Глава 4

Коммуникативные процессы в современном информационном пространстве

 

Существует конвергенция между эволюционной топологией живой материи, открытой природой все более сложного общества и интерактивной логикой новых информационных технологий.

К. Келли

Коммуникативные процессы и коммуникаторы. Социальные коммуникативные процессы. Коммуникативный информационный процесс. Технические средства коммуникативной информации. Информационный обмен в коммуникативных моделях. Информационное пространство в процессе коммуникаций. Тофлер Элвин. Третья волна.

 

Информацию часто исследуют в рамках коммуникации, а коммуникацию так же часто рассматривают в рамках информатизации общества. И это не случайно: коммуникация (социальная) и информация — два понятия практически одного процесса: без информации не может быть коммуникации, так же как без коммуникации не может быть информированности. Соответственно формы и типы, а также теоретические и практические принципы коммуникации с полным основанием можно отнести к процессу протекания информации и наоборот. Однако коль имеются два понятия — коммуникативность и информатизация, — то, естественно, каждый из них несет свою понятийную нагрузку. Кратко, можно разделить их таким образом: коммуникативность — это форма выражения информационного обмена, а информация это только возможность для коммуникации. Поэтому имеет смысл остановиться немного подробнее на понятии «коммуникативность», а затем на понятии «информационно-коммуникативные процессы».

 

Коммуникативные процессы и коммуникаторы

 

Одной из важнейших проблем современных социологических исследований является проблема поведения человека в обществе, его вовлеченности в протекающие общественные процессы. Коммуникативное поведение человечества слагается из общих моментов в поведении личностей. Существуют только отдельные индивиды (коммуникативные личности), коммуникативное поведение которых базируется на едином знаковом поле, составляющем единый язык. В поведении индивида отражаются свойства природной и социальной (в том числе коммуникативной) среды. Разумеется, только комплексный, многофакторный анализ дает возможность «разложить по полочкам» континуум коммуникативной деятельности. Однако проведение такого анализа усложняется, по крайней мере, двумя обстоятельствами: ведь и параметры, и факторы, учитываемые в разных видах анализа, действуют одновременно, но в разных векториальных направленностях.

Коммуникативная личность — это субъект, рассматриваемый с точки зрения его способности к выработке, использованию и ретрансляции информации в виде коммуникативных кодов, обеспечивающих взаимодействие между людьми. Параметры коммуникативной личности определяются степенью ее коммуникативных потребностей, познавательных потребностей, когнитивным диапазоном, сформировавшимся в процессе познавательной активности, коммуникативной компетенцией. В силу этого параметры коммуникативной личности условно можно разделить на две группы: мотивационные, когнитивные.

Мотивационные параметры определяются потребностями личности сообщать и получать информацию для оптимизации различных сфер жизнедеятельности. Приоритетные потребности индивида непосредственно влияют на структуру коммуникации. Они придают коммуникационным единицам личностный смысл, связанный с «отражением в индивидуальном сознании отношения личности к действительности». Многие исследователи связывают главенство потребностей прежде всего со стремлением субъекта к личностному росту, к самоорганизации, полагая, что чем устойчивее потребность, тем устойчивее связанная с нею коммуникативная установка и тем более постоянный характер имеют формы ее объективации. В актуализации коммуникативной установки используются либо одни и те же информационные средства, либо различные.

Когнитивные параметры связаны с познавательным опытом личности, ее интеллектуально-эмоциональным потенциалом. Если личность владеет информацией, знанием о необходимых в той или иной ситуации коммуникативных формах поведения, тогда обеспечивается адекватное восприятие смысловой и оценочной информации, а также формы воздействия на партнера по общению. Когнитивные параметры сопряжены со способностью верно оценивать познавательный диапазон партнера и выстраивать в соответствии с этим свои коммуникационные стратегии. Когнитивные параметры также связаны со способностью личности адекватно воспринимать информацию и воздействовать на партнера, влияют на верную оценку и самооценку когнитивного диапазона коммуникаторов, а также на знание норм и кодов вербальной и невербальной коммуникации. Таким образом, информация определяет успешность коммуникации. Познавательный опыт индивида дает возможность на основе этого опыта выбрать наиболее эффективный способ коммуникации в конкретных условиях социального взаимодействия.

Таким образом все параметры коммуникативной личности нацелены на поддержание контакта, на выявление намерений партнера, установление прямых и обратных коммуникативных связей, самокоррекцию и т.п. Формирование коммуникативной личности происходит в процессе общения, которое осуществляют индивиды, использующие свою коммуникативную компетенцию, определяющие стратегию и тактику коммуникативного поведения, накапливающие определенный опыт. На наш взгляд, под коммуникативной личностью следует понимать совокупность индивидуальных коммуникативных стратегий и тактик, когнитивных, семиотических, мотивационных предпочтений, сформировавшихся в процессах обмена информацией как коммуникативная компетенция индивида. По определению философского энциклопедического словаря, личность представляет собой содержание, центр и единство актов, интенционально направленных на другие личности. Индивид, наделенный волей и стремлениями, настроениями и оценками, соединен с другими такими же человеческими индивидами, обладающими своими особенностями общения.

При рассмотрении коммуникативных процессов в обществе следует учитывать, что его участниками являются не только коммуникативные личности, но и организации, поэтому следует анализировать как внешние, так и внутренние направления коммуникационных потоков. В процессе общения людьми накапливается информационный метакоммуникативный потенциал. Обладая подобным метакоммуникативным знанием, находясь одновременно в ситуации коммуникации и метакоммуникации, коммуникатор может достаточно гибко владеть технологией как прямого, так и косвенного убеждения. Прямой способ убеждения связан с системой аргументации, стимулирующей соответствующие мысли и поступки, нацелен на использование заинтересованности коммуникаторов в благоприятных, положительных аргументах. Понятно, что особую роль здесь играет подбор соответствующих

блоков информации и использование их в определенном сочетании при решении своей задачи.

Косвенный способ убеждения подразумевает использование случайных факторов, эмоционально-чувственную акцентировку, приводящую к «бездумному приятию» информации. Здесь задействуются ассоциативное мышление, метафорическое отношение к информации. Косвенный способ основывается на принципе «косвенной эвристики», которая подразумевает доверие как к тому, что сообщается, так и к тому, кто сообщает. В этом случае особое значение имеет убеждение в том, что «приятность», обаятельный имидж коммуникатора совпадает с его компетентностью.

Поэтому усвоение информации связано с расположением к источнику сообщения, с идентификацией с ним, что заменяет оценку и размышление над сообщаемым. Косвенный способ убеждения по сути своей является ситуативным, поскольку построен на симпатии и одобрении. Прямой же способ, напротив, фиксирует внимание на характере информации, на ее тематике и рациональной оценке. Формирующиеся при таком подходе убеждения оказываются более устойчивыми, постоянными, аналитическими, не бывают поверхностными, и — как следствие — они оказывают большее влияние на поведение, способны вызвать необходимую реакцию. Таким образом, огромное влияние на усвоение информации и формирование убеждений оказывают коммуникаторы — те, кто делает информационное сообщение .

Само понятие «коммуникатор» вмещает большое число характеристик. Как нам представляется, наиболее значимые из них — компетентность, надежность. Под последней понимают убежденность того, кто информирует. Когда люди забывают об источнике информации или о его связи с сообщением, это называется «отложенным усвоением информации». В психологии он получил определение как «эффект спящего», основанный на умении коммуникатора красиво, в запоминающейся форме выдать любую информацию. Этот эффект следует учитывать, особенно при получении значимой информации.

Коммуникационный акт использует информацию, идеи, сообщения, суждения, совпадающие с установками аудитории, он должен создать атмосферу доверительности, при этом осуществлять коммуникационно-информационные акты уверенно, без всяких сомнений. Наиболее значимую информацию должно подавать в уверенной безапелляционной, жесткой, бескомпромиссной манере, создающей ощущение компетентности и особой доверительности. Манера, стиль речи коммуникатора, нацеленного на убеждение, проведение определенных идей, должны быть предельно искренними, открытыми. Все это непременные атрибуты коммуникатора. Позиция его должна отождествляться с тем, что он говорит. Существенное значение имеет и имидж коммуникатора, и высокий, эмоциональный темп речи или сообщения: это создает ощущение особой убедительности. В самом деле, быстрая речь выглядит как более объективная, а самое главное, убеждает аудиторию в том, что коммуникатор действительно взволнован тем или иным сообщением, «пропуская через себя» те события, о которых информирует людей. Влиятельный и компетентный, независимый и информированный, коммуникатор всегда пользуется большим или меньшим доверием.

Поведение коммуникатора определяется прежде всего его личными потребностями, выражаемыми в мотивах поведения. В свою очередь мотивационный параметр, обусловлен более широкими социальными потребностями коммуникатора. Если нет потребности личностной или социальной — нет и коммуникации. Или возникает так называемая псевдокоммуникация, когда появляется потребность не в передаче информации, а просто психологическая потребность в процессе коммуникации как таковом. Коммуникативная же потребность формирует коммуникативную установку, ее-то и преследует коммуникативная личность в своей коммуникативной деятельности. При этом, однако, могут изменяться и средства коммуникации, и ее тактика.

Коммуникативный процесс характеризуют множество признаков, формирующих в процессе накопления познавательного опыта индивида его внутренний мир. Знание коммуникативных кодов, умение подобрать нужную информацию, осуществлять самонаблюдение и самосознание, коммуникативные навыки, способность адекватной оценки партнера — вот от чего зависит успешность коммуникации, умение войти в контакт с собеседником. При этом решающее значение имеет совместимость когнитивных характеристик коммуникантов.

