1 Основания праксиологии

Польский ученый Тадеуш Котарбиньский в свое работе «Развитие праксеологии», опубликованной в журнале «Польское обозрение» в 1962 году, попытался выявить истоки и первоначальные этапы становления новой дисциплины и пришел к следующему выводу: «Мне неизвестно, чтобы кто-либо употреблял термин «праксеология» до 1890 года, когда Альфред Эспинас на страницах «Revue Philosophique de la france et de L`etranger» писал: «ремесленник мастерит, крестьянин пашет, моряк плавает на корабле, солдат воюет, купец торгует, профессор учит, управляющий распоряжается. И вот слово «практика» порождает термин праксеология для определения науки о подобных фактах, рассматриваемых в их единстве, науки о наиболее общих формах и принципах действия в мире живых существ» [2].

Интересно то, что сам Котарбиньский, не будучи знакомым, с определением Эспинаса, в 1913 году публикует свою работу под названием «Практические очерки», в которой поднимает проблемы практической деятельности людей, эффективности этой деятельности и соответствия средств и целей. За полгода до этого А. А. Богданов пишет свою знаменитую работу под название «Тектология» (которая, помимо прочего, считается одной из первых попыток построить системную теорию), где также задумывается о природе человеческой деятельности и её эффективности.

Таким образом, не зависимо друг от друга три разных человека были озабочены одной и той же проблематикой, которая оформилась в последствии в целую науку с предложенным Эспинасом названием - праксиология.

Котарбиньский пишет: «Праксеология охватывает три группы проблем: во-первых, аналитическое описание, характеристику, классификацию и систематизацию практических действий; во-вторых, изучение условий и законов, определяющих эффективность действий; в-третьих, изучение генезиса и развития различных видов деятельности, путей их совершенствования и регресса, движемых силой традиции и изобретательностью» [2].

В 1926 году Евгений Слуцкий публикует в четвертом томе издания Киевского университета работу «Запi скi соцi яльно – экономi чного вi ддi лу», в которой определяет праксиологию через ее «конкретизацию-политэкономию». По мнению Слуцкого, «понятие политической экономии или полностью входят в праксеологию, или опираются на ее понятийный аппарат» [2].

Последовательным сторонником взгляда на экономическую науку как на часть праксиологии становится создатель Неоавстрийской школы экономики Людвиг фон Мизес: «Современная теория ценностей раздвигает научные горизонты и рассширяет поле экономических исследований. Из политической экономии классической школы возникла общая теорияя человеческой деятельсти - праксиология. Экономические, или каталлактические, проблемы влились в более общую науку и больше не могут рассматриваться вне этой связи. Изучение собствено экономических проблем не может не начинаться с исследования акта выбора; экономическая теория стала чатью и на сегодняшний день наиболее разработанной, более универсально науки праксиологии» [4 с.7].

Центральным понятием современой экономической науки является понятие «рынок». Исследование рынка входит в круг вопросов, изучаемых каталлактикой – наукой об обмене. Позже мы постараемся подробнее осветить проблемы каталлактики в свете заявленной проблемы «власти». Но сейчас вернемся к праксиологии. Мизес утверждает: «Теорию каталлактики необходимо выстроить на твердом фундаменте общей теории человеческой деятельности – праксиологии» [4 с.10].

Праксиология возникла из желания понять, какую роль играет человеческая дятельность в преобразовании реальности. Какие действия приводят к каким результатам? Основной и первичной категорией праксиологии является деятельность. И первое, что следут подчеркнуть, деятельность в данном случае не рассматривается как животная реакция, обусловленная рефлексом, а носит характер осознанного выбора. И в этом смысле присуща человеку в большей степени, чем кому-либо еще. «Человеческая деятельность есть целеустремленной поведение» [4 с.14]

Почему человек действует? Наверное, потому что хочет что-то изменить. Если же его все устраивает, то он ничего и не совершает. Если человек не удовлетворен собственным состоянием, но все равно не действует, хотя имеет такую возможность, значит, человек предпочитает не делать ничего. Такое ничего неделанье праксиология также определяет как действие, так как в его основе лежит осознанный выбор. «Поэтому действие подразумевает и принятие, и отказ» [4 с.15]. Отказ от действия по изменению ситуации есть акт выбора. Человек делает выбор, следовательно, совершает действие, определяющее ход событий [4].

