5. Детская поэзия и русские поэты XIX в кругу детского чтения

ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА XIX ВЕКА

Рубеж XVIII —XIX веков был для русской культуры эпохой переходной. Русские дворяне причину Великой Французской ре­волюции (1789— 1794) нашли в идеях Просвещения и пересмот­рели их. Среди них началось движение любомудрия (свободомыс­лия): новыми ориентирами культурного развития стали народ и личность. Разочарование в просвещенном разуме сменилось упо­ванием на чувство, возвращающее человека к истокам существо­вания — природе, родине, народу, семье. После Отечественной войны 1812 года сентиментальное миропонимание начало допол­няться романтическим: обнаружились противоречия между лич­ностью и народом, обострилась проблема равновесия между на­циональной самобытностью и европеизмом русской культуры (это равновесие было поколеблено реформами Петра I), писателям пришлось определяться с выбором путей развития русского лите­ратурного языка. Подавление декабризма привело к изменению всей системы воспитания и образования в стране.

Главным вопросом, стоявшим перед русской литературой того времени, был вопрос о народности. Народность — понятие широ­кое, исходящее из внутренней идеи произведения, оно подразу­мевает прежде всего выражение в произведении «народного духа». Истинная народность отлична от «народного стиля», касающего­ся только формы, внешних деталей.

Требование народности в полной мере относилось и к детским книгам. Доставшиеся в наследство от прошлых времен детские книги, равно как и переводные, не могли отвечать возросшим запросам педагогов, родителей. Перед отечественной культурой встала насущная задача создать такую литературу для детей, кото­рая отвечала бы современным философско-эстетическим и педа­гогическим идеям. Именно в первой половине XIX века были за­ложены традиции той детской литературы, что сохраняет свою значимость для нынешних новых поколений детей.

Смешение различных тенденций классицизма, сентиментализ­ма, романтизма и реализма дало необыкновенно богатую палитру как во взрослой литературе, так и в детской. Романтический тип творчества, характерный преимущественно для 20 —30-х годов XIX века, навсегда остался ведущим в литературе для детей. В про­изведениях романтического направления обычно противопостав­ляется обыденная жизнь некоему возвышенному идеалу, пошлый рассудок — мечтательной душе, и, в частности, ограниченное сознание взрослых — свободе «сверхчувств» детей. Писатели-ро­мантики первые ввели в русскую литературу психологически очер­ченный образ ребенка, они угадали в мире детства целый поэти­ческий мир.

Большое влияние на культуру детства оказали салоны, вошед­шие в моду на рубеже XVIII —XIX веков. Для детей устраивались праздники, ставились спектакли с их участием, они декламиро­вали стихи и музицировали перед искушенными в искусстве взрослыми. Так, лицеист Александр Пушкин выступал на празд­нике в Павловске по случаю встречи военного триумфатора Алек­сандра I.

Развитию детской литературы способствовало и распростране­ние закрытых учебных заведений, в программу которых входила не только литература, но и начатки писательских навыков. В ка­детских корпусах зародилась традиция ученических журналов. Уча­щиеся могли рассчитывать на поддержку своих творческих опытов. К становлению юного Пушкина были причастны В.Л.Пушкин (его дядя — известный поэт), Н.М.Карамзин, В.А.Жуковский, Д.В.Давыдов, Г.Р.Державин и др.

Новая традиция альбомов привела к появлению особого жанра послания — от взрослого к ребенку. Поэты сохранили старую тра­дицию писания стихов-обращений от имени детей ко взрослым, но наряду с официозом в панегириках-посланиях зазвучали мо­тивы интимно-семейные. Новые формы культуры детства сочета­лись с развитием литературы для детей, способной органично вписаться в жизнь общества. Сформировались каноны образа русского детства — изображе­ние зимы, деревенской жизни и народных забав, чувствительного и доброго ребенка.

Сохранились жанры школьно-гимназической поэзии — ода, гимн, эпитафия, послание, стихи на случай. Наиболее распрост раненными жанрами были песня, элегия, стихотворный рассказ, шутливые стихи.

Среди художественных жанров детской литературы наиболь­ший расцвет переживала литературная сказка — стихотворная, прозаическая и драматическая. В сказках наиболее полно выразил­ся русский романтизм с его обращенностью к устной народной поэзии, к внутреннему миру человека. Воздействие народной сказки на сказку литературную было сильно как никогда прежде, но при этом писатели-сказочники уходили от простого подражания на­родной фантазии, желая создавать творения, не уступающие в совершенстве фольклору.

Рассказы для детей тяготели к союзу познавательности и нра­воучительности, постепенно становясь все более реалистичными, ибо освобождались от грубых форм назидания.

Авторы искали путь создания универсальной книги для ребен­ка, в которой художественный образ был бы плотью и кровью научного знания, весь мир представал бы в своем нерасчленен-ном единстве и живости, а читатель постигал этот мир сначала сердцем, а потом уже разумом. Этот поиск связан в первую оче­редь с именем Владимира Федоровича Одоевского.