Практическое владение вербальными и невербальными средствами для осуществления коммуникативных функций; умение изменять коммуникативные средства в связи с изменением ситуации и условий общения; построение дискурса в соответствии с нормами кода составляют познавательный опыт и компетенцию коммуникативной личности, коммуникативную потребность и определяют конкретную коммуникативную ситуацию. Таким образом, способ использования своего коммуникативного потенциала напрямую зависит от того или иного типа личности коммуникатора. Соответственно, и коммуникатор в процессе коммуникации должен учитывать тип собеседника, тем самым реализуя свою коммуникативную функцию,

Психологи выделяют четыре основных типа коммуникантов: доминантный, мобильный, ригидный и интровертный.

Доминантный коммуникант всегда стремится завладеть инициативой. Передаваемая форма информации, как правило, носит наступательный и даже агрессивный характер. Чаще всего он требует безусловного принятия передаваемый им информации, без какого-либо указания на размышления и сомнения. В общении с ним следует пользоваться его же приемами, которые заключаются во вступлении в речь, доминантой формулировке своей позиции. Доминатор, как правило, стремится прежде всего передать, а не получить информацию, при этом чаще всего пользуется однозначно определенной информацией, специально подобранной, правда, не всегда связанной с глубинными познавательными процессами.

Мобильный коммуникант легко вступает и легко ведет разговор. В целях получения нужной информации следует ненавязчиво возвращать такого коммуниканта в нужное русло беседы. Ригидный коммуникант, напротив, испытывает трудности при налаживании контактов в общении. Как правило, информационный обмен замедлен и тяжеловесен. Однако, если снимается напряжение, он может рассуждать здраво, мыслить и говорить четко, логически, аргументированно. Рекомендуется начать общение с ним на отвлеченные темы, осуществляя, таким образом, стратегию предварительной подготовки коммуниканта для восприятия нужной информации. Только в этом случае и от него можно получить информацию. Интровертный коммуникант никогда не стремится владеть инициативой, он весь в себе, застенчив и скромен, скован в предлагаемой ситуации общения. Как правило, занят тем, что потребляет информацию.

 

Социальные коммуникативные процессы

 

При анализе социальной коммуникации необходимо делать акцент на изучении интерсубъективных связей индивидов в информационном пространстве, которые включают в себя диалоги, дискурсы, а также теории, рассматривающие данный феномен как имманентное качество самой социальной системы. Чтобы решить указанную задачу, необходимо также обратиться к понятию социального порядка, являющегося, по сути, порядком коммуникативным и информационным. Что такое «социальный порядок»? Это стабильное состояние общества, при котором каждая личность способна самореализовывать себя в любом виде деятельности. Общество в модусе социального порядка создает каналы коммуникации и информации и обеспечивает возможности этой самореализации. Социодинамика при социальном порядке погружает индивидов в ситуацию, настраивая на нее как на узнаваемую собственную среду.

Общество включает в себя не только индивидуальных участников информационного обмена, но и разнообразные организации, чьи структуры в обществе предопределяют и направляют коммуникационные потоки. Сообщения поступают по различным каналам, идут между различными подразделениями и членами организации. В этом плане коммуникационные потоки, соответственно и информационные, подразделяются на вертикальные и горизонтальные.

Вертикальные потоки определяются чаще всего в организациях, построенной по иерархии. В этом случае информация направляется от, например, администрации к рядовым членам организации (приказ, постановка задач, убеждение, поддержка, контроль, запрос, служебная записка и другие информационные блоки). Таким же путем поступает информация и обратно, от низов к вершине управления. Понятно, что такое построение организации оказывает решающее влияние на информационные потоки и в целом на все информационное пространство.

Горизонтальные потоки осуществляются, как правило, между равными по положению членами организации. Информация протекает от одного члена организации или группы лиц к другому (другим). Здесь уже более сложные информационное пространство и информационная структура, поскольку горизонтальные связи трудноконтролируемые и складываются чаще всего спонтанно. Правда на производственных организациях именно профессиональная или формальная структура чаще всего доминирует и оказывает большое влияние на распределение информационных ресурсов и распределение информационных потоков.

Могут быть не только внутренние, но и внешние информационные горизонтальные потоки, определяемые системой взаимосвязи отдельных лиц вне организации или между организациями. Соответственно такая система коммуникаций накладывает свой отпечаток на информационную структуру обмена. Внешние коммуникационные потоки вносят или, точнее, могут вносить существенную трансформацию в структуру социального взаимодействия. В формирование коммуникационной среды, как правило, вовлекаются частные интересы, что нередко приводит к существенным изменениям в распределении власти, структурах занятости, действенности профсоюзов и пр. Изменения, происходящие в коммуникационных процессах, затрагивают множество частных интересов, связанных с информационным обменом. Чтобы обезопасить организации от деструктивной информации, следует часто использовать разнообразные охранные механизмы

Кроме этих основных информационно-коммуникационных потоков в организации могут существовать и дополнительные: сегментарные, диагональные, боковые и пр. Диагональные потоки, например, идут между руководителями и работниками разных подразделений, а боковые — между работниками и руководителями различных организаций.

Таким образом, в любой социальной организации существует информационно-коммуникативная стратегия и тактика, которые могут в отдельных случаях каким-то образом управляться. Но только ограниченно в пространстве и во времени. Ни о каком тотальном управлении и контроле (даже в тюрьме, армии, в церкви и прочих замкнутых группах) не может быть и речи. Можно только говорить о мере стихийности в распределении информационных потоков между социальными группами и индивидами в структуре информационного пространства.

Коммуникативная стратегия — это часть коммуникативного поведения или коммуникативного взаимодействия, когда различные вербальные и невербальные средства используются для достижения определенной коммуникативной цели и стратегического результата. Стратегия — общая рамка, канва поведения, в которой могут быть и отступления, и выбор окольных путей ее достижения.

Коммуникативная тактика является совокупностью практических ходов в реальном процессе взаимодействия. По сравнению со стратегией коммуникативная тактика — это более мелкий масштаб рассмотрения коммуникативного процесса, который является набором отдельных намерений. Коммуникативный опыт имеет непосредственное отношение к формированию коммуникативных социальных связей. Информация в этом случае хранится как память о прошлых контекстах и результатах их использования. Коммуникативный опыт — это не что иное, как совокупность представлений об успешных и неуспешных коммуникативных тактиках, которые направлены (или нет) на реализацию соответствующих коммуникативных стратегий. Коммуникация включена в контекст сего дня и подвержена хронологическим изменениям. Социально-историческая изменчивость коммуникативных стратегий должна быть постоянным предметом для исследований в области теории и технологии социальных коммуникаций.

Информационно-коммуникативные социальные отношения подразделяют на три основных типа: презентационные, манипуляционные и конвенционные. Сведение всего типологического многообразия нам представляется корректным, ведь именно эти коммуникативные стратегии концептуально описывают основные социальные процессы, связанные с коммуникативными действиями. Между собой эти типы стратегии различаются по уровню открытости, симметрии и тому способу, который производится коммуникацией. Презентационный тип считается пассивной коммуникацией, манипуляционный — активной, а конвенциональный — интерактивной. Так, если основным средством для презентации является послание, то для манипуляции — сообщение, а для конвенции — диалог. Одновременно все это и формы информационного обмена и взаимодействия. Специалисту, или, как его часто называют, «гуманитарному технологу», работающему в той или иной сфере общественной коммуникации, необходимо умение эффективно выбирать и формировать тип информационной стратегии, пользоваться разнообразными информационными формами и формировать таким образом соответствующий информационный процесс.

Эффективность выбора социальной коммуникации в данном случае подразумевает соотнесение вербальных и невербальных приемов с целями и задачами информированности объекта. Выбранные элементы коммуникативной стратегии и информированности не должны противоречить друг другу. Прежде всего имеет значение практическая целесообразность отдельных тактических приемов. Самый же важный аспект любой информационной стратегии носит политический характер¹, ибо широко известно, что информация — это власть, а доступ к информации — одно из главных условий свободы и права любого члена общества.

Проблемы установления коммуникативных конвенций, регулирующих информационные стратегии, требуют меры законодательного характера для защиты тех или иных субъектов в ущемлении информационных прав и перекоса социальных отношений в пользу властных полномочий. Ибо достижения власти могут быть различными и, чаще всего, используется силовой способ как наиболее эффективный в достижении власти и как наименее эффективный в решении общих задач данного социального образования, например, общества.

В этом плане средства информации (радио, телевидение и др.) регулируются юридическими нормами, чтобы получать ответ на любой волнующий современное общество вопрос. Телефонную индустрию регулируют тарифы и условия предоставления услуг. Компьютерная отрасль пока не регулируется государством, развиваясь в условиях свободного рынка. Не регулируются и печатные средства информации, поскольку им гарантированы права на свободу слова. Правительственными агентствами и частными корпорациями созданы гигантские информационные банки данных. Должны ли эти информационные банки данных находиться под контролем правительства или им лучше развиваться без него? В принципе, общество имеет право потребовать от правительства устанавливать регламентированные коммуникативные конвенции, ибо только открытая информация может обеспечить плодотворную социальную коммуникацию.

Коммуникация помогает усилить имеющиеся в обществе диспозиции, «делая тайное явным». Коммуникацию можно рассматривать как интенсификацию имеющихся информационных интенций, перевод их в форму, которая должна соответствовать достигнутому уровню развития информационных технологий. Коммуникация — это многофакторный феномен, позволяющий сознательно выбирать различные информационные параметры. При этом общество и любые социальные образования могут выбирать выгодные для себя формы действия в информационном поле.

В социальной коммуникации отправитель и получатель информации, как правило, могут быть между собой явно не связанными. Так, реклама и «паблик рилейшнз» не связаны никакими установками, они свободны в своем выборе любых средств, нуждаясь в усилении своих позициях воздействия, чтобы повысить ее эффективность на получателя информации. Однако в иерархической ситуации информационный блок «законсервирован» заранее в пользу коммуникатора.

Современный мир в огромной степени сформирован средствами массовой коммуникации. То или иное политическое, экономическое, социальное и прочее событие становится значимым лишь при условии ^его позиционирования в средствах массовой информации как наиболее существенная информация или событие. Ведь на самом деле передается вовсе не сообщение, а создается информационный повод, передающий получателю «ключ» к программе действий. При этом в обязательном порядке опираются на уже записанные в сознании получателей информации сходные или близкие программы, имеющие позитивную окраску. В противном случае опора только на негатив может сослужить недобрую службу.

