4.3. Диалекты средненемецкого субареала

Средненемецкий субареал, как уже было отмечено выше охватывает две группы диалектов — западносредненемецкую и восточносредненемецкую.

В западносредненемецкой диалектной зоне этого ареала четко отграничиваются друг от друга диалекты средне­франкский (Mittelfränkisch) на севере и рейнскофранкский (Rheinfränkisch) на юге.

Среднефранкский отличается от рейнскофранкского в первую очередь сохранением непередвинутого t в формах местоимений dat — „das“, wat — „was“, is — „es“, dit — „dies“, частично также в allet—„alles“ и в сильном (местоименном) окончании среднего рода у прилагатель­ных: -et, например, schönet — „schönes“. Кроме того, среднефранкскому конечному f в рейнскофранкском соот­ветствует b: сфк. lēf „lieb“ — р.фр. līb; сфк. korf „Korb“ — р.фрк. korb. С древних времен для средне­франкского типичны выпадение носового в форме лич­ного местоимения 1-го лица us, ūs — „uns“, а также выпадение ch перед t, например: nā(ch)t — „Nacht“, re(ch)t — „recht“ [101, 413].

Среднефранкский диалект включает южное — мозельское наречие (Moselfränkisch) и северное — рипуарское (Ripuarisch). Зоной распространения первого является долина р. Мозель между изоглоссами das || dat на юге и dorf || dorp на севере. Специфическими признаками мозельскофранкского являются формы schlin, schlīn, schlēn —„schlage“ в отличие от ю.нем. schlān и сев. нем. schlōn, а также употребление лексемы tsaub, tsaupe — „weiblicher Hund“ [101, 414].

Рипуарский представляет собой диалект Кельна и его области (включая Юлих и Берг) и наиболее близок к соседнему нижненемецкому (нижнефранкскому) диалекту. Территориально он четко ограничивается изоглоссами dorp || dorf на юге и machen || maken, ich || ick на севере и северо-востоке.

Рипуарский противопоставляется мозельскофранкскому отсутствием второго верхненемецкого передвижения согласных в сочетаниях rp и lp, ср.: рип. dor(a)p — моз. фр. dorf, рип. helpe(n), hęləpə(n) — моз. фр. helfen. Помимо этой особенности, сближающей его с нижненемецким, он обнаруживает и в своем вокализме ряд черт, близких к нижненемецкому, например, отсутствие дифтонгизации узких долгих гласных свн. ī, ǖ, ū, отсут­ствие делабиализации ö, ü, ср.: īs „Eis“, hǖzer „Häuser“, hūs „Haus“ [20, 36].

Рипуарский является центральной областью распростра­нения рейнской гуттурализации, например: wing, wenig — „Wein“, brung, brong — „braun“, hunk, honk —„Hund“. Для рипуарского характерна вокализация ch в „ge­bracht“— brat, brät, breit, braut, а также смягчение в словах типа tsick[d], tseck[d] — „Zeiten“, lück, löck — „Leute“, специфическая форма императива gank! — „geh!“ (в отличие от мозельскофранкского gie!, ge!). Обращает на себя внимание и так называемая рейнская акцен­туация (rheinische Schärfung) [подробнее см. 20, 163 —, 164].

Рейнскофранкский диалект, границы которого определяются изоглоссами pfund || pund и das || dat распадается на два основных наречия: рейнскопфальцское (Rheinpfälzisch) в западной части и гессенское (Hessisch) в восточной.

Рейнскопфальцское наречие расположено в пункте пересечения многих важных и древних языковых движений как в направлении с севера на юг, так и с юга на север (переход hs > s, метатеза r, второе передвижение, нововерхненемецкая дифтонгизация и др.). Небольшой рейнскопфальцский островок с конца XVIII в. существует на территории нижнефранкского.

В гессенском наречии различаются говоры нижнегессенский (Niederhessisch), верхнегессенский (Oberhessisch) и южногессенский (Südhessisch). Нижнегессенский говор подобно соседним нижненемецким диалектам сохраняет недифтонгизованные узкие долгие гласные: īs — „Eis“, hūs — „Haus“. Специфической чертой верхнегессенского являются так называемые обращенные дифтонги (ge­stürzte Diphtonge): lęib — „lieb“ (свн. ie), goud — „gut“ (свн. uo). Основной массив южногессенского составляет район крупных городов (Майнц, Висбаден, Франкфурт-на-Майне, Дармштадт), где утрачены наиболее яркие первичные отличительные признаки примыкающих гес­сенских говоров. Левобережная часть южного Гессена (Рейнгессен) и говоры Оденвальда вместе с пфальцским (южнорейнскофранкским) объединяются, по В. М. Жир­мунскому, с западной группой южнонемецких диалек­тов (южнофранкским и алеманнским) переходом st, sp внутри слова в št, šp, например: пфальцск. mišt — „Mist“, brušt — „Brust“, hašpl — „Haspel“.

В восточносредненемецкую группу диалектов входят тюрингенский (Thüringisch), верхнесаксонский или мейсенский (Obersächsisch, Meißnisch) и лужицкий (Lau- sitzisch). Названные диалекты, будучи колониальными по своему происхождению, характеризуются разной сте­пенью смешения верхненемецких и нижненемецких при­знаков с преобладанием тех или иных в зависимости от направления средневековой колонизации и состава переселенцев [20, 37].

Общей особенностью тюрингенского и ряда других вос­точносредненемецких диалектов является расширение е > а, например: asə(n) — „essen“. Северной границей тюрингенского, отделяющей его от нижненемецких диа­лектов, служат изоглоссы ik || ich, hinten || hingen, wisch || wēse. Несколько южнее этой границы проходит линия, отделяющая тюр. zerren —„ziehen“ от ннем. trekken. Южную границу образуют отличия тюр. wein, юнем. wei, тюр. -chen, юнем. -lein. Отдельные черты связывают тюрингенский диалект, в особенности, в юж­ном районе его распространения с южнонемецким, ср. географическое распределение лексемы „trocken“: юнем., тюр. trocken — рейнск., вестф., верхнесакс., луж. droiche, droige (свн. drǖge).

Верхнесаксонский, который по его центральному язы­ковому ландшафту называют также мейсенским, в диа­хронии является диалектной основой современного немецкого литературного языка и по ряду признаков приближается к территориально окрашенному варианту последнего, в особенности в своих городских полудиалектах (Лейпциг, Дрезден и др.) [20, 37]. Для всех верхнесаксонских диалектов характерна монофтонгиза­ция свн. ou, ei на востоке в ō, ē, на юге в ā, напри­мер: мейс. bōm—„Baum“, klēd — „Kleid“, в западном районе Рудных гор bām, klād.

Лужицкий диалект по некоторым своим признакам при­мыкает к соседнему верхнесаксонскому, ср. луж. bōm — „Baum“, klād —„Kleid“. Однако верхнесаксонскому frā в лужицком соответствует frō. С большей частью верх­несаксонского связывает лужицкий и огласовка лексемы trocken: верхнесакс. Droiche — луж. droige. Отличие от верхнесаксонского составляет частичное разграничение согласных по глухости/звонкости, например: bise — „böse“, hirȥ̌e —„Hirse“. Типичны для лужицкого ok — „nur“, nö, ne — „nicht“, а также случаи удлинения крат­ких и сокращения долгих гласных, соответствующих свн. дифтонгам uo, üe, ie перед t, например: ʃlīdn — „Schlitten“, gut — „gut“. (< свн. guot). Речь носителей верхнелужицких говоров выделяется раскатистым r и задним l [101, 418].