Тема 2. Понятия языковой нормы и социолекта
Рассмотрение проблемы языковой нормы является одной из основных задач лингвистических исследований нашего столетия. В начале 20-го века вопрос о правильности или неправильности речевого высказывания решался путем сравнения его с нормами письменного языка, которые устанавливались писателями и лингвистами. К примеру, в первом словаре немецкого произношения, подготовленном Т.Зибсом, за основу немецкого литературного произношения было взято сценическое произношение. Создавая первые в истории Германии произносительные нормы немецкого литературного языка, Т.Зибс ставил не только задачу унификации языка актеров, но и предлагал “руководство для образцового произношения немецкого языка”.
Таким образом, литературный язык рассматривался Т.Зибсом и его последователями В.Кульманом и Х.Винклером не как форма проявления того или иного национального языка, а как искусственное образование, как идеал, не допускающий никаких отступлений.
Представители Пражского лингвистического кружка Б.Гавранек, А.Едличка и др. впервые предложили разграничить понятие объективно существующей языковой нормы (общепринятое речевое употребление) и понятие кодификации (совокупность правил). Расширенное толкование термина “норма” дало возможность более тщательно изучить объективно существующие законы языка, однако не решило ряд вопросов, связанных с проблемой литературно-языковой нормы и с ее внутренним содержанием.
Понятие нормы тесно связано с понятием системы языка, существующего в данную историческую эпоху. В современной лингвистике предлагаются различные схемы языка как предмета лингвистических исследований. Одной из наиболее популярных является теория уровней Э.Косериу, в которой различаются три уровня: система - норма - речь. Под системой автор понимает схему, которая охватывает идеальные формы реализации определенного языка. Норма - это система обязательных реализаций тех возможностей, которые заложены в языке. Речь - это индивидуальная реализация нормы. Согласно этой схеме на уровне нормы происходит обязательная реализация, а на уровне речи - нетрадиционная.
Ю.С.Степанов относит к уровню нормы обе реализации (обязательную и необязательную), полагая, что все существующие реализации в совокупности образуют уровень нормы, те же реализации, которые самим обществом признаны как правильные, образуют норму в узком смысле этого слова.
Характерной чертой лингвистики второй половины 20-го века (О.САхманова, В.В.Виноградов, Т.Г.Винокур) является учет динамичности языка и признание того факта, что кодификация языковых норм всегда в какой-то степени не соответствует объективно существующей норме. Она обычно отстает от общепринятого речевого употребления, представляя собой норму прошедшего времени. Так, З.Егер, сравнивая немецкую литературную норму и примеры ее действительной реализации в речи, пришел в выводу, что число людей, владеющих кодифицированной нормой, составляет в Германии около 10%. Они владеют нормой в той мере, что могут с “Дуденом” на столе (или под столом) писать, например, письма, которые не содержат отклонений от норм или, как обычно говорят, ошибок.
И.Эрбен, Г.Крех, Г.Майнхольд допускают существование общепризнанных отклонений от эталона, вариантов норм. Вариантность норм является, по их мнению, одним из основных признаков, из которых складывается понятие литературной нормы.
Х.Штегер, в свою очередь, связывает понятие нормы с социальными факторами и отмечает, что каждая группа языкового коллектива обладает собственной языковой нормой, а многообразие социально обусловленных вариантов очень точно отражает социальную неоднородность общества. В предшествующие столетия, когда формировался немецкий литературный язык, проблема нормирования состояла в преодолении региональных различий. В настоящее время в языке существуют конкурирующие социальные варианты. И проблема нормирования на современном этапе состоит, по мнению Х.Штегера, в том, чтобы добиться такого соотношения между вариантами, при котором все они самостоятельно, но в едином направлении способствовали бы повышению уровня языковой нормы.
Г.Виллигер7 предлагает следующую иерархию норм современного немецкого языка:
Normenbaum der modernen deutschen Sprache
regionale Subnormen soziale Subnormen
Standardnorm
berufs- und fachsprachliche textsortenbedingte
Subnormen Subnormen
На Standardnorm замыкаются т.н. Subnormen с ограниченными областями применения: regionale (северная Германия, южная Германия, Швейцария, Австрия и т.д.), soziale und standessprachliche (возвышенная, разговорная, вульгарная), berufs- und fachsprachliche (язык охотников, моряков и т.д.; языки науки: химии, медицины, психологии, языкознания и т.д.), а также textsortenbedingte (реклама; сообщения о свадьбе, о смерти и т.д.).
Таким образом, варианты, реализуемые в речи, определяются условиями общения и не являются отклонениями от нормы.
Е.Косериу полагает, что существуют два типа различий между языковыми вариантами: 1) географические (диатопические) различия; 2) социально-культурные (диастратные) различия. “В любом языковом ареале и на всех языковых уровнях существуют определенные географические и социально-культурные отличия. И в этом смысле язык представляет собой некую “сумму языковых систем” (eine Summe von Sprachsystemen)”.
Е.Косериу поддерживает Б.Шлибен-Ланге, предлагая три варианта языковых отличий:
диатопические (региональные);
диастратные (социолектальные);
диафазные (стилистические).
При этом особое внимание уделяется отличиям, проявляющимся в языках отдельных социальных групп. Использование специфических вариантов каждой отдельной группой служит не только средством коммуникации, но и идентификации: специфические языковые знаки представляют собой средство распознания “своих”.
При обозначении языковых отличий на региональном уровне лингвистами уже давно используется термин “диалект”. По данной аналогии, как отмечает Х.Кубчак, языковой вариант, несущий в себе языковые факты групповой принадлежности, и получил название “социолект”.
Однако, как отмечает Л.И.Прокопова, “несмотря на то, что почти все исследователи под социолектом понимают групповой язык, статус социолекта окончательно еще не определен”.
А.Д.Петренко, Д.А.Петренко, И.И.Черныш и Е.Е.Щелкова8 подчеркивают, что “несмотря на то, что вопрос о научной классификации социальных диалектов, их терминологическом обозначении и номенклатуре до конца не решен и продолжает разрабатываться в языкознании, можно утверждать, что единицей исследования в социолингвистике и, в частности, социофонетике является социальный диалект, то есть язык класса, общественной группы, специфика которого проявляется на всех уровнях языковой системы, в том числе и на произносительном”.
Как и в прошлом, в настоящее время в условиях постоянно меняющейся социальной действительности особый интерес среди лингвистов вызывают исследования, связанные с анализом социальной вариативности языка и речи. Социальная неоднородность носителей языка накладывает отпечаток на особенности речи последних. А социолект характеризует языковое поведение каждой отдельной социальной группы индивидов. Социокультурные потребности соответствующего речевого коллектива оказывают решающее воздействие на формирование лингвистического облика того или иного социолекта.
Вопросы для обсуждения:
Языковая норма: реальность или искусственный идеал?
Понятие социолекта.