Стандартные подходы (лингвистика, литературоведение) сначала анализируют и порождают сообщения и лишь затем выводят его контекст. Для прикладных подходов характерна обратная направленность — сначала создается контекст, сообщение же является производным от него, Таким образом осуществляется перенос оценки достоверности с контекста на сообщение. Достоверность контекста для него выше, поскольку контекст деформировать сложнее. Одновременно контекст обрабатывается вне того уровня внимания, какое должно быть при обработке сообщения. Контекст находится словно за порогом нашего внимания. Следовательно, важнейшей становится целевая аудитория. Успех зависит от профессионального умения оперировать информацией на этих уровнях коммуникации.

Коммуникация порождает особые, специфические социальные объекты, лишь обладающие функциями, похожими на реальные, но на самом деле таковыми не являющимися. Однако зачастую потребитель информации принимает их за реальные, поэтому обстоятельства изменения в этой сфере оказываются более динамичными по сравнению с материальной сферой. Коммуникация осуществляет свои информационные действия в нечеткой информационной среде, большую часть необходимой для него информации человек получает из информационной среды, которая не является реальностью. При этом довольно часто общество решает те или иные свои проблемы, влияя на информационную среду, что, в свою очередь, приводит к изменению в среде реальной. Примером эксплуатации чисто информационного компонента могут служить избирательные технологии или введение в заблуждение противника (дезинформация) во время военных и не только военных действий.

Массовую коммуникацию от групповой отличают параметры, носящие количественный характер. Но из-за этого количественного превосходства (увеличение отдельных коммуникативных актов, каналов, участников и т.п.) создается новая качественная сущность. Как следствие у коммуникации появляются новые возможности и потребность в особых средствах. Так, информация передается на расстояние, на скорость, тиражируется и т.п. Учитывая разнообразные факторы, определяющие обмен информацией в политическом, рекламном и другом массовом дискурсе, к анализу коммуникации могут применяться модели диалогического подхода, фактор массовости и со стороны источника сообщения, и со стороны получателя данному подходу не противоречит. Ведь ответственным как за создание информации, так и за ее интерпретацию является конкретный пользователь, включенный в широком контексте в языковую и социальную среду.

Наличие массовой аудитории, социальная значимость информации и наличие технических средств, обеспечивающих регулярность, скорость, тиражированность информации, передачу ее на расстояние, хранение и многоканальность — вот характерные черты массовой коммуникации. И хотя массовая аудитория анонимна, пространственно рассредоточена, она четко поделена на группы по интересам. Кроме того, несмотря на многоканальность, в современном мире отдается предпочтение визуальному каналу. Массовый получатель информации задает новые параметры коммуникационному процессу. Участники процесса общения уже не являются отдельными индивидами, а некими мифологизированными собирательными субъектами, такими как народ, партия, правительство, армия и пр. Даже отдельные личности предстают как мифологемы, созданные имиджмейкерами: президент, лидер партии, медиа-магнат и т.п. Современные исследователи полагают, что функция информирования в массовой коммуникации уступает место функции объединения, а также управления, поддержания социального статуса, подчинения и власти.

Коммуникативный информационный процесс

 

На определении коммуникации — важнейшем условии возникновения и развития цивилизации, следует остановиться особо. Как известно, до сих пор существуют разные точки зрения на природу, задачи и способы коммуникации, а также на ее субъектов. В целом, коммуникацию можно определить как один из видов взаимодействия людей, в процессе которого они обмениваются какой-либо информацией. Коммуникация — это передача информации от человека к человеку; форма взаимодействия между людьми и социальными группами, предполагающий информационный обмен. В экзистенциализме существует и иные определения коммуникации, например, обнаружение себя («Я») в другом .

В различных словарях встречается множество различных толкований этого термина, поэтому мы не будем, да и не сможем перечислить их все. Тем не менее, следует отметить, что в содержание данного термина большинство авторов включает как средство, так и процесс передачи или обмена информации между субъектами, а также саму языковую или знаковую форму когнитивной деятельности человека. Пожалуй, и в настоящее время более всего в научной и научно-популярной литературе распространено понимание и определение коммуникации, предложенное Н. Винером, который ассоциировал ее в первую очередь со связью.

Некоторые авторы настаивают на содержательном различении средств коммуникации и средств информации. На наш взгляд, такое разведение этих понятий не имеет под собой оснований, поскольку оба они тесно связаны и работают друг без друга. Как верно замечает И.П. Фарман, при всей своей многозначности понятие коммуникации «связывается не столько с так называемой информационной коммуникацией, предполагающей передачу сообщения в одностороннем моно-. логическом порядке и делающей акцент на распространении, сколько с процессуальной формой коммуникации, т. е. осмыслением коммуникации как процесса общения, под которым понимается соучастие субъектов, их совместная деятельность и даже определенная организация. Такая коммуникация имеет диалогическую форму и рассчитана на взаимное понимание» .

Коммуникация — это особая культурно-духовная форма общения, свойственная человеку разумному, разновидность универсальной

формы передачи информации. Способы и средства коммуникации формируют инфраструктуру всей общественной жизни. На наш взгляд, можно выделить три главные ее составляющие: транспортное и энергетическое сообщение, а также средства связи в их традиционном понимании (почту, телефон, теле- и радиовещание, компьютерные сети). Транспортное и энергетическое сообщение обеспечивает материальную сторону общения людей, средства связи несут культурно-духовную функцию, осуществляют аудиовизуальную связь внутри сообществ.

От способа и скорости передачи информации во многом зависят когнитивные возможности человека. Очевидно, что коммуникация определяет не только сам факт появления знания, но и многие его особенности. Об этом неоднократно высказывался выдающийся канадский социолог Г. Маклуэн — основатель общей теории коммуникации. Он подчеркивал, что характер культуры и сама преемственность исторических эпох определяются постепенным развитием средств коммуникации. Последние изменяются в ходе развития научных, экономических и социально-политических процессов в жизни общества и в свою очередь влияют на эти процессы. Техническим средствам связи Г. Маклуэн придает особую значимость, считая их определяющими в развитии коммуникативных процессов. Поскольку в разные периоды истории преобладали соответствующие каждому из них технические средства информационного обмена, можно выделить и несколько этапов в развитии способов коммуникации.

По Г. Маклуэн первый — довербальный (доязыковой) способ коммуникации. Он включал в себя мимику, жесты, разного рода сигналы пралюдей друг другу. Такие архаичные виды коммуникации, как уже отмечалось выше, не являются сугубой принадлежностью человека, они характерны и для высокоорганизованных представителей животного мира, в первую очередь — приматов. Более того, самые первые и примитивные формы коммуникации (оскал, рык, крик и т.п.) заложены в поведение большинства живых организмов. Но только у людей они переросли уровень поведенческих инстинктов, стали осознанными и, наконец, обрели полную самостоятельность. Когда отношения внутри стаи и с окружающим миром стали слишком сложными, не укладывающимися в ограниченную схему языка мимики жестов, появилась потребность в другом, собственно звуковом и разнообразном средстве передачи информации — слове.

Второй — вербальный — способ коммуникации. С этого момента можно говорить о появлении вида homo sapiens как уже вполне сформировавшегося вида. В эпоху племенных культур общение людей было ограничено рамками устной речи и мифологическим (синкретичным) мышлением, придававшим миру целостность, но, вместе с тем, делавшим его локальным и замкнутым. Тем не менее, это был поистине революционный скачок в развитии человечества, вполне сопоставимый по значимости с появлением в XX в. цифровых коммуникационных технологий.

Третий этап развития коммуникации — появление письменности. На этом этапе развития коммуникативных процессов знания фиксируются в знаковых системах, которые можно транслировать независимо от носителя этих знаний, т.е. навыки, ранее передававшиеся в основном путем непосредственных контактов, получают свое воплощение в организованной и целостной системе письменного языка. Введение письменности обеспечило надежный способ сохранения прошлого опыта и индивидуальных знаний, а также возможность дополнения, корректировки или иной интерпретации прежних.

Четвертый этап развития коммуникации — тиражирование письменных текстов — появление книгопечатания. На этом этапе усложняются и обогащаются коммуникационные взаимодействия. По мнению Г. Маклуэна, именно изобретение И. Гуттенбергом в XV в. печатного станка привело не только к оформлению национальных языков и государств, но и к распространению рационализма, а, в конечном счете, к созданию предпосылок и появлению собственно научного знания.

Пятый — аудиовизуальный, электронный — этап развития коммуникаций. Широкое распространение современных аудиовизуальных средств коммуникации (телевидения и т.п.) радикально преобразуют всю среду обитания человека, обеспечивая возможность его коммуникации со всем миром. Практически любая информация может мгновенно передаваться на любые расстояния, меняя таким образом и сознание человека — весь мир он начинает воспринимать как свой собственный дом, а мировые проблемы — как свои собственные.

Разумеется, вышеуказанные этапы развития коммуникаций не меняются резко; новый включает в себя достижения предшествующих и сосуществуют с ними. В первую очередь это, конечно, касается передачи не научной, а культурной, традиционной, обыденной информации. Темпы роста этой последней гораздо медленнее, чем развитие научной мысли и часто не успевают за нею. Таким образом, эволюция коммуникативных процессов — явление поступательное, идущее от более простого (естественных способов коммуникации — жестов, речи) к более сложному (цифровым и электронным средствам) разными темпами в зависимости от сферы их применения.

