70) Пакты (понятие, виды, способы установления исковой защиты)

Пакт (pactum) – неформальное соглашение, сделка, заключенная в границах права. Например, спустя некоторое время после заключения договора займа стороны могли заключить пакт об уменьшении процентов по данному займу или об изменении сроков возврата займа (в данном случае такой пакт – изменение основного договора).

Первоначально пакты – дополнительные соглашения к основному договору, или вытекающие из главного обязательства, или специально согласованные с правом оговорки. Поэтому пакты обязательны только в рамках конкретного договора и только для заключивших его лиц персонально; следующий договор не влек ранее входивших в содержание пакта условий.

В дальнейшем пакты – некоторые определенные, но самого широкого содержания сделки неформального характера. Главное в этих сделках не в соблюдении той или иной другой формы, а в соблюдении интересов сторон и общих требований права в отношении разумности и целесообразности договорного права.

По общему правилу пакты не имели исковой защиты, но развитие хозяйственного оборота и производства выдвигало новые виды соглашений, которые получили широкое распространение в Риме, поэтому возникла необходимость предоставить некоторым категориям пактов исковую защиту.

Виды пактов:

– pacta nuda («голые») – не порождающие правовых последствий и не обеспеченные исковой защитой;

– pacta vrestita («одетые») – имеющие исковую защиту.

Виды pacta vrestita: 1) pacta adiecta – соглашения, дополнительные к договору, защищаемые иском. Цель дополнительного соглашения – внести изменения в юридические последствия главного договора, например возложить на стороны дополнительные обязанности. Юридическую силу такие пакты получали в том случае, если их присоединяли к главному договору непосредственно в момент его заключения. Пакты, присоединяемые к договору через промежуток времени, защищались исками только в том случае, если ухудшали положение должника;

2) Pacta praetoria – получившие защиту претора:

– constitutum debiti (обещание уплаты долга) – неформальное соглашение, в силу которого одно лицо обязывалось уплатить другому лицу уже существующий долг. Цель – уточнить срок платежа. Должник, как правило, получал отсрочку, если подтверждал чужой долг (принимал обязательство уплатить чужой долг);

– receptum: arbitrii – соглашение с третейским судьей; nautarum, cauponum, stabulariorum – соглашение с хозяином корабля, трактирщиком, хозяином постоялого двора о сохранности вещей проезжих; argentariorum – соглашение с банкиром об уплате третьему лицу денежной суммы за лицо, заключившее с банкиром пакт;

3) Pacta legitima – получившие защиту императорского законодательства:

– pactum dotis, pactum donationis – неформальное соглашение о дарении. В императорский период введено требование совершать судебную инсинуацию актов дарения, т. е. о них заявляли перед судом и заносили их в реестр. Юстиниан ограничил применение этой процедуры дарениями на сумму свыше 500 солидов и установил, что дарение на меньшую сумму получает силу вне зависимости от соблюдения данной формальности;

– compromissum – соглашение между лицами, имеющими спор о праве, о передаче этого спора на разрешение третейского судьи.

71) Как-бы-договорные обязательства

Понятие как-бы-договорных обязательств. Это понятие не обладает такой же четкостью, какая наблюдается в понятиях договорных и деликтных обязательств. Обязательства, включенные в состав квазидоговорных, обусловливаются не соглашением сторон, а либо событиями, либо односторонними действиями, носящими иногда неправомерный характер, как при неосновательном обогащении. Поэтому, казалось бы, естественнее их сближение не с договорами, а с деликтами. Но такие квазидоговорные обязательства, как возникающие из ведения чужих дел без поручения, вполне правомерны по характеру породивших их оснований. Кроме того, в каждом из них римляне обнаруживали, нередко благодаря в высшей степени искусственным приемам, сходство с одним из ранее рассмотренных

договоров. Все это и послужило поводом для объединения достаточно разнородных явлений .под общим названием как-бы-договорных обязательств.

Отдельные виды как-бы-договорных обязательств. Среди квазидоговорных обязательств особый интерес представляют два их конкретных вида.

1. Неосновательное обогащение (condictio sine causa). Приобретение одним лицом имущества другого при отсутствии необходимого для этого основания обязывало того, на чьей стороне такое приобретение образовалось, компенсировать его тому, за чей счет произошло его образование. Не формулируя общих правил относительно обязательств такого рода, римляне особо выделяли их отдельные разновидности. В числе последних безусловно недоговорными (или квазидоговорными) были:

получение недолжного (condictio indebiti). Имелись в виду случаи, когда производился платеж либо вовсе не существующего, либо такого долга, который причитался не с плательщика, а с иного лица, или в пользу не получателя, а другого субъекта. Обусловленный этим размер обогащения мог быть равным понесенному потерпевшим ущербу, а мог и не достичь его величины, если, например, часть полученного имущества обогатившийся подарил или продал по заниженной цене. Когда обогащение вызывалось недобросовестными действиями обогатившегося, он обязывался к полному возмещению ущерба, а при добросовестности дело ограничивалось лишь возвратом самого обогащения;

получение по безнравственному или противоправному основанию (condictiones ab turpem vel injustam causam). Примером первого основания может служить имущественное предоставление, выданное за обещание воздержаться от совершения деликта, а второго—взимание процентов в большем размере, чем введенная законом их предельная норма. В этих случаях обогатившийся обязывался к полному возмещению понесенного потерпевшим ущерба, хотя бы его величина превысила сумму обогащения.

