начиная со второй половины 20-х гг. XX в., диалекто­графическое направление становится главным в немец­кой диалектологии. Особенно яркое выражение это на­правление получило в работе по составлению нацио­нальных и региональных лингвистических атласов. С 1927 по 1956-гг. Диалектологический институт в Мар­бурге отдельными выпусками публикует «Немецкий линг­вистический атлас» (вышло 23 выпуска), первоначально под редакцией Ф. Вредэ, с 1933 г. — под редакцией В. Митцки (Walter Mitzka, 1888—1976 гг.) в сотрудничестве с Б. Мартином, с 1950 г.— под редакцией В. Митцки. С 1956 г. дальнейшую работу над атласами возглавляет Л. Э. Шмитт (Ludwig Erich Schmitt), при котором Мар­бургский диалектологический институт был расширен и переименован в Научно-исследовательский институт немецкого языка «Немецкий лингвистический атлас» (Forschungsinstitut für deutsche Sprache „Deutscher Sprach­atlas“) [78, 114]. Л. Э. Шмитт предполагает завершить работу над атласами изданием многотомного обобщаю­щего труда по фонетике, фонологии и морфологии не­мецких диалектов, который должен быть создан на базе материала «Немецкого лингвистического атласа» и ряда региональных атласов. Предполагается также составить «Малый немецкий лингвистический атлас» и опублико­вать обширную библиографию по немецкой диалекто­логии [30, 119—120].

В качестве дополнения к лингвистическому атласу Г. Венкера — Ф. Вредэ — по инициативе В. Митцки и до 1957 г. под его редакцией — было предпринято состав­ление «Немецкого словарного атласа» („Deutscher Wort­atlas“, Gießen, 1951—1973), включающего 20 томов [67]. В 1957 г., начиная с VI тома, В. Митцку сменил на посту редактора данного атласа Л. Э. Шмитт, уже до этого принимавший участие в редактировании V тома, с XVIII тома (в 1971 г.) атлас выходил под редакцией Р. Гиль- дебрандта (см. тж. [90]).

Картографированные материалы данного словарного атласа, начиная с 1950 г., послужили базой для ряда монографий, диссертаций и журнальных статей, посвя­щенных истории отдельных слов или анализу целых лек­сико-семантических групп. Позднее все эти работы были объединены Л. Э. Шмиттом в специальную серию „Deut­sche Wortforschung in europäischen Bezügen“ (Unter­suchungen zum Deutschen Wortatlas), из которой ко вре­мени завершения атласа в 1973 г. было издано 6 томов [65].

В настоящее время подготавливается также «Словарный атлас немецкого разговорного языка» (Wortatlas der deutschen Umgangssprache), материалы которого обра­батываются и публикуются Юргеном Ейхгоффом и вы­ходят с 1977 г. по одному тому ежегодно [96, 77].

Важным аспектом немецкой диалектологии на разных этапах её развития была и остается диалектная лекси­кография — работа по составлению больших диалект­ных словарей, одни из которых завершены и полностью опубликованы (Rheinisches Wörterbuch, 9 Bd., 1928— 1971), другие находятся в стадии завершения (Schwei­zerisches Idiotikon, в 1975 году насчитывавший 13 томов), третьи — в стадии подготовки и публикации (подробнее о степени готовности незавершенных диалектных слова­рей см. [68]).

Ценные диалектографические исследования были пред­ставлены не только учениками Ф. Вредэ, среди которых могут быть названы А. Бах, Луиза Бертольд, Хермине Клайн, К. Вагнер, Г. Тойхерт и др. Важный вклад в немецкую диалектографию внесли и многие исследова­тели, не принадлежавшие к Марбургской школе: Г. Фи­шер, К. Боненбергер, К. Хааг, А. Бахманн, Р. Хотценкёхерле, Э. Кранцмайер и др.

Хотя Марбургская школа лингвистической географии оказала большое влияние на развитие диалектологии и германистики в целом, в ряде других центров Германии и стран немецкого языка исследовательская работа в конце XIX и начале XX вв. имела иное направление. Младограмматические традиции оказались сильны в го­сударственных центрах диалектологических исследований в Вене, Мюнхене и Швейцарии (в особенности, в Цю­рихе), для которых характерно углубленное внимание к фонетической стороне диалектов [20, 109; 101, 362]. Выявлению границ распространения звуковых законо­мерностей баварских диалектов посвящены труды одного из главных представителей Венской диалектологиче­ской школы, основанной П. Лессяком и А. Пфальцем, Эберхарда Кранцмайера (Eberhard Kranzmayer, 1897— 1975 гг.) [122].

Уже в 1901 г. Венская Академия Наук организовала сис­тематическую фонографическую запись образцов австрийско-немецких диалектов, расшифровки которых печата­лись в её трудах. По образцу Венского фонографического архива специальные хранилища диалектных фонограмм, которые используются как материал для исследователь­ской работы, были созданы в Цюрихе, Берлине, Гам­бурге, Марбурге и Ростоке.

Массовая запись немецких диалектов на магнитную ленту была осуществлена в конце 60-х годов XX в. в ФРГ под руководством основателя и директора Немецкого язы­кового архива (Deutscher Spracharchiv) Эберхарда Цвирнера [55].

В ГДР систематическая запись диалектов проводилась под наблюдением Берлинской Академии Наук. Возглав­ляли эту работу Рудольф Гроссе и Ганс-Юрген Шедлих. Запись производилась в 434 местах, причем были охва­чены три возрастные группы населения: лица старшего возраста (свыше 60 лет), лица среднего возраста (около 40 лет) и молодежь (около 20 лет).

В настоящее время проводится запись на магнитную пленку немецких «островных» диалектов в ЧССР, Вен­герской Народной Республике и Социалистической Республике Румыния при участии Берлинской Академии Наук (Г.-Ю. Шедлих, Г. Протце, Г. Изинг, К.-Ю. Хуттерер) [101, 362].

Несомненное влияние на развитие немецкой диалекто­логии оказали и оказывают научные результаты, полу­ченные при исследовании диалектов романских, нидер­ландского и скандинавских языков. Это влияние ста­новится все более заметным в последние годы благодаря развитию международного сотрудничества в сфере диа­лектологии, ярким проявлением которого является работа по подготовке и созданию «Атласа европейских языков» (Atlas Linguarum Europae) (см., в частности, [120]).