Информационное пространство коммуникаций это не только совокупность неких информационных ресурсов или информационных единиц, неважно, в каких единицах выраженных. Информационное пространство таковым может являться только в результате информационного обмена между заинтересованным субъектами того же самого информационного пространства. Более того, речь идет не только о простом обмене, но именно о информационном коммуникативным обмене. Это означает, что в первую очередь речь идет именно о коммуникации между субъектами, со всеми вытекающими отсюда особенностями, присущими такого рода обмену. В данном случае речь идет именно о таком обмене, когда его результат оказывает влияние на всею социальную совокупность, определяет процесс социализации и собственно определяет общество таковым, каковым он является в настоящее время. Понятно, что информационный коммуникативный обмен имеет свои особенности, определяемый в том числе и особенностями функционирования информационного пространства, о чем мы уже говорили. В частности, непосредственный межличностный обмен имеет свои особенности по характеру, объему и скорости передачи информации, а самое главное — по смыслу передаваемой информации и отличается от смысла и содержания информации, передаваемой в письме, в книге, по телефону и пр. или посредством Интернет.

О коммуникативном обмене в принципе написано много литературы. Однако мало пишут об информационном коммуникативном обмене, который имеет свою специфику. Последнее определяется особенностями информационного пространства. Эти особенности определяются, с одной стороны, возросшим объемом информации и увеличением скорости ее протекания. Отсюда и все увеличивающиеся скороди коммуникаций, в том числе и межличностные. Но большую роль здесь играет и техника, которая в последние годы неизмеримо возросла и изменилась и фактически стала определять все информационное пространство, а соответственно коммуникативный информационный обмен. Конечно, эта техника возникла не на пустом месте, ей предшествовала большая история. И если проследить историю развития коммуникативной техники и техники обмена информации, то можно увидеть интересные вещи, а именно, что характер и содержание передаваемой информации оказывается тесто связан с тем или иным техническим каналом. Так, информация, передаваемая обычным письмом, отличается от характера информации, передаваемой посредством телефона и тем более Интернета. Ниже мы дадим краткий экскурс в историю развития коммуникативной техники.

 

Технические средства коммуникативной информации

 

С момента зарождения человечества люди стремились обмениваться информацией друг с другом. Взаимодействие между ними на начальных этапах имело форму отдельных звуков, жестикуляций, мимики, а уже позже при помощи криков человек стал передавать информацию на более значительные расстояния. В VI столетии до н. э. в Персии рабы залезили на высокие башни и звонкими голосами, криками передавали информацию от одного к другому. В условиях военных действий приказы также передавались по цепочке бойцов. Для дистанционных сообщений использовались условные знаки. Так, в Древнем Китае применяли гонги, а коренные жители Америки и Африки использовали деревянные барабаны-тамтамы. В основе кодирования информации лежали сила ударов и ритм. Ударяя по инструментам с различною силой, стремительно или неторопливо, комбинируя между собой звуки, можно было передавать новости довольно быстро даже на существенные расстояния. Акустическая сигнализация оставалась актуальной на протяжении множества столетий. При помощи «барабанного телеграфа» информация о движении вражеских полков распространялась на внушительные расстояния и намного обгоняла официальные рапорты гонцов. В качестве средств звуковой сигнализации использовались также рожки, трубы, колокола, а с изобретением пороха — оружейные и пушечные выстрелы. Издревле при помощи колокольного звона на Руси извещали о пожаре, о празднествах и горестях.

По мере совершенствования человеческого общества акустическую сигнализацию понемногу стала оттеснять наиболее совершенная — световая. Самое раннее средство световой сигнализации — это, безусловно, костры. Костры использовались в качестве сигнала еще древними греками, римлянами и карфагенянами. Не пренебрегали ей и русские казаки в крестьянской войне 1670—1671 гг. Огневая сигнализация ночью, дымовая (из влажной травы или ветвей) днем довольно часто использовалась на южных рубежах России дозорными караулами. В Запорожской Сечи при обнаружении врага на возвышенностях возводили костры, предупреждая об угрожающей опасности. Население архипелага, изолированного Магеллановым проливом от южной оконечности Южно-Американского материка, также применяло караульные костры. Именно поэтому английский мореплаватель Джеймс Кук назвал архипелаг «Огненной Землей». Несмотря на то, что язык костров и зеркал был весьма стремителен, он был достаточно скуден — необходимо было отправлять посыльных с нужной детальной информацией. Так называемый метод «факельного телеграфа», который основывался на информации, передаваемой факелами в интервалах между зубцами стен, что отвечало установленной букве кода, тоже не нашел широкого применения.

Французский механик Клод Шапп изобрел оптический, или семафорный, телеграф. Трансляция сообщений осуществлялась при помощи вращения перекладины вокруг своей собственной оси, которая была прикреплена к металлическому шесту на крыше башни. В конце 1794 г. уже русский механик Кулибин закончил разработку своего очередного проекта, который он назвал «дальноизвещающей машиной». Изобретение представляло собой семафорный телеграф, в котором передача сообщений осуществлялась при помощи больших подвижных планок, размещенных на высоких башнях, а потому видных на значительном расстоянии. При помощи шнуров и блоков планки могли принимать множество разнообразных положений и таким образом изображать «одинакие и двойные склады». Система передачи Кулибина являла собой нечто среднее между передачей буквами и передачей целыми славами. По замыслу Кулибина, каждую станцию должны были обслуживать два работника. Один наблюдал в подзорную трубу за соседней станцией, а другой при помощи шнуров и блоков воспроизводил на своей башне точно такие же сигналы, какие передавал сосед. Так, буква за буквой, слог за слогом по линии таких башен-станций могли передаваться любые сообщения. Несмотря на отличное качество семафорного телеграфа Кулибина и острую жизненную необходимость в подобном средстве связи, ему в России не нашли применения и сдали в петербургскую кунсткамеру. Изобретение же французского инженера Шаппа, напротив, пользовалось широким спросом.

Открытие электромагнитных явлений позволило транслировать сообщения более совершенным способом. Технически новый прибор состоял из металлических проводов, аппарата для передачи сообщений (сигналов и изображений) и собственно приемника. Благодаря этому стало возможным передавать электрическую связь на существенные расстояния. Быстрое совершенствование электрического телеграфа вызвало к жизни необходимость конструирования проводников электрического тока. В 1795 г. испанский врач Франсиско Сальва первый применительно к электротехнике использовал термин «кабель». Он же предложил его первую конструкцию, более чем на 80 лет предвосхитив применение пропитанной бумажной изоляции. Ученый впервые предложил располагать изолированные жилы не параллельно, а скручивать их вместе. Значимое слово в череде долголетних поисков быстродействующего способа связи предначертано было сделать известному русскому ученому Павлу Львовичу Шиллингу. Шиллинг разработал контрукцию электромагнитного телеграфа, в которой передача сигналов велась при помощи особого шестизначного кода. Таким образом, он на несколько лет опередил Морзе в создании телеграфного языка. Павел Львович Шиллинг начал с изобретения кабелей для подземной прокладки, однако немногим позже он вместе с русским физиком, электротехником Борисом Семеновичем Якоби, пришел к заключению о бесперспективности подземных кабельных изделий и о рациональности воздушных проводящих линий.

Пожалуй, самым популярным американцем в истории электротелеграфии был художник и изобретатель Сэмюэл Финли Бриз Морзе. В 1837 г. он изобрел электромеханический телеграфный аппарат, а в 1838 г. разработал для него телеграфный код, так называемую азбуку Морзе, позволяющую при помощи нажатия на ключ транслировать информацию на значительные расстояния. В истории развития коммуникации телеграф Морзе благодаря своей простоте и компактности, удобству манипуляций при трансляции и приеме и, самое главное, быстродействию, занял особое место. Он преобразовал систему связи и заложил основы для технологии будущего, стал общепринятым мировым стандартом. А «Азбука Морзе» и по сей день продолжает служить профессионалам и любителям радиотелеграфии.

Трансляцию на большие расстояния недвижимых изображений впервые воплотил в жизнь в 1855 г. итальянский физик Дж. Казелли с помощью разработанного им электромеханического аппарата. Изобретенный им аппарат позволял транслировать изображение текста, который заранее наносился на фольгу. Изучение Максвеллом электромагнитных волн и экспериментальные работы Герца открыли новую эру в развитии радиовещания. С середины 30-х гг. XX столетия стали регулярно транслироваться телевизионные передачи. Продолжительный

период неуклонных поисков, открытий и разочарований был потрачен на конструирование кабелей. Скорость распространения тока по кабелю прямо пропорциональна частоте тока и электрическим свойствам кабеля, т. е. электрическому сопротивлению и емкости. Ярким достижением прошедшего столетия стала прокладка трансатлантического проводного кабеля между Ирландией и Ньюфаундлендом, которая была осуществлена силами пяти экспедиций.

Информационный обмен в коммуникативных моделях

Информационный обмен невозможен без кодировки в каких-то знаках, которые известны и отправителю информации, и ее получателю как начальным и конечным потребителям информации. Естественно, информация должна храниться и передаваться в известных знаках для соответствующих технических средств. Другое дело, что они могут иметь свою специфическую форму выражения и перекодироваться необходимое число раз при передаче получателю и в конечном итоге человеку или социальным группам. В качестве основной и конечной формы передачи и принятия информации человеком человеку безусловно является язык или речь. Каким бы способом ни была закодирована информация, например, при использовании технических средств информации, в конечном итоге она обязана быть переведена на обыкновенный разговорный язык.

Как уже упоминалось, совершенствование речи и языка (устная фаза коммуникации) является объективным процессом в формировании общества и соответственно информационного пространства. У людей появилась потребность что-либо рассказывать друг другу, т.е. передать информацию и знание. Труду, безусловно, принадлежит особая роль в развитии человечества, однако и речь оказала влияние на его развитие в такой же степени, если не в большей. Речь является отражением мыслительных процессов человека. Культура же речи показывает уровень развития и овладение соответствующим информационным пространством.

С помощью письменности была решена проблема длительного хранения и передачи информации, стало возможным обеспечивать связь прошлого с настоящим и непосредственным и даже отдаленным будущим. Письменность является первой пространственно и временно отделенной от субъекта информационной формой моделирования природного и социального мира. Изобретение письма равноценно так называемой информационной революции как результат длительного эволюционного развития информационного поля общества, поскольку изменяются знаковые способы организации информации. Наличие письменности позволяет говорить об образовании информационного пространства как самостоятельном оригинальном и особом социальном феномене.

