2. Ампир в русском искусстве начала XIX века.

В начале XIX века, во время империи Наполеона, сложился новый стиль — ампир (название произошло от слова «империя»),завершивший собой развитие классицизма.

Стиль ампир в архитектуре и интерьерах по внешним признакам напоминает классицизм предшествующих лет, ибо внешние формы ампир заимствовал также из античного искусства. Но теперь художников и архитекторов вдохновляют не строгие и изящные линии греческих храмов, а тяжеловесные и пышные формы римской архитектуры.

В России ампир появился в начале XIX века и очень существенно отличался от европейского. Русский ампир, отразивший национальный подъем времени Отечественной войны 1812 г., был проникнут идеями патриотизма и воинской славы. Для русского ампира характерно сочетание торжественной, праздничной приподнятости образов, геометрической правильности планов и форм, величественного, сдержанного великолепия лепного, резного, литого декора с вниманием к развитию города, практическим нуждам и удобству, часто даже уюту городского и усадебного быта.

Т. о. в Европе сложились две разновидности ампира: французский ампир и русский ампир. "Русский ампир" был мягче, свободнее, пластичнее французского. Он также делился на две ветви: столичную и провинциальную. Олицетворением столичного, "петербургского ампира" был К. Росси, он и смягчил своим итальянско-русским вкусом жесткость наполеоновского стиля. Провинциальный "московский ампир" и стиль подмосковных дворянских усадеб отличался еще большим своеобразием.

Елагинский и Михайловский дворцы. Автором и руководителем работ, начатых в 1818 году, был архитектор Карло Росси (1775—1849). Росписи и скульптуры, люстры и драпировки, мебель и вазы были спроектированы и выполнены именно для определенного зала, определенного места. Мастер Василий Бобков, резавший створки дверей и мебель в Елагине дворце, продолжал свою работу в Михайловском дворце, став одним из создателей дивных гарнитуров.

В каждом из залов дворца — Овальном вестибюле, Синей и Малиновой гостиной — набор предметов почти одинаков: те же стулья, консоли, диваны и гостиные столики, но все они совершенно непохожи. Автор придерживался лишь самых общих принципов: в мебели, в частности, сохранялась естественная текстура карельской березы или красного дерева, украшенных бронзовыми накладками.

Следует сказать и о работе другого замечательного мастера того времени, архитектора Василия Стасова (1769—1848), автора некоторых интерьеров Екатерининского дворца. Там был создан один из шедевров, так называемая кленовая спальня Марии Федоровны.

Дворянские усадьбы, в подражание императорскому двору, тоже обставлялись в стиле ампир. Так складывался образ дворянского дома, иногда более скромного, иногда богатого. Парадные помещения — гостиные, кабинеты или специальные «диванные комнаты» меблировались в основном удлиненными столами, перед которыми ставились кресла и диваны. В кабинетах к этому добавлялись книжный шкаф, письменный стол, секретер или конторка. Платяные шкафы и комоды в парадных комнатах отсутствовали.

Ампир в одежде. Силуэт костюма ампир стремится к цилиндрическим очертаниям высокой и стройной колонны. Плотные блестящие ткани украшают однотонной рельефной вышивкой или симметричной декоративной отделкой. Мужской повседневной одеждой становится темный (коричневый, черный, синий) шерстяной фрак с высоким воротником-стойкой. Чаще всего его носили со светлыми панталонами и светлым жилетом. Верхней одеждой был двубортный редингот, или сюртук, который постепенно стал основным в деловой мужской одежде. Зимой и осенью мужчины носили редингот с несколькими воротниками или пелериной. Прически в основном короткие, головные уборы — высокие шляпы с небольшими, загнутыми с боков полями. Распространенными видами обуви были сапоги и туфли. Особенно глубоким было влияние стиля ампир в женской одежде. В 1809 г. в костюме вновь появляется корсет. В костюме появляется все больше декоративных элементов. Русские костюмы в стиле ампир отличает заимствование некоторых античных элементов: женское платье отличается чрезмерно завышенным расположением талии (почти под грудью), светлой цветовой гаммой с преобладанием светлых цветов и аксессуарами, напоминающие античные. В качестве верхних вещей в начале XIX века существовало множество накидок в виде мантилий или шалей. Российский высший свет, состоящий из придворных аристократов и крупной буржуазии, значительно отличается от провинциального дворянства, подражающего столичным модам. Провинциальным нарядам, изготовленным домашними портнихами и портными, недостает столичного блеска и роскоши. Характерной особенностью одежды русского купечества и мещанства является слияние в костюмах деталей русского народного платья и элементов европейских костюмов, как правило, вышедших из моды в самой Европе.

