19. Золотой век Римской литературы. Формирование классического стиля. Характеристика исторической и культурной ситуации.

(44 до н.э. – 14 н.э.) Хронология датируется временем правлением первого императора Октавиана Августа. Устанавливается Прицнципат «первый». Августа воспринимают как спасителя от кризиса. Август официально восстанавливает древнюю римскую республику. На самом же деле он создает раннюю римскую империю. В литературе преобладают темы о возвращении к старым обычаям, о возрождении Рима; гражданин должен ставить интересы гос-ва превыше собственных, тема войны с точки зрения того, что война – проклятие, о наступлении эпохи мира. За образец римская лит-ра берет греческую классику и Гомера. Эпос – один из наиболее важных жанров. Политическое красноречие уходит в прошлое, зато развивается торжественное. Формируется художественно-дидактическое направление историографии (Тит Ливий). Золотой век – наивысший расцвет римской поэзии (Вергилий, Гораций, Овидий). Римская любовная элегия (Тибулл, Проперций). Золотой век – тяжелое время для театра, расцвет пантомимы. Появляются литературные кружки вокруг богатых и знатных людей. Основных было 3: Гай Меценат кружок, куда входили Гораций, Вергилий, Тит Ливий, Проперций, кружок приближенных к Августу, 2 Марк Валерий Мицелла (Овидий) выходили за рамки того, что распространял Август, Гай Озиний Поллион. Поллион образовал первую общественную бибилиотеку. Озиний Поллион основал рецитации (публичные выступления поэтов и риторов с дальнейшим обсуждением).Римляне пытаются переплюнуть греков с их литературой, в их стиле, но лучше. Тема золотого века (5 веков Гесиода), но теперь говорят о том, что Золотой век вернулся. У римских авторов появляется понятие цикличности. Концепция удревления рода Юлиев (пошли от Энея). Как Эней возродил троянский народ в Риме, так Август (его потомок) возрождает Рим.

20. Публий Вергилий Марон — ранний период творчества. «Буколики», «Георгики». «Буколики» - композиция эклог (разбор IV и VI эклоги).

Публий Вергилий Марон (70-19). Вергилий, как Гомер для римской литературы. Без Гомера невозможна греческая лит-ра, без Вергилия – римская. Самый прославленный поэт Рима. Вергилий был родом с Севера Италии (Мантенея), отец его содержал оружейную мастерскую. Вергилия отпарвляют учиться в Кремон (центр Северной Италии), потом едем в Милан и уже потом в Рим(50-е годы). Пытался стать адвокатом, но его карьера не удалась. Потом увлекается философией. Увлекался точными науками, медициной математикой. Считается, что Вергилий начинал вместе с кружком неотериков. Писал эпиллии, идиллии, эпиграммы. Первую славу Вергилию принес сборник «Буколики», подражает Феокриту. 7 лет Вергилий пишет «Георгики», за основу взята поэма «Труды и дни» Гесиода, но Вергилий подражает философскому эпосу Лукреция. Больше 10 лет он пишет «Энеиду», первый национальный римский эпос. Формально считается недописанной. Вергилий едет в путешествия, повторяя путь Энея, но умирает в этом походе. 

Буколики (41-39). Написаны во время гражданской войны. Буколики – попытка уйти от страшной реальности. Выбирает жанр идиллии. Буколическая поэзия развивается на фоне Аркадии – полумифической страны. Вергилий пытается давать географические описание – смесь описаний Феокрита и Римских ландшафтов. Говоря о персонажах он идеализирует их быт и персонаж и у него идеальны и несколько абстрактны, похожи на вымышленных героев. Буколики – 10 стихотворений, поделенные на идиллии и эклоги. Использует прием чередования (нечетные стихи в форме диалога, четные в повествовательной форме). Героями Вергилия являются пастухи и пастушки. Новые темы: золотой век, возвращение к гесиодовской периодизации, но акцент именно на Золотом веке, появляется элемент характерный для Рима (век воинов), римляне - дети Марса. Земля и земледелие может принести счастье в Италию. 