Письменность в процессе своего развития получила свое новое и весьма оригинальное продолжение — это появление книги как особой формы хранения информации и коммуникативного социального взаимодействия. Книжная фаза развития письменности началась в середине XVI в. Изобретение печатного станка Иоганном Гуттенбергом, а вернее, способа печатания текста с помощью подвижных литер, явилось началом эры книгопечатания. Первой русской датированной печатной книгой стал «Апостол», выпущенный в 1564 г. в Москве Иваном Федоровым совместно с Петром Метиславцем. Появилась возможность сохранения авторства, возрос массовый и оперативный обмен информацией. Книгопечатание стало мощным средством в хранении и передаче информации и знания и тем самым значительно увеличило информационные возможности общества и ускорило информационный коммуникативный обмен.

Процессы коммуникации обусловливают социальную природу процесса информатизации общества. И наоборот, создание информационного пространства, в зависимости от его объема и содержания, скорости протекания информации, обусловили социальную природу коммуникативных процессов. Коммуникационная информационная система является наивысшей точкой совершенствования общественной культуры. Хотя влияние информационного пространства на коммуникативные процессы остается не однозначным. В качестве примера можно привести обезличенную массовую коммуникацию, информационно-агрессивную деятельность противоборствующих групп и классов, которые по-разному понимают информационный обмен и тем более содержание передаваемой информации.

В последние годы стало распространяться мнение об информационном кризисе. Книжная информатика и в самом деле стала понижать свою эффективность. Кроме того, появляется противоречие между потоками массовой литературы и персональными возможностями читателей. Нередко создается такая ситуация, когда намного легче найти новое решение какой-нибудь задачи, чем убедиться в том, что это кто-то уже сделал. Следовательно, возникает необходимость в более совершенных технических средствах для того, чтобы ликвидировать информационный кризис. Сегодня информация приобретает еще и электронный вид, но это уже качественно новая форма хранения информации, которая в последние годы все более и более востребована. Однако полное исчезновение печатной продукции пока не прогнозируется. Безусловно, необходимо сохранить книгу в качестве атрибута культуры еще очень долгое время.

Компьютерная фаза является новейшим безбумажным периодом в формировании информационного пространства и коммуникации. В данный период бумага нужна лишь для воспроизводства визуально оформленных важных документов. Систематизацию, хранение, переработку информации, а также трансляцию ее на значительные расстояния осуществляют теперь при помощи техники. Основным отличием электронного диалога от межличностной устной коммуникации является не столько опосредованность экраном, сколько факт общения не с личностью, а с машиной. Диалог «индивид — машина — индивид» является ключевым отличием электронной информационной коммуникации от устной и документальной, в рамках которых совершается непосредственный или опосредованный документом диалог «индивид — индивид».

В чем же заключаются качественно новые возможности электронной информационной системы? Локальные электронные информационные системы за счет образования глобальной сети превращаются в составную часть глобального информационного пространства, вовлекая в коммуникативный процесс вес большее количество людей. Маневренность содержания и оформления электронных страниц в буквальном смысле побуждают читателя окунуться в весьма широкое информационное поле. Совершенно по-другому начинает функционировать допустимая емкость информационного материала, которая обеспечивается глобальной сетью баз данных, знаний и экспертных систем, к которым можно подсоединить любую персональную электронную систему. Электронная система увеличивает социокультурный охват, чему способствует переход от жестко закрепленного текста, свойственного традиционной письменной культуре, к «гибкому» тексту с его моментальной готовностью к модификации и оперирование разными текстами. Большую роль здесь играет так называемая система гипертекстов. В результате читать такой текст можно по-разному, в зависимости от того, какую задачу себе поставит пользователь: от одной статьи к другой по мере надобности, игнорируя отсылки; читать статьи подряд, справляясь с прямыми отсылками; наконец, пуститься в гипертекстовое плавание, т. е. от одной отсылки переходить к другой и так в принципе до бесконечности, покуда будет простираться информационное пространство.

Гипертекст является новейшей информационной технологией работы с текстами на компьютере и в Интернете. Он устроен таким образом, что превращается в систему, иерархию текстов, одновременно составляя единство из множества содержаний. Фактически гипертекст позволяет моментально переходить от одной информационной базы к другой и выбирать там те блоки информации, которые становятся основой знания при решении человеком той или иной задачи. Информационный коммуникационный процесс в последнем случае, т.е. при пользовании гипертекстом, состоит из следующих ключевых компонентов: отбор знакомых символов из информационного блока отправителя и трансляция их по так называемому коммуникационному каналу, затем идентификация воспринятых символов адресатом при помощи наличествующего у него соответствующего инструмента, технического или аналитического.

Основательное исследование информационной коммуникации предполагает выделение в ней отдельных периодов и ступеней. Знание роли и содержания каждого из периодов позволяет наиболее эффективно управлять течением всего процесса коммуникации. Передающего информацию называют отправителем. Отправитель — это ведущая роль, которая заключается в проектировании и шифровании информации, подготовленной для трансляции иным участникам данного процесса. Исполнение указанной роли начинается с самоидентификации личности в границах коммуникации. Необходимо, прежде всего, сформулировать, какую информацию и с какими целями следует транслировать иному участнику процесса.

Далее идет кодирование информации. Кодирование — это изменение подготовленного для передачи символа или групп символов одного кода в символ или группы символов другого кода, которые могут быть переданы. При этом речь идет не только о технических средствах кодирования и технического кодирования, например, шифрование, хотя в технической среде такое кодирование происходит обязательно, чтобы приспособить передаваемую специальную информацию по содержанию и форме, к возможностям используемых технических средств. Человек, передавая информацию, непосредственно или опосредованно, например, через Интернет, другому человеку, всегда ее кодирует. Таким кодом выступает слово, предложение и сам текст, закодированные в системе знаний и информации передающего человека. Принимающий обязан их декодировать, но уже в своей системе знаний и информации. Кодирование, таким образом, один из ключевых моментов в процессе установления коммуникативного общения, который нередко приводит, при неправильном использовании кодов, к непониманию друг друга и непринятию передаваемой информации и знания.

В процессе коммуникации кодирование возникает с избрания системы кодовых символов, так называемых носителей информации. К носителям информации можно отнести осязание, звук, свет, температуру, обоняние, какие-либо физические действия и, конечно, слово, предложение и пр. Затем носители формируются в некоторую форму, в качестве которой может выступать сообщение, текст, изображение, действие и т.п. Способности человека изъясняться, сочинять, жестикулировать, позировать и т.д. играют значимую роль в возможностях отправителя кодировать информацию.

В результате всего вышесказанного создается информационное сообщение, которое содержит некоторые значимые данные. Значимость при этом не имеет характера универсальности. Смысл передаваемого информационного сообщения изначально определяется отправителем, так как оно заключает в себе его мысли, ценности, взгляды на события и эмоции. Отправитель при этом очень надеется, что сообщение будет понято в соответствии с заложенным в нем смыслом. Чем сильнее оказывается отличие между транслированным и принятым, тем скуднее межличностная коммуникация. Так, узкие специалисты обычно сталкиваются с такой проблемой коммуникации, как неясность используемой ими формы кодирования (представления знаний) кругу слушателей. Абсолютное отличие в транслированном и принятом значениях обозначает отсутствие у участников процесса общего комплекта, базы знаний. Словесные же и невербальные носители информации сами по себе никаким смыслом не обладают. Сообщение с помощью передатчика попадает в передающий канал, который доводит его до указанного получателя. Передатчиками могут служить сам человек, технические средства, а также химическое либо физическое состояние окружающей среды и пр. и пр.

Информационная коммуникационная сеть — это объединение включенных в коммуникацию индивидуумов (субъектов) при помощи потоков информации. В данном случае принимаются во внимание не индивидуумы как таковые, а отношения существующих между ними коммуникаций. В коммуникационную сеть входят потоки информационных сообщений между двумя или более субъектами. Действует она по устоявшемуся в организации образцу, не обеспечивая обязательную полноту и точность трансляции смысла. Тем не менее, коммуникационная сеть может способствовать уменьшению или увеличению разрыва в содержании между направленным и принятым сообщением. Вертикальные коммуникационные связи осуществляются по принципу «от общего к частному», тогда как горизонтальные — реализовываются между коммуникациями, одинаковыми, как правило, по степени общности. Сеть информационных коммуникационных связей характеризует подлинное строение организации, поэтому задачей формального структурирования информационной среды является направление потоков коммуникации в нужную сторону, ожидаемое потребителем.

 Для групп одинаковой либо различной численности установлены свои стандарты информационных коммуникационных сетей. В замкнутых сетях вида «окружность» члены группы могут контактировать лишь с теми, кто находится непосредственно рядом, около них. В сетях вида «окружность», но с центром посередине, отражена централизованная по форме (но не по содержанию) система коммуникации, при которой коммуникативные субъекты контактируют между собой посредством своего центра. Такая система коммуникаций чаще всего выстраивается в иерархических структурах власти. Условием функционирования подобной структуры является то, что личность, которая находится в центре, обладает большими коммуникационными связями, чем остальные члены данной группы. Данное положение дает ряд преимуществ руководителю, так же как и накладывает на него определенные обязательства. Центральная фигура принимает больше сообщений, чаще передается лидером и имеет большее социальное воздействие на остальных членов группы. Вместе с тем она, как правило, несет большую ответственность за трансляцию сообщений и разрешение проблем. Аналогичную картину можно увидеть в сетях вида пирамиды. Подобные сети получили название жестко централизованных. Они могут быть довольно эффективными в случае решения специальных задач.