Получали все более широкое распространение детские научно-популярные издания — журнальные публикации, книги с описа­ниями путешествий, красочные альбомы... Особенно значительны были достижения в популяризации отечественной истории.

Много выходило книг и статей религиозного содержания: адап­тированные жития святых, пересказы Библии, повести о первых христианах и т. п.

Делала первые робкие шаги драматургия для детей: специфика этого рода литературы еще долгое время представляла большую трудность для детских писателей. Однако басни, утвердившиеся в круге детского чтения и в домашних детских спектаклях, до извест­ной степени восполняли этот пробел.

Важнейшим достижением детской литературы первой полови­ны XIX века нужно считать обретение своего языка, рожденного живой стихией разговорной речи, облагороженного высочайшим вкусом поэтов, прежде всего гениального Пушкина. И сегодня язык пушкинских сказок остается эталоном для детских писателей.

Большое количество переводных книг для детей пока не пере­ходило в художественное качество. По большей части переводы были весьма приблизительны и лишь увеличивали недостатки и без того слабых оригиналов. Вместо более или менее точных пере­водов детям предлагали адаптированные переложения. Правда, и на этом пути были немалые обретения. Так, Жуковский в своем творчестве заложил традиции перевода и переложений для детей.

Развитие детской литературы шло в русле «большой» литерату­ры и педагогики. Крупнейшие писатели «золотого века» обращались к творчеству для детей только в тех случаях, когда жизненные обстоятельства или философские воззрения приводили их к педа­гогике. Антоний Погорельский, В.А.Жуковский, А.О.Ишимова, В.Ф.Одоевский, С.Т.Аксаков и другие писатели оставили значи­тельный след в детской литературе именно благодаря счастливому соединению двух страстей — к литературе и к воспитанию детей. Большая же часть произведений, ныне принадлежащих юным чита­телям, адресовалась взрослым (как, например, сказки и стихи Пуш­кина, «Конек-горбунок» Ершова). Ориентирами для культуры были идеалы просвещенного гуманизма, демократизма и патриотизма.

Огромным достижением можно считать появление теории и критики детской литературы — в статьях ведущего критика пер­вой половины XIX века Белинского. Им было доказано, что дет­ская литература есть высокое искусство, к которому приложимы строгие критерии народности, гуманизма, образности, что дет­ская книга должна служить не только предметом развлечения или обучения, но важным средством духовного развития ребенка. Он провозгласил лозунг литературы для маленьких читателей: «Ми­нуя разум, через сердце», указал признаки, по которым узнается псевдолитература, и описал вред, наносимый ею ребенку.

Так был сделан важный шаг к созданию литературы художе­ственной, занявшей место рядом со старшей по возрасту учебно-познавательной литературой. Так была поставлена высокая план­ка для детских писателей следующих эпох.

ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XIX ВЕКА

За промежуток времени от Крымской войны (1853—1856) и реформ 60-х годов до начала революционных событий (1905) дет­ская литература прошла этап своего окончательного утверждения в русской культуре. Творчество для детей стало восприниматься большинством писателей как почетное и ответственное дело. Утверждалось и отношение к детству как к суверенному миру с собственными духовными и этическими началами, своим быто­вым укладом. Разнообразие педагогических систем свидетельство­вало о постановке новых вопросов, касающихся детства и взаи­моотношений взрослых и детей.

Эпоха потребовала от детской литературы актуального содер­жания и современной художественной формы. Противоречия, порожденные реформами, могли быть разрешены только буду­щими поколениями, поэтому маленьким читателям предлагались книги современного звучания — здоровая духовная пища для пра­вильного развития личности.

Расцвет реалистического искусства оказал решающее влияние на детскую литературу, качественно изменил прозу и поэзию для детей (не дав, впрочем, заметного толчка детской драматургии).

Шире стала пониматься проблема народности: простое выра­жение «народного духа» признавалось уже недостаточным — не­обходимо было, чтобы произведение служило связующим звеном между читателем и народом, отвечало интересам всех честных и думающих читателей. Иными словами, понятие народности при­обрело более идеологический характер, связанный с идеалами демократии и гражданственности.

Революционно-демократическое направление в литературе и критике оказало большое влияние на детскую литературу. Это направление возглавляли критики и литераторы Н.Г.Чернышев­ский и Н.А.Добролюбов, поэт и редактор журнала «Современ­ник» Н.А.Некрасов. Революционеры-демократы формировали новое общественное сознание, взывая к гражданской совести и материалистическим взглядам, возглавляя борьбу за счастье на­родное.

Усиливается противоборство двух давних в детской литературе тенденций.

С одной стороны, детская литература сближается с современ­ной ей «взрослой» литературой: писатели демократического на­правления стремятся внести в произведения для детей художе­ственные принципы и идеи, которые приняты во «взрослой» ча­сти их творчества. С небывалой до того откровенностью и вместе с тем нравственным тактом они изображают мир реальных проти­воречий. Опасность раннего взросления детской души кажется им меньшим злом, чем опасность духовной спячки.