Столичный (петербургский) ампир

К. И. Росси: (ансамбль Дворцовой площади со зданием Главного штаба (1819--1829), Сенатской площади со зданиями Сената и Синода (1829--1833), Михайловской площади с Михайловским дворцом (1819--1825), Александринской площади со зданием Александринского театра (1827--1832).

В. П. Стасов ему принадлежат торжественные, парадные проекты зданий Российской Академии наук на Васильевском острове, Павловских казарм на Марсовом поле (1817--1821), Спасо-Преображенского собора (1827--1829), Троице-Измайловского собора (1828--1835), Нарвских (1827--1834) и Московских триумфальных ворот(1834--1838), а также дворцы в предместьях Санкт-Петербурга.

А. Н. Воронихин – казанский собор

В стиле позднего классицизма и русского ампира работали замечательные петербургские мастера XIX века Доменико Адамини(Дом Адамини, 1823--1827, набережная Мойки, 1), В. И. Беретти(Гауптвахта на Сенном рынке, 1818--1820, Садовая улица, 37), А. П. Брюллов (Михайловский театр, 1831--1833, Площадь искусств, 1, здание штаба Гвардейского корпуса, 1837--1843, Дворцовая площадь, 2-4) Давид Висконти (костёл Святого Станислава,1823--1825, улица Союза Печатников, 22), В. А. Глинка (перестройка особняка графа Н. П. Румянцева, 1820-е годы, Английская набережная, 44), Поль Жако (здание Дворянского собрания,1834--1839, Михайловская улица, 2), Джовани Лукини (здание портовой таможни, 1829--1832, набережная Макарова, 4), А. И. Мельников (здание единоверческой Никольской церкви,1820--1838, улица Марата, 24), А. А. Михайлов 2-й (рисовальный корпус Академии художеств, 1819--1821, Университетская набережная, 17, дом А. И. Корсакова, 1826--1828, Владимирский проспект, 12), П. С. Плавов (женское отделение Обуховской больницы, 1836--1839, Загородный проспект, 47), Антонио Порто(здание Военно-медицинской академии, 1799--1803, улица Академика Лебедева, 6), Луиджи Руска (Дом ордена иезуитов, канал Грибоедова, 8/1), И. И. Шарлемань (Скотопригонный двор, 1823--1826, Московский проспект, 65), Гаспаре Фосатти (перестройка дома З. Н. Юсуповой, 1835, Невский проспект, 86), С. Л. Шустов (Каменноостровский театр, 1827--1835, набережная Крестовки, 10, лит. А) и др.

Завершающей вспышкой русского ампира в архитектуре явился кафедральный Исаакиевский собор, построенный в 1819-1858 годах по проекту О. Монферрана.

Провинциальный (московский) ампир

О. И. Бове. особняк князя Гагарина (1813)(разрушена во время ВОв). В 1821-1824 годах Бове создал ансамбль Театральной площади (впоследствии перестроенный), включавший Большой театр в центре, Малый театр справа и ряд зданий по всему периметру.

Одновременно с Бове работали два больших мастера московского ампира - Д. Джилярди и A. С. Григорьев - здание Университета, построенное Казаковым, было возобновлено в стиле московского ампира в 1817 году Джилярди с сохранением общей композиции - типа усадьбы, данного Казаковым. Усадьба Найденова, построенная Джилярди и Григорьевым в 1821 году, - также одно из лучших произведений этого периода в Москве.

И др.