2.3. Генезис и динамика общественных движений

В данной парадигме генезис общественных движений рассматривается принципиально иначе, чем в традиционном подходе. В рамках парадигмы коллективного действия социальная напряженность и недовольство отдельных личностей или социальных групп не считаются основными причинами возникновения протеста. Характерно высказывание К. Дженкинса: «Недовольство существует практически во всех обществах, оно производно от социальных конфликтов, пронизывающих общество на любой стадии его существования. Общественные движения же формируются лишь в том случае, когда имеют место изменения в ресурсах, организационных и политических возможностях для проведения коллективных действий» [19,р.532]. Какие возможности (ресурсы) исследователи считают наиболее значимыми для генезиса общественных движений? Д.Мак-Адам, Дж.Мак-Карти и М.Залд различают два основных направления в рамках данной парадигмы в зависимости от того, каким ресурсам придается большая значимость [32].

Первое направление составляют модели, в которых подчеркивается значимость внешних факторов или ресурсов. Второе направление включает модели, где предпочтение отдается внутренним ресурсам движения.

Рассмотрим первое направление. Внешние факторы включают (а) социально-экономические, (б) политические и (с) организационные возможности общества. Они составляют два уровня: макроуровень и мезоуровень. Макроуровень включает общесоциальные и политические условия, определяющие возможности формирования общественных движений в контексте данной историке-политической ситуации. Мезоуровень образуют факторы, опосредующие влияние макроусловий на генезис и динамику общественных движений. Так называемый мезоуровень представляет собой мобилизационнный контекст движения, зависящий от организационной инфраструктуры общества.

Рассмотрим макроусловия возникновения движений.

Макроуровень. Социально-экономические условия.

1.Фундаментальные социально-экономические изменения создают возможности для возникновения общественных движений, поскольку меняется доминирующий тип организационной структуры и положение различных социальных групп в обществе. Эти макроизменения, если они осознаются лидерами общественных движений и сознательно используются

70

для достижения целей, по сути превращаются в их ресурсы мобилизации.

Примером глобального процесса такого рода является модернизация и связанные с нею урбанизация и индустриализация, длящиеся два с половиной столетия. Данные макросо-циальные процессы привели к формированию новых социальных классов, в частности городского рабочего класса индустриального общества. Именно модернизация и урбанизация объясняют тот факт, что в крупных промышленных центрах общественные движения появляются чаще и приобретают больший размах, чем в сельской местности. Плотность и относительная гомогенность городского населения, в особенности рабочих в монопромышленных центрах, способствует консолидации социальных групп, объединенных общими потребностями и интересами, которые могут составить социальную базу движения при высоком уровне неудовлетворенности условиями жизни и труда.

Очевидно, такой анализ индустриализации и урбанизации близок традиции марксистского исследования исторической роли классов в процессе социально-исторического развития (что находит свое отражение, например, в исторических исследованиях Ч. Тилли).

Изучение движения за гражданские права негров в США (Д. Мак-Адам, А. Моррис) также показали, что урбанизация на Американском Юге и связанная с нею миграция негритянского населения в северные американские города в конце' 1950-х гг., превратили географически распыленную по сельским местностям массу бедного чернокожего населения в хорошо организованное городское население, что создало возможности для развития движения за гражданские права [20,38,66].

2. Уровень материального благосостояния и экономического развития общества — еще одно чрезвычайно важное условие формирования общественных движений. В богатых обществах, по мнению Мак-Карти и Залда [35] сектор общественных движений больше, чем в бедных. Доминирующий тип общественных движений также зависит от степени богатства общества. Так, в «обществе изобилия» движения, как правило, носят узкоцелевой реформаторский характер. Для бедного общества типичны революционные движения с радикальными и более широкими целями.

Богатые общества создают предпосылки для возникновения движений несколькими путями. Во-первых, в них накапливается некоторый запас свободных денег и неконтролируемого (и в этом смысле — свободного) времени, что является необходимым условием формирования сектора обще-

71

ственных движений в целом. Время и деньги — основные ресурсы движений, которыми распоряжаются люди и организации. В богатых обществах большое значение имеет поддержка движения спонсорами, непосредственные интересы которых не связаны с целями движений.

Во-вторых, богатые общества располагают финансовыми фондами, которые дают возможность организаторам формировать новые движения. Такие лидеры-организаторы в теории мобилизации ресурсов называются антрепренерами (предпринимателями) общественных движений. Они создают общественные движения методом социального маркетинга. Ряд представителей теории мобилизации ресурсов полагает, что антрепренерская деятельность лидеров провоцирует движение даже в тех случаях, когда осознанного недовольства населения не существует. Именно таким образом был создан ряд движений в области социальной зашиты граждан в США, некоторые виды экологического движения [17].

