Вопрос 1. Исторические условия возникновения христианства

1. Организация и структура ранней христианской церкви.

Христианство в I в. н.э. не знало церковной организации; вместо института священства были апостолы, проповедники, выходившие из рядовой массы верующих и, как считалось, обладавшие харизмой, то есть способностью «даруемой духом», пророчествовать, исцелять и т. д. Любой христианин мог назвать себя харизматиком и если он имел приверженцев, то фактически руководил делами общины. Со второй половины II в. руководство общинами сосредоточивается все более в руках пресвитеров – старейших членов в общине по возрасту или времени вступления в общину. Руководство это носило хозяйственный характер и первоначально связано было с христианскими трапезами, обслуживание которых поручалось диаконам. С ростом общины увеличивалось и хозяйство, у которого появились уже надзиратели-епископы. Ими зачастую были люди не в силу своего «пророческого дара», а в силу своей зажиточности, которые отвечали за сохранность денег и припасов. Верующим внушалось, что епископ обладает унаследованной от апостолов «благодатью божьей», что он один ею распоряжается и что он – опора церкви. В это время церковь уже сменяет пророческое учение о ненависти к богатым проповедью о непротивлении злу и любви к врагам: она уничтожает представление о равенстве людей, господина и раба, устраняет братские отношения внутри общины и отменяет совместные трапезы. Таким образом, новая религия становится удобным орудием для государства в то время, когда ему удается определенный союз с епископатом. Такой возможности способствует и то, что сами епископы начиная бесконтрольно распоряжаться имуществом общины, успешно пытаются использовать «языческие» представления о «божественной собственности»: она делалась в качестве предмета, служившего культу, принадлежностью той ассоциации, которая содержала за свой счет культовое учреждение и которая приобретала все права юридического лица. При этом для епископов понятие «христианская община» вообще уходит в прошлое. Вместо общины налицо сам епископ неограниченно распоряжается всем церковным имуществом, ибо в его руках общинная касса. И никто из общины, все чаще сравниваемой со стадом овец, не смел выступать против епископа – пастыря (pastor), стригущего свою паству. Само понятие «церковь» (ecclesia) также претерпевает изменение: под ним сначала понимали общину, совокупность христиан, теперь определенное учреждение. По мере увеличения христианских общин росло и богатство церкви, в силу чего она к V в. сделалась могущественным земельным собственником.

Росту христианских общин способствовал так называемый интернациональный принцип, формулировку которого приписывают апостолу Павлу: для христианства нет ни иудея, ни эллина, а только братья во Христе. Однако язычество вносит в христианство свои представления, свою логику и понимание. Каждая община понимает и трактует язычество по-своему. Возникает множество ересей, от греческого hairesis – «выбор» или «секта». В это время насчитывалось более 80 ересей. В качестве примера необходимо упомянуть о монархианах, которые отстаивали абсолютное единство бога и отвергали идею троицы. Одни из монархиан отрицали божественность Христа и видели в нем человека, в котором действовала божественная сила. Этих монархиан называли динамистами (впоследствии – адопцианами); другие монархиане видели в Христе бога и признавали его воплощением самого бога-отца. Так как этим учением бог оказывался как бы пониженным в своем ранге, уравненным сыну и, следовательно пострадавшим, то эта часть монархиан получила название патрипассиан (patris-passio – умаление отца). Над плюрализмом формулировок восторжествовала тринитарная формула крещения как «духовного рождения, воскресения». Наряду с этим, ссылаясь на то, что в «Ковчеге Ноя рядом находились чистые и нечистые твари», духовенству разрешался и конкубинат⁵⁸, и многоженство. Это тоже в некоторой степени помогло распространению христианства. Кроме того, в борьбе с гностицизмом и другими восточными учениями⁵⁹ новая религия должна была найти свою опору в другом «завете», столь же священном как и израильский. В Новый завет были включены четыре евангелия, соборные послания Павла, Петра, Иоанна и другие писания. Новый завет, служа как бы продолжением своего предшественника [Ветхого завета], считался, подобно ему, «боговдохновенным», а, следовательно, каноническим. Наряду с этим, это помогло вытеснению харизматиков; по сути «книга» возобновила борьбу против пророков-энтузиастов. Благодаря этому, рабство начинает возводиться в нравственную обязанность: «Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым. Ибо то угодно богу, если кто, помышляя о боге, переносит скорби, страдая несправедливо. Ибо что за похвала, если вы терпите, когда вас бьют за проступки? Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно богу»⁶⁰. Союз государства с церковью означал отныне союз с епископами, которым была вынуждена подчиняться паства.