Еще вид информационной коммуникации представлен в виде последовательности субъектов, без начала и конца. В данных сетях появляются уже горизонтальные связи — элемент децентрализации. Такие сети представляют собой полностью децентрализованные, самостоятельные группы. Как правило, они необходимы в том случае, когда требуется участие всех сотрудников в решении сложных проблем. Подобный подход по-другому называется открытыми коммуникациями.

Знание видов сетей информационных коммуникаций необходимо для установления специальных, например, властных отношений и ведения контроля за подчиненными субъектами. При этом надо заметить, что укрытие либо искажение информации часто служит опорой властных отношений. В этом случае можно устанавливать свои информационные потоки, тщательно их контролировать и тем самым воздействовать на подчиненных субъектов коммуникативного процесса. Эффективный характер работы членов коллектива обусловливает выбор наиболее эффективного вида сети коммуникаций. Так, простая взаимная зависимость допускает централизацию власти, сложная — вызывает к жизни «командный» подход к построению коммуникационных сетей. Тем не менее, есть вероятность того, что сложная сеть может не справиться с той или иной специальной задачей. Отсюда очень важный вывод, что каждая из перечисленных информационных коммуникационных сетей решает свои специфические задачи на достижение определенных целей.

 

Информационное пространство в системе коммуникаций

 

Информационное пространство, каким бы оно ни было по объему или содержанию, является способом общения человека с другим человеком или социальными группами. В межличностной коммуникации люди используют множество информационных полей и информационных баз данных для установления информационного обмена. При этом использует различные модели информационного общения. Знакомство с моделями информационной коммуникации позволяет понять, как человек поведет себя в том или ином информационном пространстве, и, с другой стороны, как «ведут» себя информационные базы данных при решении человеком или социальной группой той или иной задачи.

По сути и в самом общем виде можно выделить две модели информационного коммуникативного обмена. Первый — это непосредственный межличностный обмен и второй — опосредованный, когда базы информационных данных (информационные пространства) становятся своеобразным проводником и опосредованным звеном в межличностном (межгрупповом) коммуникационным процессе. У каждой из этих форм есть свои достоинства и недостатки.

Межличностный обмен оперирует только той информацией, которая имеется у него в сознании. И никакой другой базы данных у него нет. В силу ряда причин, о которых мы в настоящее время не будем говорить, личностная информационная база данных является весьма ограниченной. В силу этого межличностная коммуникация оказывается весьма сильно обеднена и неспособна решать многие актуальные и жизненно важные вопросы. Но в то же время межличностный обмен очень богат эмоционально на информацию, так скажем, личностного индивидуального характера. Последнее является весьма важным при решении ряда специальных задач. В межличностном непосредственном контакте можно выделить две формы обмена информацией. Коммуникационный процесс включает в себя обмен словесной и невербальной информацией. Первостепенной его целью должно быть обеспечение понимания информации, которая собственно и является объектом обмена.

Введение в научный обиход понятия «информационная коммуникация» в целом дает возможность охватить все разнообразие обстоятельств, в которых на индивидуума оказывает влияние окружающая его информационная среда. Поэтому появился так называемый опосредованный обмен информацией.

Опосредованный межличностный обмен оперирует независимыми и опосредованными базами данных. Техническая и общественная мысль пошла по направлению расширения независимых информационных пространств. Преимущество такого коммуникативного процесса заключается в том, что человек может пользоваться сегодня практически не ограниченными информационными возможностями (например, Интернет) при решении своих задачи. Правда, при этом несколько тормозится процесс поиска и получения информации. Поэтому сегодня все технические службы информационного обмена направлены на то, что бы убыстрить поиск и доставку информации. Очень часто она связана именно не с прямым, а с опосредованным общением, т. е. с трансляцией информации при помощи разнообразных технических устройств, включая такие СМК, как — телевидение, радиовещание, прессу и т.д.

Можно выделить еще один канал и форму информационного обмена, так, скажем, смешанную, которая в последние годы, благодаря появлению портативных компьютеров, приобретает все большее значение. Речь идет о том, что при непосредственном межличностным обмене человек может одновременно пользоваться и разнообразными информационными базами данных, обращаясь при помощи компьютера к тем или иным информационным полям. Такой обмен значительно богаче, позволяет пользоваться не только личностной базой данных, но и другими независимыми базами данных, кроме того, он весьма и весьма оперативен. Так же сохраняется возможность иметь богатую палитру эмоциональной информации, полученной от собеседника, которая нередко оказывается более важной многих информационных баз данных.

Коммуникация в социальной сфере есть передача каких-либо сообщений, обозрений, различных данных. Однако в отличие от простого общения она может обладать как двухсторонним, так и односторонним характером. Коммуникация допустима не только между людьми, но и между индивидуумом и автоматом, между неодушевленными объектами и разнообразными живыми организмами. И здесь очень важным фактором выступает обратная связь подтверждения получения и при необходимости обработки полученной информации.

Обратная связь свидетельствует об эффективности действия коммуникации. С ее помощью последняя превращается в динамический двусторонний процесс. Обратная связь позволяет вовремя исправить организационные ошибки коммуникационного процесса. Чтобы транслируемая информация достигла заданной цели, коммуникатор должен учитывать особенности стадий коммуникационного процесса. Каждая стадия в той или другой степени требует доскональной профессиональной проработки. Структурирование коммуникации на элементы и стадии позволяет обнаружить ее наиболее сильные и слабые стороны.

На эффективность информационного коммуникативного обмена влияет целый ряд регулируемых и нерегулируемых факторов. К регулируемым факторам следует отнести ключевые составляющие процесса коммуникации, которые подвластны службам и лицам для направления информационных потоков в нужное русло и для решения специальных задач. Но здесь имеется своя опасность, когда лица, регулирующие информационные потоки, будут использовать потенциальные возможности информационных баз данных для решения прежде всего своих личных задач, естественно, за счет общества или социальных групп. Так чаще всего поступают различные властные структуры.

К нерегулируемым факторам, от которых также зависит успешность коммуникации и на которые практически невозможно воздействовать, относят прежде всего те базы данных, на которые невозможно, во всяком случае пока, воздействовать и регулировать каким-либо путем и прежде всего административными мерами. К таким информационным данным относится сегодня прежде всего Интернет. Хотя и здесь неоднократно возникают поползновения со стороны властных и других структур каким-то образом регулировать и управлять данной базой данных, нередко ссылаясь при этом на факты распространения противоправных и безнравственных материалов.

Коммуникация в социальном управлении — это обмен какими-либо сообщениями между индивидуумами в целях выявления имеющихся проблем и поиска решений по их урегулированию, а также обеспечения гармоничного взаимодействия при обоюдном учете интересов всех сторон.

* * *

Грамотное распределение отношений в коммуникативном информационном пространстве — сложная задача. Эти отношения по сути не исследованы достаточно полно, остается непонятным механизм их складывания и тенденции развития. По большей части коммуникативные процессы в информационном пространстве складываются стихийно, в зависимости от решения тех или иных практических задач. И только постфактум, когда эти отношения приобретают устойчивый характер, мы говорим о нормах и законах социальных отношений, которые позволяют строить новые типы отношений и решать новые задачи.

И в самом деле многообразие задач и интересов всегда можно свести к некоторому минимуму основных типов отношений, которые определяются, как правило, спецификой функционирования самого объекта. Ограниченное количество типов социальных отношений свидетельствует о богатстве самого объекта, в данном случае информационного пространства или его бедности. Но до тех пор, пока не выявлены все типы информационно-коммуникативных отношений, нельзя ровным счетом ничего сказать о самом объекте. Так что в этой области еще многое надо прояснить.

 Из книги Тоффлер Элвин . Третья волна. Глава 13

Склад образов

 

Информационная бомба взрывается в самой гуще людей, осыпая нас шрапнелью образов и в корне меняя и восприятие нашего внутреннего мира, и наше поведение. Переходя от информационного пространства Второй волны к Третьей волне, мы изменяем свою психику.

Каждый из нас создает ментальную модель действительности, у нас в голове существует как бы склад образов. Одни из них визуальные, другие слуховые, есть даже тактильные. Некоторые — только «перцепты» — следы информации об окружающей нас среде, т. е. они запоминаются, как образ, например, мельком увиденного голубого неба. Есть и определяющие отношения «ассоциации», предположим, два слова — «мать» и «дитя». Одни образы простые, другие сложные и концептуальные, подобно идее о том, что «причина инфляции лежит в повышении зарплаты». Связанные воедино, эти образы дополняют нашу картину мира, помещая нас в пространство, время, определяя наше место в структуре личностных взаимоотношений.

Эти образы не появились сами по себе. Они формируются непонятным для нас образом из сигналов или информации, получаемой нами из окружающей нас среды. Поскольку эта среда насыщена переменами, то на нашу работу, наши семьи, церковь, школы, политические институты влияет Третья волна информации, но и море самой информации тоже меняется.

До наступления эры массмедиа ребенок времен Первой волны, росший в медленно меняющейся деревне, строил свою модель реальности из образов, полученных только от учителя, священника, официального лица и, конечно, от семьи. По словам психолога-футуролога Герберта Джорджуа, «в доме не было ни телевизора, ни радио, которые могли бы дать ребенку шанс встречи с разного рода незнакомыми людьми, идущими по разным дорогам жизни, людьми из разных стран... Очень немногие видели какой-либо заграничный город...» В результате было мало людей, которым можно было подражать и следовать.

Их выбор был ограничен еще и тем, что люди, с которых они могли брать пример, сами имели небольшой опыт встречи с другими. Образы мира, сформировавшиеся у деревенского ребенка, были очень скудными.

Сообщения, которые он получал, были, напротив, многословными, это была, как правило, случайная речь, полная пауз и повторов, т. е. «череда» идей усиливалась различной информацией рассказчика. Ребенок слышал «ты не должен» и в церкви, и в школе. Эти слова дополняли поучения, которые шли от семьи и государства. Консенсус в общине, сильное давление в сторону конформизма действовали на ребенка с рождения и еще больше ограничивали имеющийся образный ряд и его поведение.