В-третьих, благодаря развитию новых социальных, в частности, информационных технологий, росту образовательного уровня населения увеличивается информированность и критичность общества по отношению к себе. Это ведет к возникновению групп, симпатизирующих идеям реформ и социальных изменений. Именно поэтому, студенты университетов США составили большинство участников движений 1960-х гг.

Перечисленные социально-экономические предпосылки сами по себе не могут объяснить, каков механизм возникновения и динамики общественных движений. Социально-экономические макродетерминанты преломляются в политическом контексте коллективного действия. Особое внимание изучению политических макроусловий генезиса общественных движений уделяют приверженцы модели политического процесса.

Макроуровень. Политические условия. В теории политического процесса можно выделить два подхода к анализу воздействия политических факторов на генезис и динамику общественных движений. Первый подход связан с анализом глобальных историко-политических процессов [60]; второй — с изучением влияния политического контекста на характер коллективных действий [23,55].

1. Ч.Тилли и его коллеги исследовали трансформацию основных типов коллективного действия за четыреста лет на примере истории политического протеста во Франции. Политические историки пришли к выводу, что социально-экономические изменения сами по себе не приводят к возникновению общественных движений. Даже абсолютная депривация, выражающаяся в резком снижении уровня жизни населения,

72

голоде, росте смертности, не вызывает сама по себе протест угнетенных групп. Лишь формирование принципиально новых политических возможностей, характерных для национального государства, в частности, введение избирательного права, создаают общественные движения [59].

Ч.Тилли первым поставил вопрос о связи масштабных политических изменений в обществе со специфическим репертуаром коллективных действий (или действий протеста). По его мнению, каждому историческому периоду соответствует определенный тип мобилизации, тип коллективных действий с соответствующим репертуаром возможных акций протеста. Так, в середине XIX в. произошел переход от охранительной (защитной) мобилизации к наступательной. Тилли отмечает, что эта трансформация шла параллельно с изменением масштаба политических отношений и формированием новых структур политической власти в Западной Европе: политика становилась национально-государственной. Возросла роль ассоциаций и организаций, образованных специально для защиты интересов новых социальных групп, уменьшилась роль традиционных общностей, формировавшихся по семейно-ро-довому принципу. В это время складываются такие субъекты политических отношений, как организованный труд и капитал.

Развитие электоральной политики, как показывают исследования Тилли и его коллег, оказало решающее влияние на формирование общественных движений. Избирательное право сделало возможным не только существование избирательных ассоциаций и политических партий, но одновременно создало условия для терпимости властей по отношению к неэлекторальным инициативам. Движения во время избирательной кампании используют возможность демонстрации своей поддержкии и сплоченности своих рядов, готовность к коллективным действиям.

Тилли анализировал процесс становления общественных движений в условиях модернизации. Сегодня перед исследователями встает вопрос, каковы те глобальные политические процессы, которые обусловили возникновение так называемых Новых общественных движений 1970—1980-х гг.? Очевидно, что основной тип репертуара коллективных действий, сформировавшийся в условиях создания национального государства, не изменился. Это связано с тем, что национальные государства на Западе до сих пор играют решающую роль в политическом процессе. Ориентируясь в своем протесте на государство, как на политического оппонента, движения могут воздействовать на национальную политику. Сейчас обще-

73

ственные движения используют все те же формы: демонстрации, забастовки, митинги.

Однако цикл протеста 1960-х гг. оставил в арсенале общественных движений новые формы борьбы: появились сидячие забастовки, захват домов, марши протеста. Кроме того, изменения политических отношений между государствами в 1980-е гг., формирование межнационального политического пространства, например Европейского Парламента, и глобализация общественных проблем, привели к формированию транснациональных Новых движений, таких как экологическое, антиядерное, феминистское, движение за мир и др. Влияние политических изменений на формирование Новых общественных движений были проанализированы в рамках европейской школы, о чем подробнее будет рассказано в 3-ей главе.

