83. Абстрагирование как метод научного познания.

Абстракция, или абстрагирование – прием, широко представленный в человеческом познании вообще, приобретает статус метода только в научно-познавательной деятельности. Оно включает такие мысленные операции, как отвлечение от свойств и отношений, незначащих для данного исследования. Соответственно, «оставшиеся», т.е. мысленно выделенные свойства и отношения оказываются на переднем плане, предстают как необходимые для решения задач исследования, выступают в качестве предмета изучения. Отвлекаясь от эмпирических данных, получают абстракции первого порядка, каждый последующий шаг порождает абстракции более высокого порядка, при этом складывается своего рода шкала абстракций – понятий, принципов, научных обобщений, законов, выполняемых на абстрактных объектах (моделях). Она не носит абсолютного характера и всегда при смене задач исследования может быть заменена другой. Так, в небесной механике абстрагируются от химического состава, строения и происхождения солнца и планет, которые выступают в этом случае как носители главного свойства – гравитационных масс. Очень часто отвлекаются от развития, изменения, движения объекта, принимая его покоящимся, неизменным; могут отвлекаться от взаимодействия на молекулярном уровне, учитывая только механические соударения и т.д.

Очевидно, что построение идеального объекта и последующее его исследование предполагает в ходе исследования, по выражению К.Маркса, «восхождение от конкретного к абстрактному». Дальнейшее развитие теоретического знания, учитывая значимость конкретного, предполагает также процесс восхождения от абстрактного к конкретному, которое осуществляется специфически для каждой науки и разных типов знания. Маркс, разрабатывавший и применявший этот метод в «Капитале», как правильный в научном отношении, писал: «Конкретное потому конкретно, что оно есть синтез многих определений, следовательно, единство многообразно. В мышлении оно выступает как процесс синтеза, как результат, а не как исходный пункт, хотя оно представляет собой действительный исходный пункт и, вследствие этого, также исходный пункт созерцания и представления. На первом пути полное представление подверглось испарению путем превращения его в абстрактные определения, на втором пути абстрактные определения ведут к воспроизведению конкретного посредством мышления» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. 1. С. 37). Первый путь – это восхождение от конкретного к абстрактному, второй – от абстрактного к конкретному, т. е. синтез, наполнение конкретными определениями абстрактных понятий на новом уровне знания.

В гуманитарном и социальном знании абстракции также служат основой научного познания. Здесь также создаются понятия, формулируются идеи и принципы, однако это абстракции невысокой степени отвлечения от эмпирического материала, близкие к реальности и индивидуальным явлениям. Анализ историко-литературных исследований позволяет увидеть различные способы абстрагирования, уровень которых не стремится к предельной степени общности, что обусловлено самим характером гуманитарного познания, отражает его специфику.

При этом заслуживает внимания вопрос о сохранении содержательной стороны абстракций и даже возвращении от чрезмерной абстракции к более конкретным и детализирующим моментам понятия. Например, такую базовую абстракцию, как поэтика, понимали ранее (Б.В.Томашевский) как «способ построения» литературных произведений, т.е. близких к лингвистике, своего рода «рабочих принципов» автора или литературной школы. В дальнейшем это понятие было дополнено более конкретными философско-эстетическими принципами (Р.Якобсон, М.Бахтин). Наконец, в исследованиях Д.С.Лихачева и С.С.Аверинцева понятие «поэтика» было включено в культурно-исторический контекст, восходящий к мировоззрению в це-лом – эстетическому, богословскому, философскому значениям (Микешина Л.А. Философия познания. Полемические главы. М., 2002. С. 104-108).

В гуманитарном контексте значимы не только сами приемы абстрагирования, их общеметодологический характер, но и то, как проявляется зависимость характера и уровня абстракций от мировоззренческих, ценностных целей и предпосылок. Так, Д.С.Лихачев показал, как уже отмечалось, что предельное «возвышение» стиля и языка осуществляется через абстрагирование, путем исключения бытовой, политической, военной, экономической терминологии, а также названий должностей, мест, исторических условий, что в полной мере отражало стремление средневековой литературы, найти общее, абсолютное и вечное в частном, конкретном и временном, невещественное в вещественном. Такие приемы позволяли разрушить конкретность и материальность мира, поднять события жизни действующих лиц над обыденностью, рассматривать их под знаком вечности и тем самым перевести, по существу, на уровень идеального и всеобщего. Эти же задачи, обязательные для любого гуманитарного исследования, лежат в основе другого приема абстрагирования - повторяемости образов, сочетания сходных сравнений, метафор, эпитетов, использования трафаретных, традиционных сочетаний, в которых отражаются сложившиеся представления. При использовании этих приемов к отвлеченности мысли добавляется отвлеченность чувств, поскольку в результате повторов, трафаретов стираются все ощутимые признаки и сохраняется лишь общее эмоционально-возвышенное описание.

Ни одно исследование не обходится без так называемой абстракции отождествления, в ходе которой отвлекаются от свойств, индивидуализирующих объекты, что позволяет рассматривать их как неразличимые, тождественные и обобщать или объединять их в некоторые классы (множества), поскольку каждый из них может быть представителем этого класса. Это дает право, исследуя такой идеальный объект, ставший представителем класса, переносить полученные данные на весь класс. Воспользуемся известным примером: герой А.М.Горького в пьесе «На дне» Сатин восклицает «Что такое человек?.. Это не ты, не я, не они… нет! – это ты, я, они, старик, Наполеон, Магомет… в одном!» Так иллюстрируется сочетание индивидуального и общего в понятии «человек», создание которого возможно лишь в ходе абстракции отождествления.