Condictio sine causa применялась и в многочисленных иных отношениях. Особое значение римляне придавали факту ее использования на известном историческом этапе заимодавцем в отношениях по договору займа для взыскания долга, от добровольной уплаты которого должник уклонялся. Именно этого и оказалось достаточным, чтобы обнаружить в названной кондикции нечто аналогичное договору, а вызываемый ею правовой эффект объявить квазидоговорным обязательством.

2. Ведение чужих дел без поручения (negotiorum gestio) окончательно откристаллизовывается лишь в позднем классическом праве. Не имея поручения со стороны закона (например, как опекун) или заинтересованного лица (например, как поверенный), вести чужие дела можно было лишь при условии, что это вызывалось потребностью устранения нависшей над ними угрозы, когда сам заинтересованный устранить такую угрозу не мог и когда с его стороны не последовал прямой запрет какого бы то ни было вмешательства извне. В процессе ведения чужих дел разрешалось совершать действия как материальные (ремонт дома для предотвращения угрозы его обвала), так и правовые (уплата чужого долга во избежание применения личных санкций к должнику). По прямому иску заинтересованного лица тот, кто вел чужие дела (negotiorum gestor), обязывался к компенсации убытков, вызванных неправильным их ведением, а по обратному иску последнего заинтересованное лицо возмещало произведенные истцом целесообразные затраты. Сходство отношений между этими лицами с обязательством по договору поручения предопределило признание их квазидоговорными обязательствами.

72) Ведение чужих дел без поручения (negotiorum gestio)

1. Ведение дел без поручения (negotiorum gestio) в смысле основания возникновения обязательства означало такое отношение, когда одно лицо (gestor) вело дело другого лица (dominus), управляло его имуществом и т.п., не имея на то поручения от этого другого лица (D.3.5.3. рг.). Такая забота о чужом деле, несмотря на отсутствие поручения со стороны заинтересованного лица, имела значение с точки зрения предупреждения ущерба для лиц, в силу каких-то причин не имевших возможности самим позаботиться о своих интересах, в особенности для лиц отсутствующих. Поэтому из факта ведения чужих дел при известных условиях возникало обязательство как на стороне того лица, дело которого ведет гестор, так и на стороне гестора.

На случай ведения чужих дел преторский эдикт предусматривал иски bonae fidei, подобные искам, даваемым сторонам по договору поручения (mandatum): хозяину дела давались actio negotiorum gestorum directa, а гестору — actio negotioruffl gestorum contraria.

2. Необходимые предпосылки для возникновения такого вида обязательств (элементы данного правового института) следующие.

Во-первых, ведение чужих дел. Оно могло выразиться в совершении или проведении данным лицом какого-нибудь одного дела, нескольких дел или в управлении имуществом (или частью имущества) другого лица.

Не обязательно было совершение гестором каких-либо юридических действий; ведение дел могло выразиться и в каком-либо фактическом действии. Равным образом не была существенна и значительность дела, взятого на себя гестором: всякая забота, приложенная одним лицом к имуществу другого (например, лицо кормит раба или животное другого лица, ставит подпорки к зданию, угрожающему падением, и тд.), позволяла (при наличии других предпосылок) признать negotiorum gestio.

Чаще всего заботились об имуществе лиц, отсутствующих на месте нахождения имущества, но отсутствие собственника имущества не являлось необходимым признаком рассматриваемого института; например, лицо могло взяться за чужое дело потому, что непосредственно заинтересованный не мог позаботиться о себе в силу тех или иных препятствий.

Забота о чужом имуществе должна пониматься как факт совершения лицом известных действий, направленных на обслуживание чужой имущественной сферы; по каким соображениям лицо это делало (общественный ли долг или соображения личного характера толкали гестора на совершение таких действий), не существенно.

Во-вторых, необходимой предпосылкой возникновения обязательства из ведения дел являлось то обстоятельство, что лично перед dominus (хозяином дела) на гесторе не было обязанности (ни по договору, ни по закону) совершать данные действия. Следовательно, институт ведения дел не мог получить применения, если одно лицо вело дела другого на основании договора (т.е. на основании поручения от хозяина дела) или в качестве опекуна хозяина дела (так как опекун в силу закона обязан заботиться о своем подопечном). Не препятствовало возникновению обязательства из ведения дел наличие одного лишь морального долга позаботиться об интересах другого лица.

Третье необходимое условие возникновения обязательства данного вида заключалось в том, что действия, в которых выразилось ведение дела, совершались за счет другого лица (dominus). Это требование сводилось к тому, что гестор должен был иметь намерение отнести расходы, связанные с ведением дела, за счет того, в чьих интересах совершаются действия. Другими словами, у лица, ведущего дело, не должно быть animus donandi, т.е. намерения своею деятельностью одарить хозяина дела, проявить в отношении его щедрость.