2. Для анализа политического контекста формирования общественных движений, представители парадигмы коллективного действия выдвигают понятие структуры политических возможностей.* Это, на мой взгляд, чрезвычайно эври-стичное понятие было впервые использовано для анализа протеста М.Липским [27] и сейчас является методологическим ключом как в изучении отдельных движений (case studies), например, городских, женского, экологического, правозащитного [8,10,30], так и в сравнительном анализе движений в разных политических контекстах [22,23]. Такие исследователи, как Ч.Тилли, Д.Мак-Адам, С.Тэрроу и Г.Китчелт, рассматривают политические возможности как группу ресурсов, определяющих вероятность возникновения общественных движений, формы их деятельности и результативность [23,30,55,60]. Использование понятия структуры политических возможностей помогает выяснить, почему сходные по целям общественные движения вырабатывают разные стратегии, имеют разную организационную структуру и достигают разных результатов.

Эвристичность понятия зависит от того, как оно операци-онализировано, и, надо признать, варианты операционализа-ции структуры политических возможностей чрезвычайно многообразны. Насчитывается до 21 переменной, которые охватывает это понятие. Создается впечатление, что оно охватывает включает все факторы, влияющие на возникновение и развитие движений. Так, Г. Китчелт определяет структуру политических возможностей, на мой взгляд, слишком ши-

* Понятие «структуры политических возможностей» перекликается с понятием структурной проводимости как одним из факторов возникновения общественного движений, выдвинутым Н. Смелзером.

74

роко — как политическую среду в целом и способность государства претворять политические решения в жизнь [23]. Открытость и закрытость политической системы, а также сила и слабость режима определяют соответственно вероятность возникновения движений определенного типа и ход их развития.

Структура политических возможностей, по С. Тэрроу, характеризуется более узким набором показателей, которые включают лишь те характеристики политического режима, которые в самом деле могут выступать ресурсами, т.е. могут быть использованы движениями для достижения целей и мобилизации поддержки [55]. С.Тэрроу выделяет три группы показателей структуры политических возможностей: 1) степень открытости политической системы; 2) степень стабильности расстановки политических сил; 3) наличие союзников движения в рамках политической системы.

Степень открытости. Открытая политическая система характеризуется высокой «степенью отзывчивости» по отношению к требованиям, выдвигаемым снизу. При этом такая открытость может достигать той степени, когда движение кооптируется в существующие властные структуры, и его требования усваиваются политическими институтами. Для закрытой системы, напротив, характерны репрессивные меры по отношению к инициативам и коллективным действиям любого рода.

В литературе выделяются следующие показатели степени открытости политической системы [23]:

1. Число политических партий, фракций и групп, которые способны переводить требования различных социальных групп на язык официальной парламентской политики. Чем их больше, тем менее вероятно формирование общественных движений, требования которых не вписались бы в политический спектр требований, выдвигаемых политическими партиями.

2. Разделение исполнительной и законодательной власти. Поскольку законодательная власть непосредственно подотчетна избирателям, она более чувствительна к требованиям населения, а значит и общественных движений, по сравнению с исполнительной.

3. Характер взаимодействия исполнительной власти и групп по интересам. Там, где между этими социальными институтами преобладают относительно свободные нерегламентированные связи, облегчается доступ новых требований к центру принятия решений и вероятность возникновения радикальных движений уменьшается.

75

4. Наличие механизма объединения и согласования требований, выдвигаемых различными социальными и политическими субъектами. Открытость системы уменьшается, если в ней не разработан механизм формирования политических компромиссов и консенсуса.

Если политическая система, как в случае США, является открытой, то возникающие движения носят конкретно-целевой и реформаторский характер; они редко становятся революционными. Такие движения используют ассимиляционную мирную тактику, стараются работать в рамках существующих институтов и по типу организации близки добровольным обществам, группам давления. В закрытых политических системах движения настоены более радикально; они предпочитают конфронтационную тактику.

Связь между открытостью политической системы и типом общественных движений кажется очевидной, однако трудно сказать, в какой степени этот показатель детерминирует возникновение движения. Исследования политического протеста в Италии, проведенные С.Тэрроу, показывают, что важнейшим фактором возникновения движения является изменение степени открытости политического режима [56]. В ходе развития цикла политического протеста режим становится все более открытым. Это создает дополнительные предпосылки возникновения движений. Движения, включившиеся в протест на его ранних стадиях («жаворонки» протеста), заплатившие максимальную цену за участие в несанкционированных акциях, создают политические возможности для тех движений, которые активизируются позже («совы» цикла протеста).

