Слайд 3. Особенности эмпиризма Бэкона и его отличие от рационализма

Среди афоризмов Френсиса Бэкона есть и такой: «Эмпирические философы похожи на муравьев...рационалисты подобны паукам». Отсюда следует, что Бэкон не был поклонником эмпиризма, практиковавшегося во времена Возрождения. Он упрекал тех, кто пытался конструировать теории, основываясь на ограниченном материале или, как он говорил, «на узости и смутности немногих опытов» (идолы пятого типа по Бэкону). Если Аристотель учил, что эксперименты проводятся с учетом исходной метафизической установки – той, которой должен соответствовать «эксперимент», Бэкон рекомендует свой собственный эмпиризм: непосредственное, теоретически нейтральное наблюдение природы с целью обнаружения физических фактов реального мира. Эту форму эмпиризма Бэкон противопоставляет как Аристотелю, так и мистицизму Возрождения.

Бэкон дал толчок развитию эмпиризма как научного движения. Согласно такому эмпиризму, свидетельства чувств составляют первичные данные всего знания. Он настаивает на том, что без предшествующего сбора этих данных не может быть и никакого знания, что все последующие интеллектуальные процессы, вырабатывающие обоснованные утверждения о реальном мире, должны использовать эти и только эти свидетельства.

Какое здесь отличие от рационализма? Рационализм, каким он дошел до нашего времени, есть продукт философских систем Декарта , Спинозы и Лейбница . То, что двое из них, Декарт и Лейбниц, были выдающимися математиками, – не случайное совпадение обстоятельств. Декарт – основатель аналитической геометрии, Лейбниц изобрел дифференциальное исчисление независимо от Ньютона. Современного рационалиста, начиная с семнадцатого столетия, объединяет с античными пифагорейцами и Платоном общая «теория чисел», видение реального мира как системы математических, гармонических отношений. Математические доказательства убедили рационалиста в существовании точного знания, и он склонен держаться в стороне от неточных и эфемерных фактов опыта. Только при исследовании Вселенной посредством разума выявляется небольшое множество фундаментальных неопровержимых принципов, и из них можно рациональным образом делать выводы о более детальных фактах и об устройстве природы.

Слайд 4. Точка согласия между рационалистами и эмпириками

От Аристотеля же современный рационализм сохранил убежденность в том, что если опыт отличается от сплошного беспорядка, то сам акт восприятия должен предполагать некоторые категориальные рамки. Разум должен быть устроен так, чтобы выделять и организовывать данные. Он должен иметь средства для того, чтобы направлять чувства, отделять их иллюзорное содержание от реального. Так или иначе, рационалистская позиция включает понятие априорной когнитивной способности. Без этого значимый опыт невозможен. Рационализм считает все определенное знание результатом рационального анализа чувственных данных. Такие данные могут накапливаться только посредством рационально направляемого принципа. Соответственно, первичные «данные», из которых образуется наше знание, – это врожденные предрасположения, называемые «законами мышления».

Следует также отметить точку согласия между рационалистами и эмпириками, сохранившуюся нетронутой вплоть до появления эмпирического бихевиоризма двадцатого столетия. Это общее свойство лучше всего назвать «ментализмом». В основе взглядов всех ведущих творцов эмпиризма лежало очевидное для них допущение о существовании фиксированных предрасположений ума. Иначе говоря, их философские теории были явно предназначены для объяснения фактов умственной жизни. Хотя все они соглашались с тем, что в разуме содержатся данные, полученные посредством чувств, они полагали также, что задача философии – определить, почему это происходит и что из этого следует. Эмпирическая традиция, следовательно, не является ни в каком смысле антименталистской, несмотря на ее акцент на восприятие. Рационализм, конечно, откровенно менталистичен. Так обстоит дело с терминологией.

Слайд 5. Протопсихологи: эмпирик Джордж Беркли

Локк умер в 1704 году, в начале 18 столетия, ознаменованного быстрым прогрессом точных наук. Психология не сделала таких же рывков вперед; они произошли только с широким использованием экспериментов в XIX веке. Все же некоторым протопсихологам 18 века, которые по большей части были или рационалис­тами-нативистами в духе картезианства, или эмпириками-ассоцианистами в традиции Локка удалось продвинуть каждую из этих основных теорий так, что это отразилось на будущем психологии. Поэтому кратко рассмот­рим внесенный ими вклад.

Беркли

Место в истории Джорджу Беркли Berkeley (1687–1753) обеспечили в основном три книги, написанные им еще до того, как ему исполнилось двадцать восемь лет. Свою первую получившую признание книгу, «Опыт новой тео­рии зрения» (1709), Беркли написал под влиянием краткого заме­чания Локка, задававшегося вопросом: сможет ли человек, родив­шийся слепым, но впоследствии прозревший, с помощью одного только зрения отличить куб от сферы. Локк считал, что не сможет; Беркли думал так же, но стремился изучить проблему глубже, осно­вывая свой анализ на ассоцианистской психологии. Одно только зрение, говорил Беркли, не дает новорожденному идей расстояния, формы, размера или относительного расположения предметов. Толь­ко благодаря повторяющемуся опыту – касанию, доставанию, ходь­бе – ребенок учится делать пространственные суждения. Мы ассо­циируем визуальные сведения о расстоянии, размере и форме с тем, что узнаем при помощи других органов чувств.

Этот тезис вполне разумен и является вкладом в теорию вос­приятия. Более того, разбиение Беркли кажущегося простым опы­та восприятия глубины на более базовые составляющие предвос­хитило, а может быть, и привело к возникновению «молекулярно­го» подхода в позднейшей психологии – попытке разложить любой опыт на самые простые компоненты.