Для чего человек действует? «Действующий человек стремится исправить неудовлетворительное состояние дел и достичь более удовлетворительного. <…> Мотивом, побуждающим человека действовать, всегда является некоторое беспокойство» [4 с.16].

Таким образом, целью всякого действия является удовлетворение желаний и устранение беспокойства или неудобства действующего человека. Но для того, чтобы совершитьт выбор, выбрать необходимое для достижения цели действие, нужно предполагать, что выбранное «целенаправленное поведение способно устранить или, по крайней мере, смягчить чувство беспокойства» [4 с.16-17].

В основе человеческого выбора лежит сложное явление – умение человеком распознавать причинно-следственные зависимости, а если точнее, уверенность в том, что такие зависимости существуют.

Существует разница между представлением человека о характере причинно-следственных отношений и реальностью таких отношений. Другими словами, человек может ошибаться в своих ответах на вопросы, что, на что влияет и что от чего зависит. Приэтом человек уверен, что зависимоть есть и действует в соответстие со своим субъективным представлением. Однако для человека часто остаются скрытыми реальные зависимости, доказательством чего может служить история алхимических исканий с последующим перерождением в химию, оперирующую уже реальными зависимостями.

Мы подошли вплотную к понятиям рационального дейтсивя и эффективного действия.

Праксиология определяет рациональность как субъективную оценку обстоятельств, влияющую на субъективный выбор цели и средств для достижения этой цели.

«Человеческая деятельность всегда необходимо рациональна» [4 с.22]. Но при этом не значит эффективна. Мизес так объясняет это: «Врачи, 100 лет назад применявшие определенные приемы для лечения рака, от которых отказалась современная медицина, были с точки зрения сегоднящнего дня плохо информированы и потому неэффективны. Но они не действовали иррационально; они делали все, что было в их силах. Возможно, еще через 100 лет в распоряжении врачей окажутся более эффективные методы лечения этого заболевания. Эти врачи будут более эффективными, но не более рациональными, чем наши врачи». [4 с.23]

Итак, рациональность субъективна. Это положение лежит в основе субъективной теории ценности. Человек выбирает то, что для него более ценно, и отказывается от того, что менее.

Выбор человека всегда рационален в соответствии со шкалой ценностей. «Жизнь для человека – результат выбора, ценностного суждения » [4 с.22].

Мизес подчеркивает: «Для любого вида научного исследования первичные ценностные суждения и первичные цели человеческой деятельности заданы, они недоступны для дальнейшего анализа. Праксиология занимается методами и средствами, выбираемыми для достижения таких первичных целей. Ее предмет – средства, а не цели, <…> сама эта наука возвышается над всеми спорами партий и фракций, безразлична к конфликтам всех школ догматизма и этических теорий, свободна от оценок и предвзятых идей и мнений, характеризуется всеобщностью и является абсолютно и откровенно человеческой» [4 с.24]

Праксиология – это наука о средствах и их эффективности, но не о целях. Праксиология не является экспериментальной наукой, ее знания априорны, вытекают из присущей человеческому сознанию структуры мышления. Праксиология имеет дело со сложными явлениями человеческой жизни, которые являются результатом переплетения множества причинных цепочек. «Такие явления сами становятся понятны только через объяснение в терминах теорий, предварительно разработанных на основе источников, отличных от эмпирических» [4 с.35].