Второй показатель структуры политических возможностей — степень политической стабильности в обществе. Раскол или согласие во структурах власти; обострение или утишение социальных, в частности, межнациональных конфликтов; степень электоральной стабильности — характерные индикаторы степени политической стабильности. В демократических режимах степень электоральной стабильности является чуть ли не решающей для судеб движений. Нестабильность в политических предпочтениях избирателей заставляет политические партии, особенно в предверии выборов, искать союзников вне политической системы, на улицах, среди участников движений. Опасаясь утраты легитимности, часть политической элиты склонна признать близкие им по духу общественные движения и выдвигаемые ими требования. В периоды политических кризисов и во время предвыборных кампаний власти более терпимы к коллективным действиям и

76

заявляют о своей готовности к реформам, что несомненно связано с борьбой за электорат.

Авторитарные режимы сложно оценить с точки зрения их политической стабильности. В данном случае она, вероятно, может быть измерена частотой смены политического руководства, наличием раскола или монолитностью политических элит.

Возможность приобретения влиятельных политических союзников — третья характеристика структуры политических возможностей — зависит в значительной мере от стабильности политической системы. Однако этот фактор в большей степени влияет на результативность движения, детерминанты которой будут рассмотрены ниже.

Структура политических возможностей не только различна в разных государственных образованиях, она может различаться в рамках одного и того же политического режима на региональном или локальном уровне. Исследования городских движений в США показали, что локальные и национальные политические стили играют ключевую роль в определении динамики конкретно-целевых общественных движений [8].

Механизм влияния структуры политических возможностей на общественные движения был проанализирован Г.Китчелтом [23,24]. Исследователь выделяет три способа воздействия политических условий на коллективные действия.

Во-первых, структура политических возможностей выражается в доминирующих социальных нормах по отношению к приемлемым формам коллективных действий. Шансы движения на успех возрастают, если оно апеллирует к нормам, широко распространенным в обществе. В западных демократиях, например, эффективны ненасильственные формы коллективных действий, поскольку в обществе превалируют установки на мирный, реформаторский путь решения социальных конфликтов, чего нельзя сказать об авторитарных режимах.

Во-вторых, структура политических возможностей выражается в правовых нормах, регулирующих взаимодействие между государственными структурами и группами по интересам, например в избирательном праве и законе об общественных организациях. Правовое регулирование определяет, насколько вероятно появление движения в той или иной политической ситуации, каков будет доминирующий тип возникшего движения и какова вероятность его институционализа-ции. Юридически закрепленные нормы определяют диапазон реагирования политических институтов на требования дви-

77

жений и обеспечивают возможность перевода этих требований на язык официальной политики.

В-третьих, структура политических возможностей определяет вероятность столкновения или кооперации интересов разных общественных движений в данной политической системе. Активность одного движения создает «демонстрационный эффект», что ведет к возникновению другого движения, следующего его примеру.

Сложность использования понятия «структура политических возможностей» связана с тем, что оно представляет собой целый конгломерат переменных. При этом совершенно неясно, насколько объективны политические возможности. С одной стороны, термин «структура» предполагает наличие объективных условий, независимых от общественного сознания. Но поскольку коллективное действие преимущественно рационально, то возникает вопрос, не появляются ли политические возможности в результате интерпретации реальности в идеологии движений? Над ответом на этот вопрос представители парадигмы коллективного действия бьются до сих пор.

Социально-экономические и политические факторы преломляются в организационных условиях, в инфраструктуре общества, которая составляет мезоуровень детерминации общественных движений. В парадигме коллективного действия эта группа факторов исследовалась особенно пристально.

Мезоуровень. Организационные условия. Как пишут Д.Мак-Адам, М.Залд и Дж.Мак-Карти, мезоуровень детерминации включает организационную инфраструктуру общества, экологическую концентрацию, наличие (или отсутствие) пересекающихся по составу общностей [32]. .

Организационная инфраструктура общества характеризует степень его организационной развитости. Она представляет собой все многообразие независимых от государства организаций гражданского общества. Использование ресурсов, принадлежащих другим организациям зачастую является главным фактором жизни движения. Организационная инфраструктура столь же необходимое условие мобилизации, как производственная инфраструктура — условие производства. Организационная инфраструктура включает институт церкви, систему политических партий, структуру профессиональной занятости населения и соответствующую структуру профсоюзных организаций, управленческую структуру бюрократии. Разные элементы организационной инфраструктуры по-разному влияют на общественные движения и соответственно по-разному могут быть использованы последними. Так левые партии в Западной Европе часто составляются электоральные блоки с представителями Новых общественных

78

движений; церковь поддерживает движение за запрет абортов в США.

Организационная насыщенность общества может быть различной. Количество организаций, добровольных объединений различается не только в тоталитарном и плюралистическом обществе, но и в разных демократических государствах. Так, известно, что в США действует наибольшее число независимых организаций гражданского общества.