С другой стороны, ревнители «охранительной» педагогики и литературы проповедуют защиту детского мира от жестокой ре­альности: в произведениях на современные темы не должно быть полной картины жизни, неразрешимых противоречий и безнака­занного зла. Так, трагическая неизбежность смерти умеряется ре­лигиозной верой в бессмертие души, социальные язвы лечатся благотворительностью, вечное противостояние человека и при­роды сводится к облагораживающему влиянию красот природы на юную душу.

Противоборство двух мировоззренческих тенденций вполне отражают детские журналы. Сохраняют свою популярность став­шие привычными для общества журналы А. О. Ишимовой. Су­ществуют и другие детские журналы сентиментально-охрани­тельного толка. Появляются журналы новые, уже демократиче­ской направленности. В них утверждаются ценности народни­ческой идеологии и разъясняются идеи материализма и дарви­низма.

Развитие поэзии для детей идет двумя путями, получившими условное название «поэзии чистого искусства» и «некрасовской школы» (т.е. народно-демократической поэзии). Помимо пейзаж­ной лирики получает широкое распространение гражданская ли­рика. В поэзию для детей начинает проникать сатира. В стихах все еще звучит главным образом голос взрослого лирического героя, но уже появляется герой-ребенок, что будет характерно для дет­ской поэзии XX века. Диалог с ребенком, воспоминания о детских ощущениях — шаги к этому переходу.

Детство как лирическая тема, открытая в творчестве Шишко­ва, Жуковского, Пушкина, Лермонтова, получила окончатель­ное утверждение в поэзии второй половины века. При этом боже­ственные, ангельские черты в образе ребенка сменяются чертами сугубо реалистическими, хотя образ ребенка не утрачивает своей идеальности. Если поэты первой половины века видели в ребенке идеал современной им эпохи, который сходит на нет по мере взросления, то в восприятии их поздних преемников ребенок иде­ален в смысле его будущих деяний на благо общества.

Поэзия для детей (особенно в «некрасовской школе») разви­вается в тесной связи с фольклором, сам поэтический язык при­ближен к языку народной поэзии.

Более прочные позиции в детской прозе занимает теперь жанр рассказа. Наряду с традиционными моралистическими и художе­ственно-познавательными получают развитие рассказы социаль­но-бытовые, героико-приключенческие, исторические. Общие их черты — реализм, углубление подтекста, уход от однозначности в решении конфликта, усложнение общей идеи.

К концу столетия в отдельное тематическое направление вы­деляются рассказы о детях-сиротах, бедняках, маленьких труже­никах. Писатели стремятся привлечь внимание к катастрофиче­скому положению детей, погибающих духовно и физически в тис­ках буржуазно-капиталистического века. Эта тема звучит в произ­ведениях таких писателей, как Мамин-Сибиряк, Чехов, Куприн, Короленко, Серафимович, М.Горький, Л.Андреев. Тема тяжело­го детства проникает и в популярные святочные рассказы, либо подчиняясь сентиментальной идее благотворительности, либо опровергая ее (например, рассказ Достоевского «Мальчик у Хри­ста на ёлке»).

Привлекают внимание писателей и психологические пробле­мы детей, растущих в так называемых «приличных» семьях. Лев Толстой, Достоевский, Чехов, Короленко, Куприн в своих про­изведениях проводят подробнейший анализ возрастной психоло­гии детей, факторов воспитательного влияния, обстановки, ок­ружающей ребенка, и приходят порой к выводам неожиданным, настораживаюшим. Формируется литература о детях, обрашенная к родителям и педагогам.

Литературная сказка становится все более похожей на реали­стический рассказ. Чудеса и превращения, моменты волшебного вымысла уже не являются определяющими чертами сказки. Писа­тели предпочитают держаться законов реальности, не прибегая даже к прямой аллегории. Животные, растения, предметы могут говорить, выражать свои чувства и мысли, но человек уже не всту­пает с ними в диалог. Волшебный мир закрылся от человека, люди существуют где-то по другую его сторону. Так двоемирие роман­тической сказки заменяется двоемирием сказки реалистической.

Продолжаются поиски приближения к детям «вечных» книг, в частности Нового Завета и Ветхого Завета, христианских притч, апокрифов, житий. Церковь идет навстречу новым запросам, вы­пуская облегченные переложения, впрочем, тщательно взвешен­ные на весах государственных интересов. Лев Толстой предлагает освободить древние произведения от элементов фантастики, ре­лигиозной мистики, оставив чистую нравственную основу, т.е. предлагает применить законы реализма к произведениям, воз­никшим вне литературных направлений. Н.С.Лесков в 80 —90-е годы создает ряд рассказов, сказок, повестей на христианские сюжеты, подчинив мистическое начало сказаний правде отно­шений между людьми.

Достижения литературы второй половины XIX века явились мощной основой обновления детской литературы в начале следу­ющего столетия и подпитывали ее дальнейшее развитие.