Настасья Степановна Богданова (Зиновьева)

из деревни Конда в Заонежье. Н. С. Богданова была известна еще в 1900-х го­дах. Она выступала по приглашению в школах и других учреждениях Петрозаводска.

Она выступала с пением былин в Петрозаводске и Петербурге, потом в Москве. От нее былины записывал петрозаводский фольклорист Н. Н. Шайжин.

Бы­лины Богдановой вошли в сборник Шайжина «Олонец­кий фольклор» (Петрозаводск, 1906 г.), потом они были перепечатаны Bс. Миллером в «Былинах новой и недав­ней записи» (М., 1908 г.). 15 1913 г. II. С. Богда­нову приглашают в Петербург, где она успению высту­пает с пением былин.

Жанровый репертуар ее исклю­чительно разнообразен. Она исполняла «старины», пела духовные стихи, сказывала сказки, любила петь песни. Расцвет деятельности Н.С. Богдановой как сказительницы относится к первой четверти XX века. В 1900-е годы от нее были произведены записи Н. Шайжиным, позднее – участниками экспедиций Государственной Академии художественных наук и Государственного Института истории искусств в 1926 году и в последующие годы. Умерла Н.С. Богданова в 1937 году.

Знания Н.С. Богдановой в области народной поэзии были чрезвычайно разносторонними. Кроме былин, она была большим мастером старинной причети и народной лирической песни, знала сказки, духовные стихи, загадки; ее речь была пересыпана пословицами и поговорками. Больше всего она любила былины и была глубоко уверена в исторической достоверности их содержания. Былинный репертуар ее невелик – всего 10 былин. Но тексты ее отличаются большим своеобразием.

Но более всего она любила былины. Она училась былинному сказительству у бабушки Гавриловны по прозвищу «Шавша», а также от Домны Суриковой, известной Гильфердингу.

Если Рябинины были главным образом мастерами героического эпоса, то Н.С. Богданова особенно культивировала былины с романическим и семейно-бытовым содержанием (о неудачной женитьбе Алеши Поповича, о Дунае, о Чуриле и неверной жене Пермяты и т. п.), продолжая и развивая, таким образом, другую линию эпической традиции Прионежья. В былинах Настасья Степановна тщательно разрабатывала диалоги и детали отдельных эпизодов, усиливала психологические моменты и художественные описания. Особенно разработана самая любимая ее былина – о Добрыне и Алеше, принадлежащая к лучшим обработкам этого сюжета.

В 1926 г., когда участники экспедиции бр. Соколо­вых прибыли в Петрозаводск, Настасья Степановна сама пришла к собирателям. Затерявшаяся в складках собственной шали, она, как живое воплощение минув­шего и настоящего, соединяла век XIX с новым поко­лением певцов, с веком XX. «И в первый же день нашего приезда, — рассказывает один из участников этой экспедиции, — в высокие пустые комнаты, где мы остановились, пришла маленькая и чинная старушка, к широкой черной шали и, в меру поцеремонившись, согласилась петь. Это была Настасья Степановна Бог­данова, так и оставшаяся лучшей из слышанных нами сказителей... Когда, наконец, она запела, охватило такое чувство, будто всех нас уносит волна в широкое спокойное озеро. Пела она былину о Добрыне и Алеше, иногда останавливалась и кокетливо спрашивала: «Дальше-то петь ли?»

К героям у нее чувствовалась нежность, будто пела об уважаемых согражданах, знакомых с детства; будто вспоминала о них нераздельно со своей молодо­стью... И когда мы уплыли на каменистые Заонежские острова, мы и в новой обстановке не могли забыть ее голоса».

Воспоминание о Н. С. Богдановой, исполнявшей былины с подлинным артистизмом, находим у А. М. Аста­ховой: «Прекрасная дикция, несмотря на возраст, задушев­ный тембр голоса, насыщенные психологизмом образы ее былин, умелое использование поэтическими приемами давали слушателям большое и незабываемое художе­ственное наслаждение. Лучшей в ее репертуаре была особенно любимая ею самой былина о Добрыне и Алеше — вообще один из самых художественных ва­риантов этого сюжета».

Повторные записи былин от этой крупнейшей сказительницы XX в. показали, что Н. С. Богданова принадлежит к числу тех певцов, которые, подобно Т. Рябинину, прекрасно сочетают способности хранителя классических былинных сюжетов и композиции с личной творческой инициативой.

Ряд былин от Н. С. Богдановой («Дунай», «Добрыня и Алеша», «Чурило Пленкович») записаны дважды. Почти четверть века отде­ляет первые записи от повторных. Храня в цельности художественную композицию былин, Н.С. Богданова и повторных вариантах произвела некоторую отшли­фовку деталей, усилила психологическую мотивировку, уточнила отдельные описания, перефразировала отдель­ные строки и т. п.