Подчеркивая значимость организационных условий для формирования движения, представители теории мобилизации ресурсов подчеркивают особую значимость так называемой экологической концентрации. Последняя понимается как степень пространственной концентрации групп с однородными требованиями, интересами и потребностями. Этот показатель — организационный коррелят процессов урбанизации индустриализации. Степень организованности социальной группы, охваченной недовольством, обусловленная экологической концентрацией, оказывает решающее влияние на возможности протеста. А.Обершолл, А.Моррис, анализируя возникновение движения за гражданские права негров, показали, насколько важна для организации протеста первоначальная организованность негритянского населения. Наличие негритянских колледжей, добровольных обществ разных групп черного населения, негритянской церкви определило зарождение движения в рамках этих структур [30,38].

Именно в связи с экологической концентрацией на конкретных территориях такие социальные группы, как шахтеры, рабочие крупных промышленных предприятий, студенты, становятся во главе коллективных действий и у истоков циклов протеста.

Третья группа организационных условий-ресурсов возникает как следствие отсутствия «пересечения» между общностями. Чем многочисленнее и сильнее связи участников движения с другими общностями, к которым они принадлежат, тем наименее вероятно возникновение движения. Чем эксклюзивнее общности, ставшие базой движений, тем более вероятно, что мобилизация состоится. Этот тезис представляет собой обновленную интерпретацию идеи У.Корнхаузера (теория массового общества) о влиянии отчуждения на возникновение движения. Напомним, что, согласно традиционному подходу, движение возникает в тех случаях, когда разрушены механизмы вторичной социализации, т.е. когда личность не включена в организационные структуры гражданского общества. Этот фактор объясняет, почему, например, многие замужние женщины не принимают участие в феминистском движении, несмотря на то что оно представляет их

79

интересы. Дело в том, что привязанность к гетеросексуальной семейной общности у них оказывается сильнее, чем женская солидарность.

Организационные условия, по мнению многих критиков, вряд ли могут объяснить факт возникновения движения, хотя имеют прямое отношение к возможностям мобилизации, динамике и успешности. Действительно, подобно конфликтам, напряженности, недовольству, определенная степень организованности существует в любом обществе и потому если оставить за рамками анализа факторы, вызывающие недовольство, останется неясным, почему движение при данных организационных предпосылках возникает по одному поводу, а не по другому.

Кроме социально-экономических, политических и организационных факторов, обусловливающих возможность возникновения движений, исследователи выделяют еще одну группу. Это так называемые ситуативные, или случайные, факторы. Их влияние сказывается во внезапном подъеме недовольства населения. Всплеск массового недовольства могут вызвать самые разнообразные причины — непопулярные реформы правительства (например, введение новых налогов или сухого закона), рост цен, и пр. Такие подъемы народного возмущения могут быть вызваны также стихийными, независимыми от политической системы факторами. Так, взрыв на Чернобыльской АЭС стал катализатором развития экологического движения не только в СССР, но и за его пределами.

Резюмируем основные положения данной парадигмы о причинах формирования общественных движений. Эмпирические исследования отдельных движений и их сравнительный анализ, выявили недостаточность однофакторного анализа возникновения общественных движений. Движения формируются под воздействием многих факторов социально-экономического, политического и организационного характера. Эти факторы представляют собой разные группы ресурсов движения. Резюмируя представления о генезисе общественных движений, У. Гэмсон сформулировал модель порогового значения факторов [11]. Согласно его модели, для возникновения движения необходимо, чтобы каждый из видов ресурсов достиг порогового значения. Отсутствие или недостаточное развитие одного из видов ресурсов при этом может компенсироваться относительно большим развитием других ресурсов. Так, например, недостаточная организованность социальной группы может компенсироваться деятельностью лидеров-антрепренеров. Недовольство, которое в иных случаях не достигает порогового значения, в сочетании с возросшим

80

уровнем политических возможностей создает достаточные условия для возникновения коллективных действий.

В целом позиция сторонников парадигмы коллективного действия заключается в том, что движения возникают, когда группы недовольных приобретают надежду на успех борьбы за свои права в связи с появлением ресурсов или — шире — возможностей вести такую борьбу. Улучшение положения уменьшает затраты на мобилизацию и увеличивает шансы на достижение поставленных целей.

Социально-экономичекие, политические и организационные предпосылки превращаются в ресурсы движения лишь в условиях мобилизации, которую проводит движение для достижения своих целей. Обратимся к анализу процессов мобилизации в контексте парадигмы коллективного действия.