Мария Николаевна Волконская
Волконская (Раевская) Мария Николаевна (25.12.1805/7 - 10.08.1863), жена С.Г. Волконского - дворянка. Отец - Раевский Николай Николаевич (1771 - 1829), генерал от кавалерии, герой Отечественной войны 1812 г. Мать - Софья Алексеевна Константинова (с 1794 г. - Раевская), дочь бывшего библиотекаря Екатерины II, внучка М.В. Ломоносова, которую в юности называли «девой Ганга», до самой смерти не примирилась с поступком дочери: последовать за мужем в Сибирь. Мария Николаевна воспитывалась дома, играла на рояле, прекрасно пела, знала несколько иностранных языков. Ранняя юность Марии Николаевны ознаменована встречей с А.С. Пушкиным в годы его южной ссылки, их совместная поездка в Гурзуф, где поэт останавливался в доме Раевских. Кстати, по сегодняшний день в Гурзуфе существует Пушкинская аллея. Марина Николаевна одна из замечательных женщин своего времени. Поэт был дружен с ее семьей и знал ее еще совсем юной девочкой, задумчивой и мечтательной. Ее своеобразная прелесть, тонкое обаяние внушили Александру Сергеевичу особое, сокровенное чувство, которое он пронес через всю жизнь.
Пушкин был знаком с семьей Раевских еще по Петербургу, встречался с ними в Киеве и Екатеринославе и особенно сблизился во время совместного путешествия на Кавказские минеральные воды и по Крыму. Позднее он вспоминал это время как счастливейшие минуты своей жизни. А. С. Пушкин был увлечен М. Н. Раевской в ту пору, и отзвуки этого увлечения, глубокого и нежного, но безответного, - в лирических стихотворениях тех лет, в "Кавказском пленнике", "Евгении Онегине". Из более поздних посвящений отметим "На холмах Грузии..."
На холмах Грузии лежит ночная мгла;
Шумит Арагва предо мною.
Мне грустно и легко; печаль моя светла;
Печаль моя полна тобою,
Тобой, одной тобой... Унынья моего
Ничто не мучит, не тревожит,
И сердце вновь горит и любит — оттого,
Что не любить оно не может.
В январе 1825 года девятнадцати лет Мария Николаевна по настоянию отца была выдана замуж за знатного и богатого тридцатисемилетнего генерала С.Г. Волконского.
Последняя встреча А.С.Пушкина и Марии Николаевны произошла в Москве на вечере у З. А. Волконской, накануне отъезда М.Н.Волконской к сосланному мужу в Сибирь.
Провожая М.Н.Волконскую в Сибирь, А.С.Пушкин не думал, что больше никогда не увидит ее. Это стало ясно
ему только позже.
И когда он закончил в 1829 году Полтаву, то посвятил ей эту поэму:
Узнай по крайней мере звуки,
Бывало, милые тебе -
И думай, что во дни разлуки,
В моей изменчивой судьбе,
Твоя печальная пустыня,
Последний звук твоих речей
Одно сокровище, святыня,
Одна любовь души моей.
Воронцова Елизавета Ксаверьевна
Сильное, страстное чувство вызвала в сердце поэта Елизавета Ксаверьевна Воронцова (1792–1880) — жена Новороссийского генерал-губернатора графа М. С. Воронцова, в канцелярии которого Пушкин служил в Одессе. Современники говорят о ней как о женщине умной, тонкой и обольстительной. Так, В. А. Сологуб, отмечая ее ум, образованность, доброту и прелесть обхождения, писал: «Собственно красавицей она никогда не была, но никакая красавица не смогла бы с ней сравниться». Пушкин познакомился с Воронцовой в 1823 году в Одессе и страстно увлекся ею. Зимой 1823–1824 годов он был постоянным посетителем ее салона. Елизавета Ксаверьевна сделала все, чтобы Пушкин бывал в их доме, предложив поэту пользоваться их огромной библиотекой. Она просто обаяла Пушкина, вызвав ответное чувство в его сердце, которое оставило глубокий след в душе поэта. Оно запечатлено во многих обращенных к Воронцовой стихах: «Сожженное письмо», «Желание славы», «Талисман», «Все в жертву памяти твоей». На полях черновиков второй главы романа "Евгений Онегин", писавшейся в Одессе, много раз появлялся бегло очерченный пером ее профиль. Уезжая из Одессы в ссылку, «в далекий северный уезд», Пушкин получил от Воронцовой перстень-талисман, которым очень дорожил и с которым не расставался. В ответ на этот подарок, поэт написал великолепное, всем известное стихотворение «Талисман»:
Храни меня, мой талисман,
Храни меня во дни гоненья,
Во дни раскаянья, волненья:
Ты в день печали был мне дан.
Когда подымет океан
Вокруг меня валы ревучи,
Когда грозою грянут тучи, -
Храни меня, мой талисман.
В уединенье чуждых стран,
На лоне скучного покоя,
В тревоге пламенного боя
Храни меня мой талисман.
Священный сладостный обман,
Души волшебное светило...
Оно сокрылось, изменило...
Храни меня, мой талисман.
Пускай же ввек сердечных ран
Не растравит воспоминанье.
Прощай, надежда; спи, желанье;
Храни меня, мой талисман.
(1825)
В Михайловском Пушкин много работает, но мысли о Воронцовой по-прежнему не покидают его, и он пишет стихотворение «Желание славы», посвященное той, о ком он не в состоянии был забыть. Оно также посвящено теме любви.
Наконец, в 1830 году, накануне женитьбы, Пушкин уже навсегда прощается с Воронцовой:
В последний раз твой образ милый
Дерзаю мысленно ласкать,
Будить мечту сердечной силой
И с негой робкой и унылой
Твою любовь воспоминать.
Воронцова до конца своей долгой жизни сохранила о Пушкине теплые воспоминания и ежедневно читала его сочинения. Когда зрение совсем ей изменило, она приказывала читать себе вслух, и притом подряд. Когда все тома его произведений были прочитаны, она приказывала начинать чтенье с I тома. Воронцова также не могла забыть очарования бесед с Пушкиным.