1. Деятельность IV Государственной Думы.

2. Участие России в первой мировой войне.

Крах политики «бонапартизма» был вместе с тем и крахом политики октябристов, непосредственных проводников столыпинского курса. Выборы в IV Думу продемонстрировали это с полной определенностью: октябристы оказались единственной буржуазно-помещичьей партией, сократившей в Думе свое представительство. Даже их лидер А.И. Гучков провалился на выборах. Кризис Третьеиюньской системы еще более углубился в период IV Государственной думы, в недрах которой начал размываться октябристский центр, выступавший в роли «качающегося маятника» между черносотенно-помещичьим и буржуазно-либеральным большинством. Если правые и националисты располагали теперь в Думе 185 местами вместо 148 в III Думе, а кадеты и прогрессисты 107 вместо 88, то октябристы – 98 вместо 120 мест. В итоге Дума поправела, хотя вся страна полевела. В декабре 1913 г. партия октябристов раскололась на три фракции. Октябристы перестали играть роль «качающегося мятника», связующего звена между правыми и либералами кадетского толка. Правительство уже не имело возможности выступить с программой, способной объединить черносотенные, помещичьи и либеральные группировки в Думе. Более того, те и другие обрушились на него с критикой. Правые потребовали полностью отказаться от «обещаний 1905 г.», а буржуазно-либеральные партии упрекали правительство в недальновидности и неспособности предотвратить неумолимо надвигающийся революционный взрыв.

Напряженная обстановка в стране вынудила либералов усилить свою оппозицию к правительству. Депутат от партии кадетов А.С. Салазкин заявил о «неотложной необходимости» осуществления политических свобод, провозглашенных в Манифесте 17 октября. Через несколько дней подобные же заявления сделали лидеры прогрессистов.

Через месяц лидер октябристов Гучков огласил резолюцию, в которой говорилось, что дальнейшее промедление в осуществлении необходимых реформы и уклонение от начал, провозглашенных Манифестом 17 октября 1905 г., грозит стране тяжкими потрясениями и гибельными последствиями. В Думе вновь начал складываться «левый блок» – совместные действия социал-демократов, эсеров и трудовиков. От большевиков в IV Думу было избрано 6 депутатов: А.Е. Бадаев, Г.И. Петровский, М.К. Муранов, Ф.Н. Самойлов, Н.П. Шагов и Р.В. Малиновский (провокатор).

Как и в трех предыдущих думах, главным вопросом IV Думы был аграрный. 26 июня все фракции, кроме социал-демократической партии, проголосовали за военные кредиты.

Весной 1915 г. «патриотический подъем» первых месяцев войны сменился в буржуазно-либеральных кругах серьезной тревогой, вызванной бессилием царизма добиться победы на фронтах, буржуазно-либеральные партии в IV Думе выдвинули требования создания правительства, пользующегося доверием Думы. В августе 1915 г. в Думе был создан «Прогрессистский блок». В него вошло большинство буржуазно-либеральных фракций, за исключением крайне правых, трудовиков и меньшевиков (большевистская фракция была арестована). В программе «Прогрессистского блока» не было требования крупных социальных реформ, которые могли бы существенно изменить положение в стране. К тому же внутри блока сохранялись старые политические противоречия. Лидер кадетов П.Н. Милюков называл блок «спасательным поясом тонущей монархии». Тем не менее, даже умеренная программа блока была категорически отвергнута Николаем II. В начале сентября он прервал (на время) работу Думы. События лета и осени 1915 г. еще раз убедительно показали, что оппозиционные выступления буржуазно-демократических кругов не в состоянии склонить царизм к сколько-нибудь серьезным политическим уступкам.

Председателем IV Государственной думы был избран беспартийный либерал М.В. Родзянко.