Праксиология опирается на фундаментальные логические отношения, которые не подлежат доказательству или опровержению. «Было бы не возможно объяснить их тому, кто не обладал бы ими сам. Они являются первичными утверждениями, предшествующими любому номинальному или реальному определению. Они представляют конечные неанализируемые категории.<…> Они являются необходимыми предпосылками восприятия, апперцепции и опыта» [4 с.36]. Праксиология опирается на методологичекий априоризм.

«Без теории, общей априорной науки о человеческой деятельности не существует понимания реальности человеческой деятельности» [4 с.40].

Помимо методологического априоризма другим принципом праксиологии является принцип методологического индивидуализма.

«Праксиология занимается деятельностью отдельных людей» [4 с.42]. Лишь индивид мыслит, лишь индивид действует. Не существует деятельности общественных образований таких, как нация, класс, государство, партия, религиозная община. Любая коллективная целостность складывается из действий индивидов, следовательно, и путь познания таких целостностей лежит через анализ действий отдельных индивидов. «Общественные коллективы возникают через деятельность индивидов» [4 с.44].

Рассматривая коллективы через определенный аспект деятельности индивидов, праксиология прибегает к анализу, раскладывающему сложные системы и цепочки зависимостей на единичности или шаги, обладающие собственным результатом и являющиеся частью более продолжительного и сложного действия с отдаленными целями.

«Праксиологическое познание понятийно. Это познание универсалий и категорий» [4 с.52]. Подобно математике праксиологический анализ основан на праксиологических теоремах, которые выводятся из первичной категории – категории действия. Прксиологическое знание находится внутри нас, мы только должны поразмвслить о структуре человеческой деятельности[4 с.64].

Экономическая наука как часть праксиологии не может опираться только лишь на дедуктивный метод, но и без дедуктивного метода она не состоятельна. Так как всякий опыт в экономической науке является событием неповторимым и произошедшим только в уникальных условиях. Поэтому прямой зависимости между эмпирическими, а для экономической науки историческими фактами и разрабатываемой теорией не существует. Точнее, теория не выводится напрямую из опыта, как это может продемонстрировать понятие отрицательной полезности труда. «Не существует явления, представляющего отрицательную полезность труда ... Люди считают отдых, т.е. отсутствие труда, более желаемым состоянием, чем затраты труда» [4].

Таким образом, экономическая наука носит характер априорной науки, использующей категории, полученные дедуктивными методами из первичной категории праксиологии – действия (деятельности). Экономический анализ – это неизбежно праксиологический анализ.

Поскольку человеку свойственно ошибаться в выявлении причинно-следственных отношений, тем более, если это касается сложного взаимодействия между людьми, постольку праксиологи также могут ошибаться в оценке эффективности деятельности, направленной на достижение конкретной цели. В этих обстоятельствах праксиология сужается до праксиологического анализа, подразумевающего раскладку сложного процесса, возникающего благодаря действиям индивидов, на отдельные элементы, и чем тщательнее такая дифференциация будет сделана, тем выше качество анализа. Оценивать эффективность праксиология можно только с помощью знаний, полученных другими науками, но в задачу самой праксиологии входит строгое определение применимости этих знаний для каждого рассматриваемого явления.

Праксиология может и должна показать, какой собственно результат получается при совершении определенных действий, соответствует ли он заявленным целям и примененным средствам. Если такое соответствие не будет выявлено, значит, праксиология должна поставить под сомнение честность и правдивость в выборе целей и средств.

Реально ли именно заявленные цели приследовались, те ли средства применялись. Если декларирование целей правдиво, то средства либо не подходят, так как привели к другому результату; либо неэффективны, и тогда необходимо иметь другие средства; либо цель не достижима, так как противоречит другим целям или человек не имеет средств для ее достижения.

Если декларирование целей не является правдивым, то праксиология должна выявить, в чем смысл такого неправдивого поведения, какова его цель и почему именно так ее пытаются достичь.