Раздел XII. Кассационные жалобы и жалкая роль адвокатов

Глава 1. Необоснованность как форма произвола в уголовном процессе

Почти каждое прошение адвокаты начинают стандартной фразой, что обжалуемый акт “незаконен, необоснован и немотивирован”. Незаконность акта признаётся в силу его противоречия установленным законом правилам, нарушения этим актом чьих-либо прав и правоохраняемых интересов. Если акт незаконен, то избыточно указывать на его необоснованность или немотивированность. Никакое обоснование не может превратить незаконный акт в законный. Мотив – это причина, которая двигала создателя акта. Отсутствие указания в акте на мотив его принятия не делает этот акт незаконным, нарушающим чьи-то права. Часто бывает желательно узнать, какой мотив двигал лицом в издании акта. Иначе приходится гадать о таком мотиве. Но издатель акта может и скрыть истинный мотив, и написать ложный. Отсутствие обоснования не делает акт ложным, не истинным. Приводимое в акте обоснование есть [логическое] доказывание истинности акта, вывода акта, изложенного в акте повеления к действию. Но если, по мнению лица, которому адресован или чьи интересы затрагивает акт, не доказывается правильность повеления акта, то это не означает, что акт ложен и его не следует выполнять. Цель обоснования заключается в возможности скорой проверки этого акта на его истинность (принцип процессуальной экономии). Если в процессе пересмотра акта будет выявлена незаконность акта, то он будет отменен по причине именно противоречия его закону и нарушения чьих-то прав или правоохраняемых интересов, а не по причине неполного обоснования, соблюдения всех силлогистических форм. При обосновании может быть допущена логическая ошибка или совершена подмена тезиса. Хотя с позиции применения уголовного наказания, то есть предельного из видов наказания, недоказанность тезиса влечёт воздержание от применения уго728 ловного наказания (презумпция невиновности). При проверке (пересмотре) процессуального акта проверяется логическая правильность обоснования. Самоё неправильность обоснования, то есть недоказанность тезиса, не влечёт признание тезиса ложным, иначе говоря, признание акта недействительным, или незаконным. Если тезис истинен, но приводимое обоснование выдвинувшего его органа или лица ошибочно по причине неправильного применения силлогистических операций, то орган или лицо, которому поступило прошение о пересмотре утверждения об истинности этого тезиса, обязан сам обосновать по силлогистическим правилам его истинность или ложность. Такая проверка есть не что иное, как проверка законности. Отсюда требование процессуального закона об обязательности обосновать тезис (утверждение, решение, приговор). С одной стороны, обоснование есть способ самоконтроля распорядительного органа (лица) при принятии решения, а с другой – форма проверки правильности принятого решения. Требование закона об обязательном обосновании решения, то есть изложении логической связи суждений и умозаключений, есть способ противодействия судейскому произволу, преодоления абсурда логикой. Отсутствие обоснования или логическая его порочность всегда должно вызывать сомнение в законности процессуального решения. Отсутствие в процессуальном решении его логического обоснования принуждает принять это решение на веру, без доказательства. Процессуальное решение без обоснования есть решение по произволу. Поэтому отсутствие обоснования – разумное основание для сомнения в правильности решения. Адвокат пожаловался в суд на постановление обвинительного органа о выделении и возбуждении уголовного дела, поскольку посчитал, что это решение способно причинить ущерб конституционным правам и свободам его доверителя. Адвокат попросил суд признать это постановление незаконным и необоснованным, а также обязать обвинительный орган устранить допущенные нарушения. Адвокат посчитал, что постановление обвинительного органа не отвечает предъявляемым процессуальным законом к такому рода актам требованиям законности, обоснованности и мотивированности. Адвокат в жалобе указал, что обвинительный орган расследовал уголовное дело в отношении обвиняемых А., Б., В. и неустановленных лиц, но выделено было из него уголовное дело в отношении Г., Д., Е. и других неустановленных лиц. При этом в решении о возбуждении обвинительным органом уголовного дело против Г., Д. и Е. не был указан повод возбуждения нового уголовного дела, как того требует процессуальный закон. Но главное, на что указывает адвокат, это то, что невозможно возбудить дело в отношении неустановленных лиц, а тем более выделить уголовное дело в отношении “иных” неустановленных лиц, хотя бы по той причине, что они не установлены, то есть ничего не известно о самом факте существования физических лиц. Также адвокат обратил внимание на то, что постановление о выделении уголовного дела не содержит перечисления документов, которые подлежат выделению из первого уголовного дела. Потом в объяснении своей жалобы адвокат раскрыл перед судом элементный состав преступлений, которые вменены его подзащитному, и высказал суждения о том, что обвинительный орган неправильно предъявил обвинение его подзащитному, в частности, отсутствует объективная сторона преступления. Суд посчитал, что этим постановлением обвинительный орган не причинил ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства и не затруднил доступ граждан к правосудию. Суд высказал мнение, что под законностью процессуального решения лица, осуществляющего уголовное преследование, понимается соответствие процессуального решения требованиям уголовно-процессуального законодательства. Обвинительный орган принимал решения в рамках своих полномочий. Выяснение фактических обстоятельств уголовного дела и проверка обоснованности правильности уголовно-правовой квалификации деяний лица относится к компетенции органов предварительного расследования, а не суда. Кроме того, отметил суд, что адвокатом-заявителем не было указано, каким конституционным правам обвиняемого был причинен ущерб и каким образом затруднен ему доступ к правосудию. В кассационной жалобе адвокат уже указал, что акт суда является незаконным и необоснованным. Адвокат, ссылаясь на позицию Конституционного суда России, утверждал, что суд обязан осуществлять предварительный судебный контроль в ходе предварительного расследования за законностью и обоснованностью решений обвинительного органа. Однако в этом случае суд уклонился от осуществления такого контроля. Адвокат, с помощью выписок из разных актов Конституционного суда России, в кассационной жалобе описал возможные варианты нарушений прав человека обвинительным органом и сделал вывод, что незаконное и немотивированное выделение уголовного дела не позволит суду вынести законный, обоснованный и справедливый приговор в отношении подсудимого. Адвокат поставил знак равенства между незаконностью и необоснованностью.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. “ДЕЛО ЙУКОСА” И НИСХОЖДЕНИЕ АДВОКАТОВ В БЕЗДНЫ ПРАВОСУДИЯ