Определения языка с точки зрения функции

Язык выполняет множество функций. Для каждого лингвиста, в связи с методологическими, теоретическими и даже субъективными установками, та или иная функция представляется основной. Каждая из функций (вне зависимости от её важности) является основанием для отдельного определения понятия «язык».

Одно из самых распространённых определений понятия «язык» дал В.И. Ленин: «Язык – основное средство человеческого общения». Это определение с точки зрения коммуникативной функции. Ключевым в нём является слово «общение», то есть обмен информацией. На то, что это определение с точки зрения функции, указывает слово «средство» (Ср.: набор, совокупность, система). При этом отмечается также, что язык – одно из средств коммуникации – передавать информацию можно и с помощью, например, мимики и жестов, – человека, в отличие от коммуникативных систем животных.

Кроме того, язык может рассматриваться как орудие (средство) обработки информации (гносеологическая функция), хранения и передачи опыта следующим поколениям (аккумулятивная функция), выражения эмоций (экспрессивная, или эмотивная функция), привлечения и удержания внимания собеседника (фатическая, или контактоустанавливающая функция), управления поведением человека (волитивная функция, частным случаем которой является суггестивная функция – управление поведением человека без рациональных доводов), художественного осмысления мира (эстетическая функция), самоописания (метаязыковая функция). Подробная информация о функциях языка и языковых средствах, обеспечивающих выполнение им указанных функций, изложена в рамках темы «Функции языка».

Комплексное семиотическое определение языка

Язык, будучи системой элементов, предназначенных для передачи и хранения информации, может быть определён как знаковая система, где основными знаками являются слова. Комплексным, сущностно-функциональным это определение можно считать, потому что основным элементом системы языка в данном случае считается знак (слово), который по определению может быть знаком только тогда, когда он используется для хранения и передачи информации. Язык как знаковая система подробно рассматривается в данном пособии в рамках темы «Языковые знаки».

Тема 2. Направления изучения языка Теоретическое и прикладное языкознание

Язык как сложная система может быть описан только в определённом ракурсе, учитывающем отдельный аспект объекта. Такой ракурс, аспект принято называть предметом изучения.

В самом общем виде языкознание как наука делится на два направления: теоретическое и прикладное.

Теоретическое языкознание рассматривает язык как объект действительности с целью построить его модель (зафиксировать все значимые элементы, отношения и функции). Именно в таком виде знание о языке может передаваться от одного человека к другому. При этом важно различать знание языка и знания о языке, поскольку для того, чтобы человек усвоил и знал язык, достаточно жить в обществе, использующем данный язык. Знания о языке позволяют до определённых границ освоить некоторый язык в обществе, где он не используется.

Прикладное языкознание изучает возможности использования знаний о языке в практике коммуникации. К прикладным лингвистическим дисциплинам относятся методика преподавания родного и иностранного языка, риторика, реклама, делопроизводство, психотерапия и психокоррекция, некоторые исследования в области криминалистики (разрабатывается, например, система, позволяющая создавать фоторобот человека по тембру его голоса), инженерная лингвистика (в частности, разрабатывающая системы автоматического перевода, распознавания звучащей речи, электронных систем чтения текста), литературоведение. Литературоведение можно отнести к прикладным лингвистикам, поскольку при чтении художественного текста мы опираемся на язык, а при анализе любых сторон художественного речевого произведения – на знания о языке.

Термин «прикладной» может рассматриваться и в другом аспекте – аспекте опоры на эмпирический речевой материал. Здесь можно отметить в частности британскую «корпусную» лингвистику (corpus linguistics), противопоставляющую себя «диванной» (armchair linguistics). Ч. Филлмор характеризует это противопоставление так: в случае возникновения диалога между «корпусным» (располагающим морем фактов и постоянно занятым подсчетом каких-то эмпирических закономерностей) и «диванным» (лежащим обхватив голову с закрытыми глазами и изредка подскакивающим с криком «Какой потрясный факт!») лингвистами, первый не без основания говорит второму: «Почему я должен считать, что то, что ты говоришь, верно?», а второй первому – «Почему я должен считать что то, что ты говоришь, представляет интерес?».