Георгики пишет 7 лет. Закончена поэма в 29 году до н.э. Поэму он посвятил Меценату и Августу. Поэма о земледелии. Подражает поэме Гесиода «Труды и дни». Жанром является дидактический эпос. Поэма состоит аз хаотичного вида наставлений и описания разных земледельческих работ. 4 части, каждая какой-то части хоз-ва: 1 о земледелии, 2 садоводству и виноградарству, 3 скотоводству, 4 пчеловодству. Описывает занятия, важные для центральной Италии. Композиция. Прием чередования: первые 2 книги посвящены природе неодушевленной, 3, 4 книги одушевленным предметам. 1,3 книга содержат мрачные прогнозы и описания, 2, 4 наоборот рисуют светлые картинки, радостные события, заканчиваются хорошими пожеланиями. Вергилий заимствуют форму Гесиода, но поэма эта наполнена философскими размышлениями, а не наставлениями земледельцу. 3 часть о скотоводстве заканчивается картиной мора скота, но в этой части Вергилий говорит о гражданской войне, где погибло множество римлян. В 4 книге он представляет возрождение Рима, как стро-во нового улья. Он также касается темы золотого века. Он говорит о золотом веке, который приближается. Также вплетает современные события (убийство Цезаря), в 4 книге говорит о создании нового храма. В прологе 3 книге он говорит, что напишет новую поэму, посвященную трудам Августа.

Эклога IV посвящена Азинию Поллиону и приветствует рождение какого-то не названного по имени ребенка. Поэт, как бы в пророческом вдохновении, предсказывает будущее новорожденного. С его появлением на свет связывается приход иного, благодатного времени. Ему будет дано принести на землю то главное, чего жаждала в те годы душа каждого римлянина, — мир. Сама природа обновится, станет доброохотно приносить все нужные человеку плоды, — словом, с рождением таинственного ребенка ожидается возврат «золотого» века Сатурна. Не трудно угадать отражение концепции, на сей раз не эпикурейской, а стоической, что развитие мира идет по спирали и что по прошествии известного количества «веков», не совпадающих, впрочем, с понятием сто- или тысячелетия, мир вернется к тому состоянию, когда-то уже бывшему, когда волк и ягненок бродили вместе по лугам и деревья плодоносили без всякого ухода. Но кому же, какому таинственному младенцу поэт предсказывает миссию обновления жизни во всем мире? Концепция слишком величественна, предсказания слишком определенны, чтобы не вызывать законного стремления осветить поэтическое предвидение исторической критикой. Перед наукой Вергилием поставлен вопрос большой ответственности, вопрос, который может увести отвечающего в глубины мистического и дебри суеверного, но на этот раз исследователь не может успокоиться мыслью, что тайны никакой нет и что не стоит тратить время на разгадку несуществующего, ибо тайна (историческая, а в устах Вергилия и мистическая) действительно налицо. Под новорожденным обновителем мира разумели многих младенцев: самого Октавиана, — что было бы наиболее убедительно ввиду его деятельности как умиротворителя государства, но уже одно то, что Октавиану было в то время за двадцать лет, опровергает такое предположение; видели в мальчике и сына Марцелла, любимого племянника Цезаря; видели и сына Поллиона, который вот-вот должен был родиться. Но все эти концепции встречают непреодолимые препятствия, о которых здесь, в пределах короткой статьи, было бы неуместным распространяться. В это тревожное время, когда сознание мыслящего римлянина металось от одной философской доктрины к другой и впитывало различные религиозные учения, наводнившие Италию, могло ли таинственное содержание эклоги IV пройти мимо всех тех, кто искал правды, мира и равенства людей? В эклогу IV стали вчитываться с предубеждением, подготовленным восточной идеологией, в ней стали находить то, что соответствовало обновлявшемуся человеческому сознанию; она не могла не показаться христианам отвечающей библейским пророчествам.

Эклога VI, по своему стилю самая «александрийская» из эклог. Три шаловливых представителя пастушеского, но вместе с тем и мифологического мира, двое мальчишек и девочка-нимфа, застают в пещере спящего с похмелья Силена, отца козлоногих обитателей леса, опутывают его плетеницами из цветов, мажут ему лицо соком тутовых ягод и заставляют его спеть им те песни, какие давно были обещаны. Проснувшийся Силен соглашается и отвечает шалунам песней, вовсе не соответствующей их игривости. Он поет о сотворении мира, следуя философской концепции эпикурейцев, затем переходит к различным мифологическим темам и включает в свою космогоническую фантазию несколько стихов, посвященных тому же поэту Галлу, о котором говорится в эклоге X. Ученые пытались уточнить, кого же Вергилий разумел под Силеном, предполагали, что в его гротесковом образе отразился кто-нибудь из преподавателей философского «сада», но эти попытки также остаются бесплодными и оставляют за нами право думать, что Силен эклоги VI просто Силен популярной народной мифологии, наделенный по воле поэта какими-то сверхъестественными познаниями.