6. О принадлежности Свастических символов к перворелигии

Учитывая то, что современные религии образовались в точно установленные исторические периоды, и факты унаследования ими религиозной символики более ранних религий являются повсеместно установленными [3, 9], следует изучить вопрос о виде этой унаследованной символики, ее распространении и установить ее принадлежность к конкретной религии.

Как уже отмечалось, первое и единственное, что стоит особенно отметить, - это факт повсеместного распространения [3, 9] Свастических символов. Причем, и как факт, говорящий о повсеместности, и как факт, прямо указывающий на принадлежность Свастических символов к символике, обслуживающей Славянство – поскольку христианство, иудаизм, ислам и буддизм являются более поздними религиями, и датировка Свастических символов уходит аж до 60.000 лет до н.э. [5-11, 24].

При исследовании Свастических символов поражает обстоятельство максимального единения всей Свастической мировой системы – во всех частях Света Свастические знаки имеют одинаковое изобразительное исполнение, религиозное толкование, прикладное применение. Все народы Земли, за исключением наиболее слаборазвитых африканских, пользовались Свастическими символами на протяжении тысячелетий. Интересен и тот факт, что феномен, обычно называемый «кругами на злаковых полях», исполнен также Свастическими символами, причем, как с высочайшей чистотой исполнения отдельных знаков, так и с их комбинациями, напоминающими письменность. Подробнее об этом можно узнать в [3].

Единообразие символики говорит о единообразии религиозного культа в целом по всему миру (кроме неразвитой части Африки). А это, в свою очередь, говорит о том, что единообразный религиозный культ может являться инструментом только единой религии. Следовательно, если Свастические символы принадлежат к Славянскому религиозному культу, то единой религией являлось само Славянство. Возраст Славянства можно определить по первым найденным изображениям Свастических символов – а это десятки тысяч лет [3-11, 23, 24].

Так как наше исследование касается, прежде всего, становления и развития письменности, то в Славянстве мы не будем касаться религиозной части, а лишь ограничимся его культово-ритуальной составляющей – письменности. Очевидно, что при перворелигиозной роли Славянства роль его письменности также является первопричиной – первоязыком. Это обстоятельство отражается и в современных языковедческих научных выводах [21]. Следовательно, для отыскания истинного сакрального смысла языка и закономерностей и путей его развития нам следует опираться в исключительной степени на исследования Славянского языка – языка, обслуживающего Славянскую религию. Здесь следует отметить, что в нашей интерпретации понятие «Славянский язык» отлично от современного одноименного понятия. В современном варианте славянскими именуют группу схожих в определенном смысле языков. В нашем понимании Славянским мы будем называть язык, обслуживавший и обслуживающий Славянскую религию. В этой части статьи мы не будем его отождествлять с каким-либо из ныне существующих – отождествление произойдет само собой по тексту.

Из всего этого следует, что в нашем исследовании в отношении возникновения, становления и развития письменности мы должны опираться не на коммуникативные потоки с мёртвым протоколом – иудаизм, христианство, ислам, а на их предшественника – Славянство.

¹ «Сентенции», вероятно, азиатского лингвиста Р. Шора, писавшего процитированную статью, вполне отчётливы. Хотя другого отношения к европеоидному народу вряд ли стоило ожидать от представителей однобоко подобранного в этническом направлении авторского коллектива «Литературной энциклопедии» (1929 – 1939 гг.) – Лебедев-Полянский П.И., Луначарский А.В., Нусинов И.М., Переверзев В.Ф., Скрыпник И.А.; Фриче В.М.; Бескин О.М., Аршаруни А., Асмус В., Марр Н., Попов-Татива Н., Шор Р., Скрыпник Н, Блюмфельд Л., Лаврецкий А., Лунин Э., Цейтлин А., Эвентова Т., Гордон Ш., Шабад А., Якобсон Л., Лаздан Е. [51]. Эти товарищи писали Литературную энциклопедию, а другие – Бланк (Ленин), Бронштейн (Троцкий), Нахамкес (Стеклов), Цедербаум (Мартов), Драбкин (Гусев), Розенфельд (Каменев), Гиммер (Суханов), Крахман (Лагецкий), Зильберштейн (Богданов), Гольдман (Горев), Радомысльский (Урицкий), Коган (Володарский), Свердлов, Катц (Камков), Фюрстенберг (Ганецкий), Гуревич (Дан), Гольдберг (Мешковский), Гельфанд (Парвус), Гольденбах (Розанов), Зимбар (Мартынов), Черномордич (Черноморский), Левин (Пятницкий), Рейн (Абрамович), Фронштейн (Звездич) и др. [2112] – в те же 20-е годы 20-го столетия писали СВОЮ «кровавую повесть о колонизации» России «изуверскими» красками гражданской войны, коллективизации, национализации, голодомора и др. «Повесть» называлась «Геноцид русского народа». (В скобках даны партийно-революционные клички-фамилии указанных персонажей).

² Фашистский режим, установившийся на Руси после октябрьского иудейского переворота [2114, 2115], имел своей целью полное уничтожение европеоидного населения. В качестве иллюстрации приведём данные, входящие в энциклопедии. В высшем управлении Россией после октября 1917 года из 539 человек евреев – 82% (442), латышей – 6% (34), немцев – 2% (11), армян – 2% (10). При этом русских – всего 5% (31). Начиная с декабря 1919-го года, «тройка» в составе: иудеи Кацнельсон Залман Борухович, Виленчик Вилли Моисеевич и Гробман (Норинский) Нохем Осипович – за полтора года вынесла 25400 смертных приговоров с «немедленным исполнением». К этому числу индивидуально Кацнельсон расстрелял более 34200 русских солдат, офицеров, генералов и адмиралов, свезённых из концлагерей Холмогор, Архангельска, Пертоминска, Плясецка, Ельнинка. Тройка, действующая в Петроградской губернии в январе 1921 – июле 1922 года в составе: иудеи Межеричер Исаак Семенович, Крейг Пинхас Соломонович и Минц Евзер (Николай) Ерухимович (Григорьевич), – вынесла 47680 смертных приговоров с немедленным исполнением. Такое наблюдалось по каждой Российской губернии [2115]. Установить, насколько этот процесс сейчас является завершённым или продолжает проистекать, и станут ли оставшиеся русские люди подобно египтянам лишь объектами для туристического фотографирования в роли чудом сохранившихся туземцев, является задачей других исследователей.