Вторая волна увеличила число каналов, из которых индивид черпал материал для формирования картины мира. Ребенок пополнял свой образный ряд не только из природы и от людей, но и из газет, популярных журналов, радио и, позднее, от телевидения. Во всем остальном церковь, государство, дом и школа продолжали вещать в унисон, дополняя друг друга. Со временем средства массовой информации сами превратились в гигантский громкоговоритель. Их энергия текла по региональным, этническим, племенным каналам, стандартизируя образы, бытующие в обществе.

Некоторые визуальные образы, например, были так распространены среди масс и так имплантированы в память миллионов людей, что превратились по сути дела в иконы. Ленин с выдвинутым вперед подбородком как символ триумфа под развивающимся красным знаменем стал такой же иконой для миллионов людей, как и образ распятого Христа. Образ Чарли Чаплина в котелке и с тросточкой или Гитлера, неистовствующего в Нюрнберге, образы тел, сложенных, как дрова, в Бухенвальде, Черчилля, показывающего знак V — символ победы, или Рузвельта в черной накидке; Мерилин Монро в юбочке, поднятой ветром, тысячи звезд масс-медиа и тысячи различных, повсеместно узнаваемых потребительских товаров — кусок мыла «Айвори» в Соединенных Штатах, шоколад «Моринага» в Японии, бутылка «Перье» во Франции — все это стандартные составляющие общего файла образов.

Эти централизованно разработанные образы, впрыснутые в массовое сознание средствами массовой информации, способствовали стандартизации нужного для индустриальной системы поведения. Сейчас Третья волна радикально меняет все это. По мере ускорения перемен в обществе изменяемся и мы сами. Нас настигает все новая информация, и мы вынуждены постоянно пересматривать картотеку образов. Старые, относящиеся к прошлой жизни образы должны заменяться новыми, иначе наши действия не будут соответствовать новой реальности, мы станем более некомпетентными. Невозможно все охватить.

Это ускорение процесса становления образов внутри нас приобретает временный характер. Одноразовое искусство, быстро снятые комедии положений, снимки, сделанные «Полароидом», ксероксы, образчики изобразительного искусства, которые пришпиливают, а затем выбрасывают. Идеи, верования и отношения как ракеты врываются в наше сознание и внезапно исчезают в никуда. Повседневно опровергаются и ниспровергаются научные и психологические теории. Идеологии трещат по швам. Знаменитости порхают, делают пируэты, атакуя наше сознание противоречивыми политическими и моральными лозунгами.

Трудно отыскать смысл в этой бурлящей фантасмагории, понять, как происходит процесс производства образов, поскольку Третья волна не просто ускоряет информационные потоки, она трансформирует глубинную структуру информации, от которой зависят наши ежедневные действия.

 Демассифицированные средства массовой информации

В эпоху Второй волны средства массовой информации захватывали все большую и большую власть. Сейчас же происходят поразительные перемены. Когда подобно грозе нагрянула Третья волна, никто не ожидал, что средства массовой информации вместо того, чтобы расправить крылья, будут вынуждены поделиться своим влиянием. Они потерпели поражение сразу на нескольких фронтах от явления, которое я называю «демассификацией масс-медиа».

Первый пример дают нам газеты. Самые старые средства массовой информации Второй волны — газеты —теряют своих читателей. К 1973 г. газеты США в своей совокупности достигли тиража в 63 млн экземпляров ежедневно. С 1973 г. вместо увеличения своего тиража они начали его терять. К 1978 г. эта цифра упала до 62 млн, но худшее ждало впереди. Процент американцев, читающих газеты ежедневно, также упал с 69% в 1972 г. до 62% в 1977 г., и некоторым самым важным газетам нации был нанесен особенно ощутимый удар. В Нью-Йорке с 1970 по 1976 г. три основных ежедневных газеты потеряли 550 тыс. читателей. «Los Angeles Times», расцвет которой пришелся на 1973 г., к 1976 г. потеряла 80 тыс. читателей. Две больших филадельфийских газеты потеряли 150 тыс. читателей, две больших кливлендских газеты — 90 тыс., и две газеты Сан-Франциско — более 80 тыс. В то время как во многих частях страны неожиданно появились более мелкие газеты, такие крупные американские ежедневники, как «Cleveland News», «Hartford Times», «Detroit Times», «Chicago Today», «Long Island Press», скатились на обочину. Ту же картину мы наблюдаем и в Великобритании, где в период с 1965 по 1975 г. ежедневные национальные газеты снизили тираж на 8%.

Такие потери объясняются не только расцветом телевидения. Каждая массовая ежедневная газета встречает все большую конкуренцию со стороны набирающих силу малотиражных еженедельников, газет, выходящих два раза в неделю, так называемых «газет для потребителей», служащих не для столичного потребительского рынка, а округе и общинам внутри него и дающих более узкую рекламу и новости. Полностью насытив рынок, крупные столичные ежедневники находятся в глубоком кризисе, менее массовые издания заменяют их.

Второй пример — популярные журналы. С середины 1950-х гг. и далее почти не было года, когда бы в Соединенных Штатах не прекратил свое существование большой журнал. «Life», «Look», «Saturday Evening Post» — все сошли на нет, чтобы позже возродиться в своем малотиражном бледном подобии. Между 1970 и 1977 гг., несмотря на то, что население Соединенных Штатов выросло на 14 млн человек, общий тираж основных 25 журналов упал на 4 млн экземпляров.

Одновременно с этим в США произошел буквально взрыв мини-журналов — появились тысячи новых, предназначенных для маленьких, региональных или даже местных рынков со своими специфическими интересами. Пилоты и вообще люди из авиации сейчас могут выбирать между десятками наименований периодики, издаваемой специально для них. Тинэйджеры, аквалангисты, пенсионеры, женщины-легкоатлеты, коллекционеры старых фотоаппаратов, любители тенниса, скейтбордисты — все имеют свою прессу. Множатся такие региональные журналы, как «New York», «New West», «D» в Далласе или «Pittsburgher». Некоторые подразделяют рынок как по региональным признакам, так и по интересу: «Kentucky Business Ledger», например, или «Western Fanner».

С появлением этой новой, быстрой, дешевой прессы каждая организация, община, политическая или религиозная группа и группка могут позволить себе иметь свой печатный орган. Даже небольшие группы имеют свои издания, сделанные на копировальных машинах, которые появились во всех американских офисах. Массовые журналы потеряли свое некогда мощное влияние на жизнь нации. Немассовый мини-журнал быстро набирает силу.

Но значение Третьей волны в массовых коммуникациях не сводится лишь к печати. В период между 1950 и 1970 гг. число радиостанций в США выросло с 2336 до 5359. В этот период население увеличилось только на 35%, а число радиостанций на 129%. Это значит, что раньше на 65 тыс. американцев была одна радиостанция, а сейчас одна радиостанция на 38 тыс. человек; т. е. сейчас слушатель имеет больший выбор программ и аудитория обслуживается большим числом радиостанций.

Увеличился также предложенный выбор; различные радиостанции обращаются к своей собственной аудитории, а не к безликой общей массе, как раньше. Станции, передающие общие новости, вещают для образованных взрослых людей среднего класса. На разные группы молодежи ориентируются радиостанции, по которым «гоняют» различные типы рок-музыки: хард-рок, софт-, панк-, кантри- и фолк-рок. Музыку в стиле соул передают радиостанции, чью аудиторию составляют черные американцы. Радиостанции, специализирующиеся на классической музыке, имеют в виду взрослых людей с высокими доходами; есть радиостанции, вещающие на иностранных языках для различных этнических групп — от португальцев, живущих в Новой Англии, до итальянцев, чиканос, японцев и евреев. Вот что пишет политобозреватель Ричард Ривз: «В Ньюпорте, штат Род-Айленд, я проверил радио AM и обнаружил 38 станций, три из которых — религиозные, две предназначены для цветных и одна вещала на португальском».

Новые формы аудиокоммуникации забирают себе то, что осталось от массовой аудитории. В 60-е годы маленькие дешевые магнитофоны и кассетники распространились среди молодежи, как пожар в прерии. Это всеобщее заблуждение, что нынешние подростки проводят больше времени у радио; они слушают радио меньше, чем их сверстники 60-х гг. В 1967 г. в среднем они проводили у радио 4, 8 часа в день, а в 1977 г. только 2, 8 часа.

Затем настало время радио «ситизенз бэнд» (citizens band). В отличие от широкого вещания, являющегося строго односторонним (слушатель не может переговариваться с диктором), автомобильные радиоприемники дают водителям возможность общаться друг с другом в радиусе 5—15 миль.

Между 1959 и 1974 гг. в Америке был только 1 млн частных радиостанций. Затем, по словам обескураженного официального лица из Федеральной комиссии по массовым коммуникациям, «нам потребовалось всего 8 месяцев, чтобы набрать , второй миллион, и 3 месяца — третий». СБ расцвело пышным цветом, и к 1977 г. использовалось уже около 25 млн личных радиоустановок, так что весь эфир был наполнен разноцветной болтовней — от предупреждений, что «смоуки» (полиция) ловит нарушителей скоростного режима, до молитв и зазываний проституток. Это увлечение уже прошло, но его последствия еще существуют.

Радиобоссы, опасаясь за свои доходы от рекламы, яростно отрицают, что СБ уменьшило их аудиторию. Но рекламные агентства в этом не уверены. Одно из них, Marsteller, Inc., провело опрос в Нью-Йорке, и выяснилось, что 45% пользователей СБ на 10—15% сократили прослушивание обычного радио. Более того, исследование показало, что больше половины пользователей СБ одновременно слушали и обычное радио в машине, и свое радио СБ. В любом случае сдвиг в сторону разнообразия печатной продукции произошел параллельно с изменением в сфере радиовещания. И та, и другая сферы теряют свою аудиторию (демассифицируются).

