Так постепенно нас модернизировали на генном уровне.
К началу XX века в России сформировался опасный стиль потребления алкогольных напитков, когда алкоголь потребляется почти исключительно в виде крепких напитков, единовременными ударными дозами («залпом») и без закуски. Сложившийся стиль потребления водки залпом делал даже и нечастое потребление весьма опасным.
В начале ХХ века производство и распитие спиртных напитков в России было под запретом. Правительство желало промышленной революции, научных открытий и повышения уровня знаний населения.
Когда экономический урон от пьянства перевешивал выгоду от продажи спиртного, правительство принимало антиалкогольные указы. Самый жёсткий из них ввёл в 1914 году Николай II, запретив продажу водки и крепких спиртных напитков. Результаты «сухого закона» были катастрофичны. Расцвел «теневой» алкогольный бизнес, население наловчилось употреблять лаки, политуру и некачественный самогон, что приводило к страшным отравлениям. Однако запреты продолжались: достаточно вспомнить знаменитый «сухой закон» в 1980-х годах.
Именно в середине 20-х годов прошлого столетия Сталин и Политбюро приняли решение о прекращении действия данного закона на территории всего СССР. Официальной версией сам вождь называл необходимость восстановления после Первой мировой войны и временное введение монополии на водку с целью стимулирования экономики. Однако в народе поговаривали, что «добро» на спиртное было дано только из личных соображений и капризов Иосифа Виссарионовича: на его родине, в Грузии, употребление вина было древней почитаемой традицией. Отсюда несложно догадаться, каким было отношение Сталина к алкоголю. А культ личности надиктовывал обществу определённую моду на многие вещи.
Далее была затяжная и беспощадная Великая Отечественная война (ВОВ), которая сильно пошатнула физическое и психическое состояние всего русского народа. Ежедневно солдаты уходили на фронт, принимая в обязательном порядке «наркомовские 100 грамм» — для поднятия духа и притупления чувства страха перед запахом смерти.
После того, как Юрий Левитан на всю страну объявил о победе над фашистскими захватчиками, страну охватила эйфория. Наступило долгожданное время надежд и планов на будущее. Народ стал массово расслабляться, «зализывая раны» и потери не без помощи водки. Русский дух почувствовал свободу, однако для нервной системы резкие, пусть даже и столь благополучные перемены были настоящим испытанием. В итоге в первые несколько лет после окончания ВОВ резко возросло число регулярно пьющих граждан.
Дальше — больше. Во времена Никиты Сергеевича Хрущёва социальными проблемами заниматься было некогда. Партия судорожно развивала сельское хозяйство, пытаясь утереть нос Соединенным Штатам Америки. А пришедший после Хрущёва Леонид Ильич Брежнев застолья уважал, поэтому его пристрастия аккуратно проецировались на население, которое считало времена его правления золотыми, спокойными и стабильными.
Горбачёв в 1985–1987 гг. попытался жесткими запретительными мерами снизить производство и потребление алкоголя в стране. С одной стороны, поначалу были получены весьма позитивные результаты. Одновременно выявилась ужасающая картина почти биологической потребности значительной части нации в алкоголе: по всей стране люди буквально душились в огромных очередях за ставшими дефицитом водкой, сахаром, дрожжами. Расцвело самогоноварение. Колоссальный дефицит бюджета, вызванный экологической катастрофой на Чернобыльской АЭС, землетрясением в Армении, дополнялся недополучением традиционных «пьяных» денег, оседавших в руках новоявленной алкогольной мафии. Эти и ряд других обстоятельств заставили тогдашнее руководство страны в 1988 году свернуть алкогольную реформу.
Либеральные экономические реформы, начатые Гайдаром в 1992 году, привели к тому, что Россия буквально достигла «дна» в потреблении алкоголя. В 1994–1995 годах потребление алкоголя в стране достигло наибольшего за всю историю страны уровня — 15–18 литров на человека в год. В эти же годы отмечена необычайно высокая смертность населения РФ. Вымерло значительное число злоупотребляющих алкоголем лиц, в том числе и тех, чьи жизни были сохранены антиалкогольной кампанией 80-х годов прошлого столетия.
Однако, как и на протяжении четырёх последних столетий, легальный наркотик алкоголь в наши дни продолжает оставаться средством пополнения бюджета. Во многих развитых странах, но только не в России, бюджетная политика строится с учётом известной истины, что никакие доходы от реализации алкоголя не покрывают совокупного ущерба, наносимого его потреблением здоровью нации и экономике..
Дальше — больше. Во времена Никиты Сергеевича Хрущева социальными проблемами заниматься было некогда. Партия судорожно развивала сельское хозяйство, пытаясь утереть нос Соединенным Штатам Америки. А пришедший после Хрущева Леонид Ильич Брежнев застолья уважал, поэтому его пристрастия аккуратно проецировались на население, которое считало времена его правления золотыми, спокойными и стабильными.
НЛП — неоднозначная аббревиатура, помогавшая искоренить алкоголизм
Однако кое-какие меры по борьбе с пьянством все же предпринимались. В 1964 в Казахской ССР был открыт первый лечебно-трудовой профилакторий (ЛТП), который являлся специализированным исправительным учреждением, предназначавшимся для больных алкоголизмом и наркоманией. С 1974 года Указом Президиума Верховного Совета РСФСР «О принудительном лечении и трудовом воспитании хронических алкоголиков» в «вытрезвляющую ссылку» отправлялись все, кто частенько нарушал трудовую дисциплину или общепринятый порядок жизни советского гражданина. Сроки были весьма убедительные: человек мог проводить там около 2 лет.
Полное избавление от зависимости и социальная реабилитация — вот основные задачи, которые должны были нести свет в общество. Однако те, кто были знакомы с «кухней» ЛТП, говорили, что на самом деле больные алкоголизмом и наркоманией являлись подопытным материалом для многочисленных исследований, которые не всегда носили гуманный характер.
Так или иначе, но профилактории просуществовали до 1994 года. Хотя в некоторых странах постсоветского пространства, например, в Туркмении и Белоруссии, они осуществляют свою деятельность по сей день. Их постояльцами являются граждане, чье поведение характеризуется повышенной агрессией и может иметь криминальную окраску.