«Слово» написано псалтырным, или молитвословным стихом. Перевод л.В. Соколовой

СЛОВО ДАНИИЛА ЗАТОЧНИКА, КОТОРОЕ ОН НАПИСАЛ СВОЕМУ КНЯЗЮ, ЯРОСЛАВУ ВЛАДИМИРОВИЧУ

Восстань, слава моя, восстань в псалтири и в гуслях!

Встану рано, исповедуюсь тебе;

Да раскрою в притчах раздумья мои

И возвещу народам славу мою.

Ведь сердце разумного укрепляется в теле его красотою и мудростью.

Княже мой, господине! Дай же мне лицезреть тебя,

Ибо голос твой сладок и образ твой прекрасен;

Мед источают уста твои, и послание твое – как сад с плодами.

Когда увеселяешься многими яствами –

Вспомни меня, сухой хлеб жующего;

Или когда пьешь вкусные напитки –

Вспомни меня, теплую воду пьющего на ветру;

Когда лежишь на мягкой постели под собольими одеялами –

Вспомни меня, под единой тряпицей лежащего и от холода умирающего,

И каплями дождевыми, словно стрелами, до сердца пронзаемого.

Господине мой! Не смотри на внешность мою,

Но вглядись в сущность мою.

Ибо одеждой я оскудел, но разумом богат;

Юный возраст у меня, но зрелый ум во мне.

Парил бы я мыслию, как орел по воздуху.

Быть может, скажешь: «По глупости мне это наговорил». – Но не видел я неба войлочного, ни звезд из лыка, ни глупого, мудрость изрекающего. Быть может, скажешь: «Солгал ты, как пес». – Но хорошего пса князья и бояре любят. Быть может, скажешь: «Солгал, как вор». – Но если бы я умел украсть, то не молил бы тебя с такой скорбью. Ведь девица губит свою красоту распутством, а муж свое мужество – воровством.

Господи! Дай же князю нашему

Самсонову силу, храбрость Александрову,

Разум Иосифа, мудрость Соломона, хитрость Давида.

И умножь, Господи, людей, подвластных ему.

Богу нашему слава и ныне, и присно, и в век.

Повесть о разорении рязани батыем

В связи с опустошением Батыем в 1237 г. Рязанской земли создана была (быть может, вскоре после этого события) повесть о разорении Рязани Батыем, которой предшествует рас­сказ о перенесении попом Евстафием иконы Николы из Корсуня в Рязань. Она известна в текстах только начиная с XVI в. и читается в поздних летописных сводах и в некоторых сборниках.

Эта незаурядная воинская повесть, представляющая собой живой отклик на события татарского нашествия. В основе её, несомненно, лежат эпические сказания, устные поэтические произведения, связанные с самим событием. Эпизод смерти Фёдо­ра и его жены Евпраксии, нашедший отражение в былине о Даниле Ловчанине, а также рассказ о Евпатии Коловрате, очевидно, восходят к особым народным историческим песням.

Повесть о разорении Рязани Батыем по своей тематике и по стилю является ярким образчиком воинских повестей. В ряду по­следних она по своим художественным качествам занимает одно из первых мест. Характерной особенностью её является напряжённый и в то же время сдержанный лиризм и драматизм.

Публицистичность звучания, эмоциональность плачей, общность художественных приемов и, наконец, основная идея сближают Повесть с литературой 1270-х гг. Допущенные исторические неточности могут быть объяснены не эпической отдаленностъю, а художественными задачами автора.

Перевод И.А. Лобаковой

ПОВЕСТЬ О РАЗОРЕНИИ РЯЗАНИ БАТЫЕМ

В 6745 (1237) году, через двенадцать лет по принесении из Корсуня чудотворного образа, пришел безбожный царь Батый на Русскую землю со множеством воинов татарских и стал станом на реке на Воронеже, близ Рязанской земли. И прислал в Рязань к великому князю Юрию Ингоревичу Рязанскому послов без пользы для дела, прося десятины во всем: в князьях, и в людях всех сословий, и во всем.

И узнал великий князь Юрий Ингоревич Рязанский, что нет помощи от великого князя Георгия Всеволодовича Владимирского, и быстро послал за своими братьями… и за другими князьями. И начали советоваться, и решили, что нечестивого надлежит утолить дарами.

Безбожный царь Батый, будучи лжив и немилосерд, принял дары и неискренне обещал не ходить войною на Рязанскую землю.

И поспешил к благоверной княгине Евпраксии и рассказал ей, как нечестивый царь Батый убил благоверного князя Федора Юрьевича. Благоверная княгиня Евпраксия <тогда> стояла в превысоком тереме своем и держала <на руках> любимое дитя свое князя Ивана Федоровича. И услышав столь смертоносные, полные горя слова, кинулась тут из превысокого своего терема с сыном своим князем Иваном на землю и разбилась насмерть.

И вышел <Юрий Ингоревич> против нечестивого царя Батыя и встретил его близ границ рязанских. И напал на Батыя, и начали биться с упорством и мужеством. И была сеча жестока и ужасна.

А у Батыя войск великое множество: один <рязанец> бьется с тысячей, а два – со тьмою.

Царь Батый окаянный стал воевать Рязанскую землю и пошел к городу Рязани. И обступили город, и начали биться пять дней не отступая.

И взяли город Рязань в декабре месяце в 21 день. И весь город сожгли. И храмы Божий разорили и в святых алтарях много крови пролили. И не осталось во граде ни одного живого, все заодно погибли и одну на всех чашу смертную испили. И все это случилось за грехи наши!

И один из вельмож рязанских по имени Евпатий Коловрат был в то время в Чернигове вместе с князем Ингварем Ингоревичем. И услышал он о нашествии верного злу царя Батыя, и уехал из Чернигова с малою дружиною, и мчался быстро. И приехал в землю Рязанскую, и увидел ее опустошенной: грады разорены, церкви сожжены, люди убиты.

И собрал небольшую дружину – тысячу семьсот человек, которые Богом сохранены были вне города.

И помчались вслед за безбожным царем, и едва смогли догнать его в Суздальской земле. И внезапно напали на отдыхавшее войско Батыево

Татары перепугались, видя, что Евпатий богатырь-исполин. И навели на него бесчисленное множество стенобитных орудий, и начали по нему бить из них, и с трудом убили его.

Царь Батый, глядя на тело Евпатия, сказал: «О Евпатий Коловрат! Здорово ты меня попотчевал с малою своею дружиною! Многих богатырей сильной орды убил, и много войск пало. Если бы у меня такой служил, любил бы его всем сердцем». И отдал тело Евпатиево оставшимся в живых из его дружины, которые были захвачены в бою. И велел их царь Батый отпустить, не причинять никакого вреда.

И увидел князь Ингварь Ингоревич множество тел мертвых лежащих, и вскричал горестно сильным голосом, словно звук трубы разрастающимся, и бия в грудь свою руками, упал на землю. Слезы же его из очей потоком текли.

Благоверный <князь Ингварь Ингоревич>, во святом крещении Косьма, сел на престол отца своего, великого князя Ингоря Святославича. И заново отстроил землю Рязанскую, и церкви поставил, и монастыри создал, и пришельцев утешил, и людей собрал. И была радость христианам: ибо их избавил Бог рукою своею крепкою от безбожного царя Батыя.