Но только в 1977 г. средства массовой информации Второй волны потерпели свое самое значительное поражение. Для целого поколения самым мощным и самым массовым средством информации было, конечно же, телевидение. В 1977 г. оно начало «мигать». Вот что писал журнал «Time»: «Все рушится, боссы телевещания нервно всматриваются в цифры... они не верят своим глазам... Впервые за свою историю телевидение теряет зрителей». «Никто не мог предположить, — бормочет другой человек из рекламы, — что популярность телевидения пойдет на спад».

Даже сейчас нет недостатка в объяснениях этого факта. Нам говорят, что программы стали еще слабее, чем раньше, что много того и мало этого. Теленачальники нервно ходят по коридорам; нам обещаны новые программы. Но глубинная истина только начинает выплывать из облаков многообещающего телевосхваления. Клонится к закату день всемогущества централизованной сети вещания, контролирующей производство образов. И на самом деле, президент компании NBC (Эн-Би-Си), обвиняя три основные телесети США в стратегической "тупости", предсказал, что к 1980 г. часть публики, смотрящая их программы в прайм-тайм, сократится наполовину. Третья волна в средствах массовой информации подрывает господство магнатов Второй волны во всех областях.

Кабельное телевидение проникло сейчас в 14,5 млн домов и, по-видимому, ворвется со скоростью урагана в 80-е гг. Промышленные эксперты ожидают, что к концу 1981 г. от 20 до 26 млн человек будут пользоваться кабельным телевидением, т. е. кабельное телевидение будет доступно 50% американских семей. Дело пойдет еще быстрее, поскольку медные провода заменены дешевыми стекловоло-конными системами, где свет проходит в тончайших стеклянных волокнах. И подобно скоропечатанию или ксероксу кабель демассифицирует аудиторию, разделив ее на множество мини-аудиторий. Более того, кабельные системы могут сделать телесвязь двусторонней, так что зрители будут не только смотреть программы, но и общаться с различными службами. В Японии к началу 80-х гг. целые города будут связаны стекловолоконным кабелем, и пользователи смогут заказывать ie только программы, но и диапозитивы, различные сведения, записи театральных юстановок, газетный и журнальный материал. Служба спасения и пожарные службы будут работать по той же системе.

В Икоме, спальном районе Осаки, я давал интервью в телешоу по экспериментальной программе «Хай-Овис» («Hi-Ovis»), когда микрофон и телекамера ставятся на телевизор в доме каждого пользователя, так что зрители могут быть не только получателями, но и отправителями информации. В то время как ведущий шоу брал у меня интервью, некая миссис Сакамото, глядя эту программу у себя в гостиной, подключилась к нам и начала с нами разговаривать на ломаном английском. И я, и телезрители видели на экране ее, приветствующую меня в Икоме, и ее бегающего по комнате маленького сынишку.

«Хай-Овис» имеет банк видеокассет обо всем на свете — музыка, кулинария, образование и многое другое. Пользователи могут набрать кодовый номер и через компьютер, в любое время дня и ночи, могут потребовать, чтобы им показали на экране нужную им кассету. Хотя эта система работает только в 160 домах, этот эксперимент поддерживается японским правительством и получает финансовую поддержку от таких корпораций, как «Fujitsu», «Siimimoto Electric», «Matsushita» и «Kintetsu». Это очень продвинутая система, работающая на технологии оптических волокон.

В Коламбусе, штат Огайо, неделей ранее я посетил систему Уорнер Кейбл корпорейшн Кьюб (Warner Cable Corporation's Qube, system). Она обеспечивает пользователя 30 телеканалами (против четырех регулярных передающих станций) и дает возможность смотреть специализированные программы всем — от школьников до врачей, юристов или «только для взрослых». «Кьюб» — самая разработанная, коммерчески окупаемая, двусторонняя кабельная система в мире. Пользователю дается аппарат, похожий на калькулятор, ему нужно только нажать кнопку, и он соединяется со станцией. Зритель, использующий так называемую «горячую кнопку», может соединиться со студией «Кьюб» и ее компьютером. «Time», описывая эту систему, восхищается тем, что пользователь благодаря ей «выражает свое мнение в местных политических дебатах, продает гаражи, участвует в благотворительных аукционах, где продаются objets d'arts... Нажав кнопку, Джо или Джейн Коламбус могут задать каверзный вопрос политику или вынести приговор участникам конкурса любительских талантов». Потребители имеют возможность устроить «ярмарку сравнений местных супермаркетов» или заказать столик в Восточном ресторане. Кабель все же не единственная проблема, с которой столкнулись телесети.

Видеоигры — ходовой товар в магазинах. Миллионы американцев стали страстными поклонниками приспособлений, превращающих телеэкран в стол для пинг-понга, хоккейное поле или теннисный корт. Эта разработка может показаться тривиальной и не иметь отношения к тому, чем занимаются ортодоксальные политические аналитики. Но она представляет собой волну социального обучения, это предварительная тренировка, готовящая нас к жизни в электронном мире. Видеоигры не только разрушают массив аудитории, уменьшая число тех людей, которые просто смотрят телевизор; благодаря этому нехитрому приспособлению миллионы людей учатся играть с телевизором, отвечать ему, взаимодействовать с ним. В этом процессе из пассивных получателей информации они превращаются в ее отправителей. Пожалуй, они манипулируют телевидением, а не телевизор — ими.

Информационные службы, работающие на телевидении, сейчас уже доступны в Великобритании, где зритель, снабженный адаптером, может нажать кнопку и выбрать из десятков таких разных информационных служб то, что он хочет — новости, погоду, финансы, спорт и т. д. Эти данные проходят по телевизионному экрану, как по ленте телеграфного аппарата. Вскоре пользователи смогут ввести в телевизор жесткий диск и перенести на бумагу все, что они пожелают сохранить. И опять же выбор у них гораздо больше, чем был раньше.

Видеомагнитофоны тоже распространяются очень быстро. К 1981 г. торговцы надеются продать миллион штук. Видео не только дает возможность записать, например, футбольный матч в понедельник, чтобы посмотреть его в воскресенье (таким образом разрушая синхронность образного ряда, которую дает телевизионная сеть), но и закладывает основы продажи кассет с записями фильмов и спортивных событий (арабы не проспали важный момент: кассету с фильмом «Посланник» («The Messenger») о жизни Мухаммеда можно купить упакованной в коробку с позолоченной арабской вязью на ней). Благодаря видеомагнитофонам можно иметь специализированные кассеты, например, медицинский учебный материал для медработников или кассеты для покупателей с инструкциями о том, как собрать мебель или подключить тостер. Что важнее, видео дает возможность каждому потребителю стать производителем образов, принадлежащих только им. Опять-таки аудитория традиционного телевидения редеет, демассифицируется.

И, наконец, домашние спутниковые антенны позволяют индивидуальным телестанциям формировать временные мини-сети для специализированного программирования и посылать сигналы повсюду и отовсюду за минимальную цену, тем самым разрушая существующие телесети. К концу 1980 г. операторы кабельного телевидения будут иметь одну тысячу наземных станций, способных принять сигналы со спутниковых антенн. «На этом этапе, — пишет журнал «Television/Radio Age», — диспетчеру программ нужно будет только купить время на спутнике — и он имеет национальную кабельную телесеть... он может выборочно подключиться к любой системе по своему выбору». «Спутник, — заявляет Уильям Дж. ДоннеллИ, вице-президент огромной рекламной компании «Young & Rubicam», отвечающий за электронные средства информации, — ведет к появлению более мелких аудиторий и большего числа национальных программ».

Все эти разработки имеют одну общую черту: они делят телезрителей на группы, и каждый новый сегмент не только увеличивает разнообразие нашей культуры, но и глубоко проникает в мощную структуру телесетей, которые до сих пор полностью подавляли наш образный ряд. Джон О'Коннор, критик из газеты «New York Times», кратко резюмирует: «Одно точно: коммерческое телевидение не может больше нам диктовать, что смотреть и когда смотреть».

На первый взгляд все это кажется набором не соотносящихся между собой событий, однако на деле является процессом взаимосвязанных перемен, которые маячат на горизонте средств информации, начиная с газет, радио и кончая журналами и телевидением. Средства массовой информации находятся под атакующим огнем. Бурно растут новые, демассифицированные средства информации, которые бросают вызов, а иногда и сменяют средства массовой информации, господствовавшие во всех обществах времен Второй волны. Таким образом, Третья волна начала совершенно новую эпоху — эпоху не массовых средств информации. Наряду с новой техносферой появляется новая инфосфера, и это будет иметь далеко идущие последствия во всех сферах жизни, включая наше сознание. Вместе взятые, эти перемены революционизируют наши представления о мире и наши способности его познания.

Вопросы для повторения

 

1. Что, в целом, представляет собой коммуникация?

2. Кто является основателем общей теории коммуникации?

3. Этапы развития способов коммуникации по Г. Маклуэну.

4. Что послужило предпосылкой оформления национальных Языков и создания научного знания?

5. Как соотносятся темпы роста научной и общекультурной информации?

6. Семафорный телеграф Шаппа и «дальноизвещающая машина» Кулибина.

7. Кто предложил первую конструкцию электрического кабеля?

8. Принцип действия электромагнитного телеграфа П.Л. Шиллинга.

9. Что представляло собой изобретение С. Морзе?

10.Первая датированная печатная книга на Руси.

11. Отличие электронной коммуникации от устной и документальной.

12.Возможности электронной книги и явление гипертекста.

13.В чем проявляется кумулятивный характер коммуникационных актов?

14.Ступени и роли межличностной коммуникации.

15.Что входит в систему кодовых символов (информационных носителей)?

16.В чем состоит успех межличностной коммуникации?

17.Что такое коммуникационная сеть?

18.Вертикальные и горизонтальные коммуникационные связи.

19.Типы и задачи коммуникационных сетей в управлении.

20.Для решения каких проблем используются централизованные сети?

21. Что называют открытыми коммуникациями?

22.Преимущества прямого и опосредованного информационного обмена.

23.Функции обратной связи при коммуникации.

24.Регулируемые и нерегулируемые факторы эффективности коммуникации.